Вадим Климовской - Марш Обреченных. Финал

Прощальным аккордом затянули бестии рукотворного ансамбля и им вторили измученные спринтеры, когда пелена тумана растаяла, и несчастные изгнанцы вылетели на предмостовую платформу, слетели со ступенек и покатились по сладко-сочной, с переливами солнца траве.

Солнечный и ясный вечер!

Благодать!

— Не останавливаться… бежать!!

Он рывками поднимал их на ноги и чуть ли не пинками гнал навстречу свету, а они от бессилия, инстинктивно повиновались ему, привыкшие за эти страшные дни к подчинению…

Они бежали больше часа, потом минут двадцать еще шли, тяжело дыша. Оглядываясь по сторонам и дико удивляясь — местность кардинально переменилась, живая, наполненная разными звуками и красками земля, щебет и стрекотня, пиликание и скворчание, угуканье и клекот. Разве это место отчуждения? Разве это территория Василисковых холмов?

Но Себастьян не терялся и знал правду, холмы начинались дальше, вон за тем гребнем!

Через триста-четыреста метров, там, где крутые холмы и рыжая трава. Земля колдовских созданий — парализующих и каменеющих взглядами. Охотящихся ночью. До Южного тракта три-четыре дня — и это тоже не абы, какое испытание.

— Эй, Шост! Покажи, что у тебя с рукой?

Нехотя парнишка повиновался, показывая правую кисть и ладонь.

О боги!

На правой ручонке бедняги не хватало двух пальцев, отсеченных ровно, словно ножом — работа проворной твари. Ладонь и кисть потемнели, начали опухать. Не слыша всхлипов и охов девчонок, Себастьян по-эльфийски выругался и остановил всех:

— Стоять! Шост иди сюда! Надо обработать рану, а то худо будет… к Дьену, сгниешь до утра! Заживо…

— Ох, и прыткие, насекомые! Дай тока поближе добраться!.. Дай тока…

— Береги дыхание Томьенн и не галди попусту! Лучше за ищейками следи! — прикрикнул на эльфара старший группы Видх.

Пятерка крысоподобных гончих гнала на передке отряда, попятам настигая двоих "кроликов". Горан неустанно обзывал дайкинов самыми последними, унизительными словцами, не щадя слух и не соблюдая приличий в команде. А кому нужны правила в военное время при боевом задании? Эльфы такими пустяками никогда не заморачивались, поступая прямолинейно и конкретно, здесь не дворцовые тонкости и интриги, — здесь поле боя.

— Томьенн! Томьенн, спускай ищеек всле-ед! Надо осади-ить "животных"! — предложил неугомонный Горан.

За ними цепью бежали мечники, в легкой кольчуге и с мечами наизготовку, не поспевая за быстроногими разведчиками и эльфарами. Томьенн заорал заклятье-след, мутанты сорвались в бешеный галоп, удаляясь постепенно от своих хозяев.

— А мож… за-алп?

— А-а-а! — махнул рукой на ходу Видх. Некогда! Надо брать живыми!

Фигурки двух дайкин замелькали в полосе видимости. Ага, вот они хорошие! Вот они родные!

И тут на тебе!

"Видх! Видх! ВИДХ!!!"

"Я слу-ушаю!" — на бегу ответил старший эльфар мысле-связи.

"Назад! Осади отряд!"

"Но, ваше…"

"Ты что оглох? Я приказываю: остановись!"

"Да, ваше величество, повинуюсь и исполняю!" — подобострастно и озадачено покорился Видх, на месте развернулся и в голос громко приказал подчиненным:

— Томьенн, разворачивай ищеек обратно!.. Чего вылупился? Исполняй! — Гаркнул командир.

Недоумение и ошарашеность, на лицах эльфов читался однозначный вопрос: почему в столь выгодную ситуацию прекращать преследование? Зачем возвращать ищеек, если цели так близки? Да что же, в конце концов, творится?

Видх с каменным выражением, вновь отошел от группы, опять возобновилась связь с королем Общины.

"Уже лучше. Я часом подумал, тебе слух заложило? Тогда слушай дальше: я повелел вернуть половину карательных групп и разведотрядов в Эльфран. Эль-Фарону нужна помощь…" — монарх сделал паузу.

"Мой король, Община в опасности? Нападение? Вам угрожают?" — встрепенулся эльфар.

