Мария Гинзбург - Хозяйка Четырех Стихий

– А что это за лес и ужасная гордость? – спросила Светлана подозрительно.

– Это молитва к Матери Рябине, – пожала плечами Ваниэль. – А причем здесь гордость, я не знаю. Это священный текст, его учат, а не объясняют.

– Теперь ты веришь, что ты – это ваша третья дева, дева Смеха? – спросила Светлана.

– Верю, верю, – пробормотала ведьма. – Это что же, теперь, когда меня кто-нибудь об этом спросит, меня каждый раз начнет так крючить?

– Я думаю, нет, – сказала Ваниэль. – Главное – сама не задавайся этим вопросом.

– Давайте вернемся к записям, – сказала Светлана. – Может быть, там есть ответ и на то, какими чарами Шенвэль, то есть воплощение вашего небесного покровителя, держит Карину, то есть воплощение народной души мандречен. И зачем ему это нужно.

– Весьма возможно, – согласилась эльфка.

Все трое снова склонились над текстом. Карина перевернула лист.

«Яроцвет и Нава были предназначены друг другу. Плод их любви, девочка Свента, Светлое Дитя, так и не родилась. Звучало это как-то смутно. А Дренадан разрешил мне задавать вопросы, если мне будет что-то непонятно. Мало того, он настаивал, чтобы я спрашивал, и я воспользовался этим разрешением. Возвращаться в вонючий барак я совсем не торопился, а любой вопрос означал удлинение времени беседы. Я сказал: «Я понимаю, как мы можем узнать о смерти бога. Когда Мелькор совратил Аулэ, и они вдвоем дрались против Манвэ и Тулкаса восемь веков назад, нашу землю чуть не разнесло». Дренадан перебил меня с просьбой рассказать поподробнее. Я собрался с мыслями и выдал ему все, что помню из песен о Дне Наказания за Гордость Разума».

– У нас это событие называется Битвой Ярилы и Змея, – заметила Карина.

– А у нас – Спасением Солнца от Волка, – сказала Светлана. – Но эльфийское название, как всегда, оказалось самым пышным и цветистым. И непонятным.

Целительница повернулась к эльфке.

– Ты сейчас молитву читала, – сказала Светлана. – Получается, все эти ваши милые гоблины, тролли, орки и пауки – порождение разума, за гордость которого мы все когда-то были наказаны? Что это значит? Разве чудовища, которые живут в вашем лесу, созданы не магией?

Ваниэль пожала плечами.

– Считается, что их сотворили Мелькор и Аулэ, наш бог ремесел, – сказала эльфка. – Мелькор заключил с нами сделку. Мы, темные эльфы, охраняем Лихой Лес и существ, созданных им вместе с Аулэ. Гоблины и пауки не так опасны, как кажутся, и сами нуждаются в защите. А Мелькор научил нас управлять всей этой живностью и вообще поделился с нами своей магией. Возможно, имелось с виду, что Аулэ слишком увлекся, когда создавал всех наших орков и троллей. Потерял разум.

Целительница перескочила взглядом через несколько строк.

« И когда тело Аулэ рухнуло на землю, занялся такой пожар, что в нем сгорели наши предшественники на этой земле. Но как мы можем узнать о рождении бога? Или о том, что он должен был родиться?» Дренадан ответил, что все очень просто. Как только Мандра подчинит себе весь континент, и мандречены займут положение лидирующей нации, это и будет означать прибавление в божественном семействе.

И после этого мандречены нас обвиняют в стремлении к мировому господству!

Но тут мы напали на Мандру с севера – Эльф решил захватить Наву и спасти нас браком с душой другого народа. Юг содрогался под копытами коней сюрков. Зажатая в двойные клещи, Мандра истекала кровью. Мандра вот-вот готова была исчезнуть как государство, да и мандречены перестали бы существовать как единая нация. Яроцвет, как ты можешь догадаться, этого не хотел. Но помочь своему народу не мог, поскольку был еще очень юн и слаб. Наву укрыли в Черных Горах. А бог-демиург Мандры пошел на отчаянный шаг. Он связал себя с Лилит, могучим демоном женского рода, олицетворяющего алчность и похоть. Результатом этого союза явился эфирный воин. Единственной целью его существования является защита Мандры и ее души, Навы».

– Тулкас, – пробормотала Ваниэль.

– Чего? – сказала Карина.

– Вечный воин, наш бог, – сказала эльфка. – Он был создан для борьбы с Мелькором и погиб вместе с Аулэ и Манвэ.

– А ты не думаешь, что мы хоть раз можем сочинить что-то сами? – спросила Карина.

– Извини, – сказала Ваниэль. – Просто похоже очень.

Светлана торопливо дочитывала:

«Для удовлетворения амбиций его матери этот воин был назначен владыкой Подземного мира, главным богом Нави. Как ты уже, наверное, догадался, воин этот – Ящер. Его суть слишком отличается от человеческой. Он не может явиться на этой земле в человекоподобном виде. Его отражение здесь – Змей Горыныч, глава драконов Загорья».

– Переворачивай, – сказала целительница.

Карина отложила лист.

«Именно поэтому надпись на идоле выглядела так странно. Ящер одновременно «Тот, кто порожден Хаосом» и «Тот, кто порождает Хаос».

Карина вздрогнула. Ведьма знала, о каком идоле шла речь.

«Ящер выполнил свою миссию. Ты должен помнить, как путем открытой борьбы и дипломатических уловок Мандре того времени удалось сохранить себя. Но плата за это оказалась слишком высокой.

Эльфы насиловали мандреченок во время сбора дани. Таким образом, пусть уродливым, Эльф Фейре сочетался с народной душой, с Навой. Земное воплощение народной души Мандры постоянно осквернялось. Но эльфы продолжали существовать как народ, пусть даже и балансировали на грани. Политический климат Мандры заметно посуровел. До тех пор, пока Ящер жив, Мандра будет либо бюрократической тиранией, либо централизованной деспотической империей. Если же небесный защитник империи погибнет, погибнет и нация. Нава оставила Яроцвета из-за измены, хотя к плоду его связи с демоном, Ящеру, Нава относится весьма доброжелательно. И это неудивительно – именно Ящер спас Наву. Причина разрыва, сказал Дренадан, в том, что связь с демоном очень сильно изменила внутреннюю сущность Яроцвета. Яроцвет приобрел какие-то новые качества. Или чего-то лишился, я не уверен, что правильно понял Дренадана. Но известно точно только две вещи.

Первая – из-за этих новообретенных качеств Яроцвет стал отвратителен Наве.

– Так вот почему, Кариночка, ты до сих пор не в императорском дворце, – заметила Светлана.

«Вторая – из-за них Яроцвет не может теперь полностью воплотиться в человеческом виде. В том, в ком он воплощается, всегда остается еще некая, изначальная собственная личность. Человек – воплощение Яроцвета становится марионеткой в руках своего бога, и это больше напоминает одержимость злым духом, чем нисхождение бога на землю».

– Этим и объясняются припадки Искандера, – заметила Карина. – Да, такого духа так просто не прогонишь! Небесный покровитель нации, надо же…