Роксана Полякова - Мир Мертвых: Хранитель

Так вот почему он разозлился на ученого, после того, как узнал, что тот влил в меня кровь Айроса. Оказывается, Валентин не так прост, как показалось на первый взгляд.

— Но как такое возможно… Я же родилась…Айрос видел… Мои мама и папа… Нет. Мама и папа… Боже ты мой… Нет… Как возможно? Это невозможно. Я сплю? Или я умерла?… Боже! Я и вправду умерла, что за чушь несу… — последняя фраза показалась очень забавной, и я нервно хихикнула, находясь на грани истерики.

— Ш-ш-ш…Тише… — попытался успокоить меня Айрос. — Тише.

— Айрос… он… Он мой папа?

— Алиса, успокойся… Я понимаю, ты удивлена, но постарайся быть спокойнее.

— Вергилий… Он мой отец?… — мой голос постепенно повышался. — Он… Отец?! Мой?! — последний вопрос был адресован Сирафиону.

— Да… — коротко ответил он.

Сердце пропустило удар и замерло. Весь мир встал с ног на голову и теперь вращался против часовой стрелки… В голове никак не увязывался тот факт, что вся моя жизнь оказалась ненастоящей. Я вскочила на ноги и сжала кулаки, не зная, как поступить и что делать.

— Алиса… — Вергилий тоже поднялся и протянул ко мне руки.

— Не трогай! — закричала я и отошла от него на несколько шагов. — Не трогай меня.

— Прости, — тихо произнес он, его лицо исказила мука. — Я не хотел для тебя такой судьбы, как и Ильвия.

— Алиса, — ко мне подошел Григорий. — Бессмертные чувствуют родственные связи, так они могут определить своего родственника даже, если ни разу его не видели.

— Я… я…

— Я понимаю, что ты ничего не знала, но ты разве не ощущала ничего необычного, когда была рядом с ним?

— Я… — я сжимала и разжимала кулаки, больно впиваясь ногтями в ладони. — Чувствовала…

— Что?

— Мне… Мне было хорошо… Спокойно… Я верила ему.

Григорий прикрыл на секунду глаза и обратился к Авелю:

— Они точно родственники.

— А мои смертные родители… Они настоящие?

— Они настоящие, но только в Смертном мире. — подошел к нам Авель и взял мою ладонь в свои руки. — Тебе решать, стоит винить Ильвию и Вергилия за тот поступок, что они совершили или же простить их и принять, думаю, каждый заплатил свою цену сполна. Ты жила в мире смертных и не можешь понять все тонкости этого мира, но со временем все придет. Главное не бойся. Айрос, — он обратился к моему хранителю. — Ты не справился со своим заданием и ваша связь хранителя и подопечной полностью поглощена обрядом таинства, следовательно, она разрушилась в тот самый момент, когда вы связали свою души.

— Я сожалею… — склонил мой теперь экс хранитель голову.

— Не сожалей, ты не виноват, здесь поработали сторонние силы, — Авель опустился перед ним на колени и коснулся цепей, они упали на пол. — Я не вижу смысла тебя наказывать, лишь из-за твоего происхождения, но и сопроводить в рай не могу…. Пока наш Лучик надежды не доживет смертную жизнь. Она должна набраться там мудрости и сил для того, чтобы понять нас, к тому же, на данный момент это самое безопасное место, ведь смертное тело не позволит навредить ее душе. Ты будешь следить за ней и охранять, как и раньше, будучи хранителем, но теперь немного иначе. Вы будете связанны только таинством, и больше не получится находиться с ней рядом постоянно. Чтобы восполнить силы, тебе придется спать, так что будь внимателен и защищай ее, даже ценой своей жизни. Алиса, — теперь, взгляд его фиалковых глаз застыл на мне. — Айрос не сможет спасти тебя от бед в Смертном мире из-за барьера, воздвигнутого после несчастья с Вилесаной и Диллионом, будь осторожна и не попади сюда вновь преждевременно.

— Теперь, — Сирафион расправил плечи и хрустнул спиной. — Когда все решено, мне пора удалиться, а то еще немного и потеряю грань между реальностью и видениями… Но напоследок, — он подошел к Вергилию и сжал его медальон. — Я конечно не спец в этом деле, как была Ильвия, но постараюсь помочь тебе продержаться в здравом уме еще пару десятков лет, она попросила меня об этом.

— Но, она же погибла, — удивленно проговорил Вергилий или мой отец, не знаю, как мне его воспринимать.

— Такая чистая душа, как у нее, не может пропасть бесследно. — Улыбнулся Сирафион и прикрыл свои черно-белые глаза.

Свет полился из его руки, а невидимый ветерок зашевелил седые волосы. Когда он наконец-то отошел от Вергилия, медальон стал ослепительно белого цвета.

— Я замолвлю перед Богом за тебя словечко, но ничего не обещаю, а пока, Авель, придумай что-нибудь. Не возвращаться же ему в ад, демоны его растерзают…

Авель улыбнулся, поднимаясь с коленей. Вся его ряса испачкалась в размазанной по полу скверне. Айрос подошел ко мне и обнял за плечи.

— Ну что ж, — Сирафион уже стоял у открытых ворот, иногда казалось, что он не был слепцом и прекрасно все видит. — Пришло время мне с вами попрощаться. Алиса, будет желание, заходи в гости снова.

Он развернулся, больше ничего не сказав, и пошагал по тропе прочь от здания суда.

— Уж лучше Вы к нам… — пробурчала я ему в след, вспоминая каких трудов, стоило до него добраться.

Айрос сильнее обнял меня, мы вновь вместе, и никто нас не собирается разлучать. Раньше об этом можно было только мечтать, но я не испытывала никакой радости, а чувствовала лишь опустошенность внутри.

— Алиса… — к нам подошел Вергилий с растерянным видом. — Прости меня…

— Вэрг… — начала было я, но осеклась, не зная, как теперь к нему обращаться.

— Можешь называть меня так… Думаю, слово папа я еще не скоро услышу.

— Мне нужно время…

— Время всегда лечит, — сказала София стоящая неподалеку от нас. — Айрос, береги ее.

— Непременно, — кивнул он и плотнее прижал меня к себе.

Вергилий как-то странно на него посмотрел и хотел что-то сказать, но я перебила его:

— Вот только не нужно отцовской заботы…

— Хорошо, не буду, — улыбнулся он и ушел поговорить с Авелем.

Мы стояли с Айросом в обнимку некоторое время, не решаясь что-либо сказать, да и слова нам в принципе не нужны, все и так понятно. Весь кошмар остался позади, и теперь пришло время двигаться вперед, навстречу будущему. Я разжала руку, которую до этого упорно сжимала, и увидела белое перышко. И когда это Авель успел мне его отдать… Вергилий сказал оно мое, значит ли это, что тогда, в аду, спина болела не от сильных объятий Лотерро, а от крыльев, которые мне удалось раскрыть. Это объясняет прилив невероятной силы и странное выражение лица демона.

— Надеюсь, ты сделала ему очень больно, — сказал Айрос, прочитав последнюю мою мысль.

— Я тоже надеюсь…

— Я думал, больше тебя не увижу, особенно после того, как ты оборвала нашу связь.