Сергей Чичин - Гнев генерала Панка

Наконец вышли в путь. Вово опять шёл первым, на выходе из зала подобрал свой мешок с едой, закинул было на плечо, но, будучи существом исключительно добрым и мягкотелым, не удержался, распустил завязки, покопался и выбрал рябчика, больше худосочной злюке все равно не осилить. Заодно и себе достал ломтик мяса фунта на полтора — сил потрачено много, надо возмещать. Дождался генерала, тот вёл под руку друида с затуманенным взором, кивнул им — идите, мол, тем же путем, свернуть некуда, не потеряетесь. Следом вышел Чумп, что-то пробубнил насчёт неумеренности в еде, нагло откусил от ломтя, что Вово неспешно жевал, и отправился дальше без пояснений. Наконец появилась и эльфийка, и кобольд, смущаясь, сунул ей в руки печёную птичку.

— Хоть один заботится, — заметила та сварливо, хотя глаза в темноте заблестели так, что и факелов не надо. — Почему холодное? И что за запах? Почему каша налипла? У кого уволок, прохиндей?

Вово плюнул в сердцах и метнулся обгонять ушедших вперёд.

— Беги-беги, тоже мне, прекрасный прынц, — пожелала ему в спину ядовитая магичка. — А как же романтика? Швырнул вчерашним блюдом, хорошо не убил, и ещё, что ли, рассчитывает на любезности? Ох уж мне эти гоблины!

— А ну не тронь малыша! — рявкнул на неё тащившийся следом Хастред. — Отобьёшь ему на всю жизнь стремление спасать таких вот неблагодарных, сама же и понаплачешься потом. Я тебя в другой раз спасать не пойду!

— Ох, скажите пожалуйста, спас он! От тебя, разбойная рожа, кто бы спас вовремя!

На ходу эльфийка сложила ладони ковшиком, зажав между ними птичку, и мелодичным голоском, совсем не тем, что использовала для общения с гоблинами, нараспев прочитала две фразы на эфирном языке. Хастред позавидовал — у него простые заклинания, базирующиеся на внутренней Силе и реализуемые посредством слов и жестов, не получались никогда — было маловато Силы, а у этой пшик — и через несколько секунд аппетитно запахло разогретым как в духовке мясом. Магичка на ходу впилась в тушку зубами — хоть ненадолго перестала язвить и обижать честных гоблинов, подумал Хастред с облегчением.

— А фто это за фтрафная фтука, которую вы так боитефь? — полюбопытствовала Тайанне с набитым ртом.

— Ну такая, вроде тебя, только побольше.

— Вроде меня и ефе больфе? Ну вы храбрефы! Неуфто дафе фтаноф не намофили?

— Вообще-то, намочили. Но тебе-то бояться нечего, у тебя там целый сундук сменных.

— Могу пофпорить, фто ты, патлатый, их вфе перемерил!

— Ладно, не завидуй. Вернёмся в Копошилку, можешь хоть перед всем Наместниковым двором в моих штанах покрасоваться.

— Ты их фтирал хоть раз в фифни?

— Нет, я неприхотливый, можешь сама заняться на досуге.

— Ха! Ну и принцы пошли! — Эльфийка наконец проглотила мясо. — Как спасти красавицу, так дураков нет, а как только шанс заполучить прачку, так весь мир перевернуть готовы!

— А если ещё и готовить умеешь, так и самому Демогоргону завесим.

Эльфийка пожала плечиками, вгрызлась в тушку.

— Готовить не умею, — сообщила отвлечённо. — Зато пефку рафтопить — фапрофто.

Хастред оставил за ней последнее слово, пока совсем в грязь не втоптала, тем более что они как раз вывалились на пятачок-развилку, где гоблины делали свой последний привал. Тут уже были все остальные, Зембус сидел привалившись к стене, а остальные стояли вокруг.

