Евгений Широков Евгений - Орех в Яслях

     - Он самый. Зовут Орех. Двадцать шесть лет от роду. – Куда мне отступать-то?!

     - Как ты смеешь оскорблять меня? – прямо предо мной проявилась…, проявился…, хм…, все-таки проявилась. Мда.

     - Да ни за что. Я не сделал ни одного оскорбления. – Я с огромным любопытством рассматривал маленькую огненно-красную дракону, висевшую в воздухе прямо передо мной. Прикольная такая – сантиметров пятьдесят длиной. Классический такой дракончик. Только одно но – не было привычной таблички с именем. Я не обратил как-то внимания, но в этой комнате ни на одном предмете таких табличек не было.

     - А кто мне только что про болезни и костыли говорил? – в меня полетел небольшой сгусток пламени. Блин, жжется.

     - Я просто делал предположения, Хранительница. А то, как сработала Ваша самооценка, хм… В любом случае, приношу свои извинения. – Я покаянно склонил голову. – А скажите, вы реальный дракон или просто иллюзия?

     - Я – настоящая!

     - Да? А разве драконы не…, хм…, несколько побольше?

     - Хам! - Опять сгусток огня в меня. - Пошел вон отсюда.

     - Извините, уважаемая. Не могу. У меня тут масса важных дел, так что…

     - Да я…, да я…, - дракону начало от возмущения трясти.

     - А вы вот лучше помогите мне. И я быстрее покину вас. А лучше – назовите свое имя, иначе мне придется вас как-то самому называть.

     - Обойдешься. Еще я своё имя всякому встречному не говорила!

     - Ладно, буду звать вас…, Мышкой. Не нравится? – я удивленно воззрился на зашипевшую дракону. – Тогда Крыской? Тоже нет? – с трудом увернулся от огненного плевка. Может Киской? Блин!

     Не знаю, что меня дразнить ее заставляло. Вот просто изнутри откуда-то шло это. А дракона – отменно метко плевалась огнем. Практически не мазала – всё в меня. И еще – она здорово бесилась, выделывала настоящие фигуры высшего пилотажа, преследуя меня, петлявшего как зайца. А потом…, потом зависла над кроватью, рухнула на нее безвольным клубком и…, расплакалась. Так искренне и горько. Гадство какое – в этот момент себя последней сволочью почувствовал.

     - Ну…, ты чего? – Я подошел к кровати, с которой раздавался настоящий девчоночий плач. – Прости меня. Ну, перестань…, - дракошка не успокаивалась. Ну, вот что с ней делать?

     - Эх ты…, - да плевать на всё. Я подхватил дракону на руки, как кошку. И стал баюкать, словно домашнюю мурлыку, поглаживая по оранжевой спинке. Кстати – очень приятное ощущение.

     - Ты моя красавица. Настоящая. Огненная. А меткая какая – я таких и не встречал. А крылья какие сильные. И цвет у тебя замечательный – приятный и очень красивый. Ты на огненный апельсинчик похожа. И наверняка сам Рух тебе обзавидуется, когда ты в небо взлетишь.

     Затихла. Прислушивается. И…, ёлки, она спинку подставляет под мои почесывания. А если бочок? Ага. А животик? Точно как кошка настоящая. Что в моем мире, что тут – кошки вот точно также себя ведут. Но самое главное – успокоилась, хм, Хранительница.

     - И много ты таких как я встречал? – дракона приподняла голову и прямо посмотрела мне в глаза. Синие у нее, васильковые.

     - Ни разу не встречал.

     - А что же тогда сравниваешь? – Ох, и характер у нее. Но ведь лежит, не вырывается.

     - Ну, мне вот показалось так. И, думаю я прав.

     - Нахальный ты и глупый.

     - Возможно. Так как тебя зовут?

     - А ты сам имя придумай! – на моих руках дракошка потягиваться начала.

     - Ладно, назову тебя…, - мне внезапно вспомнилось одно слово на языке дроу…, - Дасса!

     - Как? – дракона вскинулась с явным удивлением.

     - На одном языке это означает «Огненный росчерк» и…

     - Я знаю, на каком языке, Орех. Синие глаза напряженно смотрят на меня. – И знаю, что полный перевод – огненный росчерк меча. Д’аасса. Откуда ты знаешь этот язык?

     - Ну, есть у меня серокожий друг, который его очень хорошо знает.

     - Дроу. – Дракона немного успокоилась.

     - Ага. Не с Арахнами же мне дружить.

     - Не знаю…, ты – очень странный. – Кошка-дракошка опять потянулась. - Например, ты не реагируешь на мою магию и меня гладишь. А это мало кто может.

     - В смысле? – я реально удивился. – А что не так?

     - Ну, скажем прямо, обычные люди от прикосновения к моей чешуе от боли бы орали, а ты ничего – приятно так гладишь. – Опять гнется. Женщина, ё-моё. Странно, что интерфейс мой не подмигивает похабненько так, как обычно. Мда.

     - Хм…, я тоже не знаю. Но мне тебя нравится гладить. Такие странные ощущения.

     - Какие? – а ей ведь реально интересно.

     - Ну, словно кого-то родного глажу…, трудно описать, но очень приятно.

     - Взаимно, Орех. Принимаю имя. Почеши еще хвостик, а? – над дракошей медленно проступило зеленое имя на золотом фоне. Мда.

     Вот так вот наше с Дассой знакомство и началось. Но дальше было еще интереснее, ибо я попробовал войти в свой любимый интерфейс и…, обломился. Он просто не включался. Нет, в принципе можно было открыть и посмотреть всё. Но только до того момента, когда я сюда вошел. Вот в эту…, хм, комнату. А дальше – ничего. Да и сам интерфейс вместо ярко-малинового был каким- то серым и тусклым. Непонятно всё это.

     - Дасса, а как ты тут оказалась?

     Опечалил мой вопрос дракону.

     - Меня отдали. Как залог.

     - Отдали? Залог чего?

     - Орех, это долгая история. Что ты хотел тут сделать?

     Не хочет обсуждать. Ну и ладно. Будем дела делать – глядишь и разговорится.

     - Хочу тут всё посмотреть и узнать. Что? К чему? Зачем всё это?

     - Ну…, ладно. Давай тебя со всем ознакомлю.

     А интересно дракоша рассказывает. Сначала про сам этот странный…, схрон. По рассказу Дассы получалось, что та комната, предыдущая – как бы хранилище всего того, что открыто показывать можно. У меня, правда, сразу возник вопрос – а кому это архимаг Таррен своё свёрнутое пространство демонстрировал?

     Дракоша пояснила, что при жизни архимаг не только магией, да коллекционированием красивых кристаллов увлекался. В заговорах от тоже с огромным удовольствием участвовал. Потому у него и возникла потребность в свёрнутом пространстве – дабы никто не знал.

     А так как кроме заговоров папа Илеи очень любил женщин – то и создал карман в кармане. Да еще и с остановленным временем. И еще…

     - Постой!

     - Что?

     - Какое остановленное время?

     - Самое обычное. Как только ты сюда вошел, для тебя внешнее время остановилось.

     - Это как? То есть я могу сколько угодно тут оставаться, а снаружи не пройдет и мгновения?