Роман - Путь в Бездну 1-3

  головой, глаза её закатились, а я почувствовал, что оказался в её разуме. Это

  было похоже как сидеть перед компьютером и просматривать разные папки. В

  некоторых были воспоминания из детства, в других рассказы, услышанные в детстве.

   'Уже лучше, ученик, уже лучше, но всеровно сделай щуп меньше и убавь энергию,

  иначе она не выдержит. Приглядись, ты уже разрушил некоторые связи и стёр

  несколько воспоминаний. Этот материал нам ещё пригодиться на следующих уроках,

  не стоит его портить!'

   'Я постараюсь'.

   Я ещё больше уменьшил воздействие, и девушка постепенно пришла в норму и

  только с ужасом смотрела на нас. Учитель больше не лез с советами, и я наконец

  смог основательно разобраться в её разуме. Поначалу всё казалось очень

  запутанным, но уже через полчаса, я освоился в нём уже нормально и смог даже в

  некоторой степени манипулировать им, запуская нечто вроде режима поиска. Теперь

  у неё не было от меня никаких тайн, она казалась открытой книгой, в которой не

  было даже обложки. Я знал о ней все: первый поцелуй в тринадцать лет с мальчиком

  по имени Юниан, видел дом, в котором она жила с отцом, как она сплетничала с

  подружкой и обсуждала юношу из соседней деревни. Ничего не было скрыто... и

  вдруг ощутил сильное чувство. Жалости и доброты к ней почти не было, они

  растворились в чувстве восторга от этой абсолютной власти и вседозволенности.

   'Я чувствую твой восторг, ученик, да, ощущение когда в первый раз проникаешь

  в разум непередаваемо, это эйфория... но ты должен её сдерживать, сейчас у нас

  урок'.

   'Да, учитель'. С трудом я заставил себя успокоиться и думать более

  рационально.

   'Давай проведём эксперимент. Узнаем, как ты освоился в её мозге. Я хочу

  знать, как звали её деда по материнской линии'.

   Это было совсем просто.

   'Юнор, а по отцовской Вильмар. У него была седая борода и он всегда ходил с

  палкой, так как левое колено постоянно болело'.

   'Молодец. Теперь расскажи, что она думала идя на своё первое свидание с

  юношей по имени Алексий'.

   Не больше минуты и у меня уже был ответ.

   'Это было в 14 и парня звали Денил учитель. Она думала, какое платье ей

  выбрать из тех трёх, что у неё были, и в конце решила одеть розовое, подаренное

  матерью'.

   'Да верно, молодец, тебя не смог я сбить с мысли... Теперь следующий вопрос -

  когда ей было пять лет, она потеряла нечто дорогое себе и нашла только через два

  дня, что это было?'

   'На этот раз задание было сложным. Эти воспоминания были недоступны и ей

  самой. Они были спрятаны очень глубоко, тем более что вопрос был нечёткий и мне

  пришлось просматривать почти всё относящееся к её пятилетнему возрасту'.

   Через десять минут ответ нашёлся.

   'Это были бусы из рябины, потерянные около родника на окраине деревни, а

  вернула ей их соседская девушка по имени Роза'.

   'Да молодец, думаю с уроком почти закончили, на последок покажу тебе ещё кое-

  что. Найди воспоминание о первом поцелуе...'

   'Нашёл'.

   'А теперь сотри его!'

   'Как это?'

   'Очень просто, разрушь его силой своей воли, но только его, ничего лишнего'.

   Это оказалось совсем просто, как стереть файл на компьютере - раз и нет.

   'Теперь она забыла о нём навсегда, если бы ты пожелал стереть всё - она

  осталось бы здесь стоять, пуская слюни, ха-ха-ха. Так делаем мы, когда хотим

  уничтожить разум полностью, хотя это и довольно скучно'.

   'Понятно, учитель'.

   'Тогда пожалуй, урок можно заканчивать'.

   'Я ещё хотел спросить, почему вон та женщина зарычала на меня при моём

  появлении?'

   'Ха-ха-ха, это сделал с ней один из моих учеников. Посмотри её разум и сам

  всё поймёшь'.

   Я взглянул в неё и мне стало дурно, похоже, действительно нет предела

  жестокости, во мне даже проснулась небольшое чувство жалости. Её разум ничего

  человеческого не содержал, все воспоминания были полностью удалены и заменены на

  другие - не человеческие, а собачьи. Она помнила себя только в облике дворовой

  собаки, помнила как пила молоко вместе с другими щенками, как спала в конуре и

  отгоняла от дома хозяина других собак. Её разум был искусственно уменьшен, чтобы

  не одной лишней мысли не возникло, и была привита абсолютная преданность

  иллитиду. Она любила его безмерно, и мечтала о кости, что он бросает ей обычно

  вечером и о его скупой ласке.

   'Непередаваемо, как это возможно?'

   'Это называется полная замена памяти, иногда так делают с некоторыми

  существами. Её душа осталось человеческой, но разум и память дворовой собаки. И

  нити этого закреплены очень крепко, она уже почти восемь месяцев ползает по

  полу, а видел бы ты, какая она независимая и гордая была раньше... но это в

  прошлом ха-ха'.

   'А она ещё может стать обратно человеком?'

   'Да, но тогда придётся дать ей новые воспоминания и восстановить её разум.

  Той, что была прежде - нет, уже не будет. Но восстанавливать разум с этого

  уровня очень сложно даже для меня. В наших городах есть особая каста моих

  братьев, мы называем их Готовящими, они подобным образом обрабатывают рабов.

  Конечно, мы не делаем из них собак, ха-ха, просто стираем все воспоминания и

  заменяем на воспоминания диких зверей, добавляем ярости, оставляем только одно

  желание - разорвать горло жертве и насладиться её плотью. Знал бы ты, ученик,

  какое это прекрасное зрелище... когда два родича или друга рвут друг друга на

  части, а потом победитель как голодный лев, пожирает своего товарища. Иногда

  ради зрелища мы оставляем одному из них воспоминания. Тогда битва может стать

  ещё интересней. Ха-ха'.

   'А можно животному привить знания, сделав его более разумным?'

   'Почти невозможно, их разум примитивен, легче урезать, чем увеличить... А вот

  боги могли бы просто превратить человека в животное, оставив его разум и

  воспоминания, или поменять разум двух людей. Нам, псионикам, такое не под силу.

  Мы можем только копировать и исправлять. Продлить какому-нибудь старику жизнь,

  дав ему молодое тело, мы не можем'.

   'У меня больше нет вопросов, учитель'.

   Обговорив, когда смогу придти на второй урок, я оплатил занятие и покинул

  здание. Чувство оказалось просто непередаваемым, несмотря на всю жестокость этой