— Похоже, что болт был непростой, — заметил Чумп. — Правда, и на яд не похоже, опухоли нет, а от яда она всегда бывает…

— У этих тёмных свои средства есть, — сообщил Вово. — Точно не знаю, отец рассказывал, когда учил повадкам всяких подземных. Яд не яд, не убивает, но вызывает вроде как паралич или там оцепенение. Не смертельно, но сейчас он всё медленнее, а отходить начнет только к вечеру. Есть и снадобья какие-то от этого дела, но мне неведомы.

— Вот на мою голову спасители, — эльфийка закатила глаза. — Хотите, я его ускорю?

— Не поможет, — ответил Вово уверенно. — Лучше не влезать. Сам отойдёт. Пока ходить может — и то хорошо, а как не сможет — дотащу до лошадей.

— Аминь, — заключила магичка нетерпеливо. — Нам сюда?

— Сюда. — Чумп выдвинулся вперёд, бросил эльфийке магический посох, она негодующе пискнула, но ухитрилась поймать его, не выронив при этом полуобглоданную птичку. — Пойду я вперёд, а то тут некоторые топают как кавалерия. Держитесь шагов за полста.

Он нырнул в тёмный коридор, генерал потянул кверху Зембуса, тот покорно поднялся. На ногах он стоял твёрдо и даже почти не шатался, но глаза были мутные, словно бы друид и не видел ничего вокруг. Эльфийка посмотрела на эту парочку с неодобрением и обогнула их.

— Пойдём, оруженосец, — окликнула она Хастреда. — Не отставай. И подержи палку, пока я доем. Не в Китонии, чтоб есть посохом.

Замученный книжник молча принял посох и потащился следом за недавней жертвой. Уж больно быстро она оклемалась! Нет бы побыть забитой и перепуганной до города! А там бы пускай характер папе показывала. Наверное, всё же прав генерал — спасённых эльфийских дев лучше всего транспортировать в упакованном виде, подцепив крюком. Прямо по неровному полу, чтобы знали.

Коридор пошёл под уклон, скоро показалась вода, эльфийка начала было брюзжать, но тут уж Хастред решительно на нее цыкнул и даже погрозил кулаком — в половину её головы размером. Магичка оскорблённо фыркнула, но замолчала. Чумп впереди ухитрялся шагать по воде, не шлёпая и не хлюпая, и Тайанне сосредоточилась на том, чтобы не сплоховать перед этой странной братией, переставляла ноги с повышенной осторожностью, а когда прикончила рябчика, бесшумно опустила кости в воду под ноги и повелительным жестом востребовала у Хастреда посох.

Чумп дошел до последнего поворота, вдохнул поглубже — в нос ударила тяжёлая, гадкая вонь то ли крови, то ли ихора, в общем гнуси какой-то. Ущельник еле сдержал в груди кашель и, распластавшись по стенке, выглянул одним глазом в зал.

Картина ему открылась жутковатая. Огромная бесформенная чёрная масса покоилась на поверхности воды, распластав щупальца по всему залу, причем концы пары щупалец оказались как раз в проходе, в двух шагах от Чумпа. Туша время от времени содрогалась, словно в беспокойном сне, и тогда дрожь пробегала по щупальцам. Тварь была жива — и не уползла в свое подводное логово.

Чумп вернулся в коридор. На лбу выступили бисеринки холодного пота. Сейчас бы пару катапульт и удобное место для обстрела… А на мечах прорваться едва ли возможно. Будь он один, рискнул бы на отчаянный шаг — попробовать добраться до центра зала, где висят цепи, не потревожив гадину. Но разве ж генерал по его следу порхнёт беззвучно? Появилась эльфийка, шла хорошо — беззвучно, даже поверхность воды не разбегалась от её шагов. В руках был посох, а на лице — настолько высокомерное выражение, что гоблин не удержался, не стал предупреждать о картине за углом, а просто уступил своё место и знаком предложил заглянуть за угол.