Сульян обмысливал, как лучше сказать.

"К сожалению и огромной вероятности… да. У нас проблемы с брашами, Видх. Они не отвечают и полностью не реагируют на наши контакты. Команды. Круг вынес предположение, что стражи каким-то чудом избавились от магического контроля. Никому не секрет, что брашей сдерживала ритуальная магия, и неясно как будет дальше?.."

"О, всемогущий Дьен!" — вырвалось у Видха в подсознании и в слух, собратья по отряду напряглись и насторожились, чувствуя нехорошие новости.

"Именно. Нам поможет лишь Дьен и могущество Круга!"

"Община отрезана от…"

"Не паникуй, мы еще контролируем барьер и имеем достаточно сил, для предотвращения прихотей двух сотен фантомов, тем ни менее, общий сбор на границах Эльфрана. В лес не входить! Браши опасны для нас, не меньше, чем твари Грез. Все группы подчиняются моему сыну — Гриллу. Выполняйте, старший эльфар Видх!"

Связь резко оборвалась.

Командир-эльфар мрачно сплюнул в высокую, сочную траву.

День ото дня лучше!

— Не молчи, говори! Опять что-то стряслось? — горел нетерпением Горан.

Видх окатил всех суровым взором.

— Браши взбунтовались!..

— Не может быть?!

Мастер Матеус застыл в одной из заросших рытвин, оглядываясь через плечо. Чудеса! Трюк! Фантазия воспаленного рассудка?

Лайк, правда, ничего не почувствовал, продолжал дальше бежать, пока тоже не остановился, и, скривившись, перевел дух.

— Почему ста-али? Поче-ему…

— Эльфы назад повернули…

— Ч-что??

— Говорю, назад… повернули.

Матеус с Лайком поражено окаменели в густом крапивнике, там, где некогда разыгравшаяся не на шутку магия, оставила в земле порядочный след: метров в сто — котлован. Это ж чем надо было таким шандарахнуть, чтобы выжечь клапоть грунта?

— Выходит, спасены?

— Не знаю, Лайк, но придерживаюсь старого плана.

— Это, какого еще, позволь узнать, плана? — насторожился начальник Откосых гор.

— Разведать Серую Плешь.

Лайк моментально нахмурился. Опять! Ведь решили: бежать до овражников, а затем, огибая их местность прямиком до Королевского леса, и плевать, что долго, аж две седмицы, главное — остаться в целости и сохранности. А он снова за свое.

— Долг превыше всего!

Лайк скрытно от товарища сощурился, заладил: долг-долг! Как будто других интересов не существует? А жизнь? А собственная шкура его не интересует?

— В общем Лайк, ты как хочешь, но…

— Да перестань! Успокойся! — Разозлился в край мастер. — Словно маленький!

И им ничего больше не осталось, кроме как повернуть к Серой Плеши. Голод и жажда начинали потихоньку терзать. А Матеус все гнул свое: долг-долг-долг!..

Они обессилено скатились в низхолмье, к одному из северных русел тонких жил-речушек, бравших свои начала из свежих, незараженных каналов Улей Грез. Себастьян с посеревшим от истощения и усталости лицом, еле-еле выдавил из себя доходчивое объяснение для девчонок: в рукавах отдельных каналов от гнилых болот единственное их спасение, их шанс найти воду и отдых. Для вельможек такое объяснение оказалось сложным и маловероятным, а для подмастера — и вовсе, слова полукровки достигли до обморочного состояния Шоста, в которое привело его ранение на мосту, обернулось размытым и полупровалом в какофонии кошмаров и видений. Храмовницы с двух сторон придерживали шатающегося на ходу бойца, а в аварийных ситуациях, когда тело Шоста готово было вот-вот рухнуть и скатиться в кювет, поспевал вездесущий, хоть и насупленный, но довольно крепкий еще Себастьян. С полета ястреба ихние силуэты на выгоревших холмах Василискового края казались жалкими и карикатурными, немощными до слез и убогими до жалости. И было совестно даже намеком предположить, что на такие никчемные с высоты полета хищника создания, могли посягнуть вышколенные и безжалостные воины, коими являлись каратели эльфы. Тем ни менее преследование продолжалось, если даже временно наши беглецы имели фору перед отрядами остроухих!