Сурен Цормудян - Когда завидуют мертвым

– Именно. И вроде даже С-400 «Триумф». Вот, скорее всего они и были частью столичной противоракетной обороны. Конечно многое они отбили, но на них напустили настоящий град. Да и сами конечно… Тоже… Говорят, что даже некоторые полки стреляли зенитными ракетами со специальной боевой частью.

– С ядерной что ли?

– Она самая. Одна ракета поражает большую площадь воздушного пространства и все что там летит. Но, а какой ущерб себе?

– Ну, ладно. Это мы проехали те места. А теперь, где мы все-таки?

– Так. Вот те истлевшие избушки, что мы видели справа пару часов назад, это я так полагаю, пригороды Электрогорска были. Ну, значит сейчас мы где-то тут. Уже во Владимирской области.

– Ну, если так, то мы немало проехали. Можно передохнуть.

– Даже нужно, – ухмыльнулся Крест. – Ладно. Может, помянем Андрея?

– Ты хвастал, что у тебя что-то есть. – Кивнул Варяг.

– Именно, – Людоед порылся в своем рюкзаке и извлек оттуда бутылку коньяка.

– Ого! – Яхонтов покачал головой, – Неужели настоящий армянский коньяк?

– Ага, раскатал губу, – засмеялся Илья, – Был когда-то. Подарок от Армагена. Вы его знаете. Давно уже выпито. Сейчас тут настоящий термоядерный реагент.

– Чего?

– Да самогон это. А вот это видал? – он показал банку соленых огурцов.

– Господи, откуда ты их взял? Сколько им лет?

– Не очкуй, Яхонтов, они в этом году закатаны. Конфедератские Мичурины вывели давно сорт, который можно в подвалах выращивать. Маленькие, конечно, вырастают и горькие, зато в соленом виде, живое напоминание о прошлом. – Он поставил банку на свой ящик и откупорил бутылку. В салоне стал ощущаться резкий запах, который напомнил Николаю о вагоне на кордоне мародеров, где он убил Рану.

– У нас в Надеждинске попроще культуры выращивают. Морковку, картофель, свеклу, редис, лук, черемшу. С огурцами не вышло.

– А в конфедерации селекционеры просто чудеса творят. Весь город семена клянчит. Торговля там серьезная. Они только сталкерам с Лужников и «Ирбису» поставляют за символическую плату, в качестве союзнической помощи. Остальные за одно семечко один патрон дают. Правда, однажды отморозки какие-то вареные патроны за семена дали. Которыми стрелять нельзя. Ну, дорого это им обошлось?

– Как? Неужто воевали из-за этого?

– Сами нет. Снарядили меня. У меня старые связи с бандитами одного района. Те еще до ядрены бандитами были. С понятиями своими воровскими. Ну, короче расклад такой. Я к ним. Дескать, фраера кинули при честном обмене. Устроите им замес, семена ваши. А я возьму причитающуюся плату за наш товар. Ну, вот и все. Сказано – сделано. Так-то вот. Эй, ребята, перебирайтесь к нам в кабину! – Людоед похлопал по окну, ведущему в водительский отсек.

– Другого повода для пьянки не нашли, да? – послышался резкий голос Алексеева.

Варяг и Крест переглянулись. Яхонтов пожал плечами.

– Юра, ты чего? – спросил он.

– Да ничего. Лишь бы жрать. Охрененно замечательный повод. – Зло ответил космонавт.

– Ты не с той ноги встал что ли? Или обозлился на меня за неудобные вопросы по поводу технических характеристик твоей машины? – Произнес Людоед. В его тоне, в отличие от Яхонтова, слышалась не то угроза, не то злость.

– Да отстаньте вы от него. – Тихо пробормотал Николай, – Вы же взрослые мужики, по полвека прожили. Неужели не понимаете, что для него значил Макаров после всего что было?

– О, блаженный очнулся, – Крест взглянул на Васнецова, – Ты сам то хоть будешь?

– Поесть поем. А пойло это не буду.

– Слышь, Варяг, – Илья толкнул искателя локтем, – Не уважает совсем. Есть нечего, блаженный. Это не еда. Это закуска.

– У меня свои запасы.

– Да ладно, Коля. Он шутит. – Варяг хлопнул по плечу Васнецова. – Ну, что там еще пишут в ежедневнике этом? Что там про однофамильца твоего?

– Это не однофамилец, а дядя, – упрямо проворчал Николай.

– Ну, пусть так. Так что еще пишут?

– Не знаю. Отпаривать надо. Дальше листы слипшиеся.

– Дай сюда, – Людоед протянул руку.

Васнецов нехотя отдал записную книжку. Крест достал из своего рюкзака небольшой прямоугольный металлический предмет. В нем были разрезы, делившие его на восемь лепестков. Илья выгнул их по очереди в разные стороны. Получилось что-то с четырьмя ножками направленными вверх и вниз. Он поставил эту маленькую конструкцию на свой металлический ящик и установил в центр выгнутых вверх лепестков большую белую таблетку. Затем чиркнул спичкой, и эта странная таблетка загорела синим пламенем.

– Сухой спирт? – спросил Варяг.

– Точно, – кивнул Людоед. Он поставил сверху на огонь плошку, сделанную из плоской консервной банки и, залил в нее воду. Затем приладил сверху записную книжку.

– Эй! Не разводите огонь внутри машины! Совсем ума нет?! – воскликнул обернувшийся Алексеев.

– Спокойно, Юра. Все под контролем, – отмахнулся Крест.

– Да тут есть электрочайник, питающийся от бортовой сети, черт подери вас всех!

– Ну а раньше ты чего молчал? Пусть теперь уже догорает. Ладно, Варяг, давай кружки.

– Слава, вали к ним, я спать лягу тут, – пробормотал Алексеев, толкая сидящего рядом сквернослова.

– Матюгальник, ты пить будешь? – крикнул Илья.

– Да! – ответил Вячеслав, выходя из лунохода.

Яхонтов поставил на ящик три кружки. Крест стал разливать. Николай смотрел на это действо и почувствовал, что тоже хочет. Его воротило от запаха, но жгучее желание забыться поглотило все. Наверное, в этом есть какой-то смысл? Ведь пили зачем-то люди. Пили зачем-то те люди, которых зарубил Варяг. Да и если вспомнить, как он сам однажды напился… Если отбросить то что он обмочился, что его рвало, что у него болела голова после… Между всем этим было какое-то блаженство и совершеннейшая беспристрастность в отношении того, что мир вокруг одна огромная могила.

– Налей и мне, – вздохнул он.

Варяг и Крест уставились на Николая. Людоед ухмыльнулся.

– Ну, блаженный. В тебе зверь проснулся?

– Не называй меня так. Просто выпить захотелось.

– Как скажешь братец. Варяг, подай еще чарочку.

– Держи, – Яхонтов поставил еще одну алюминиевую кружку, – Я что-то не понял. Где там Славик пропал? Юра, открой аппарель!

Кормовая дверь зажужжала и стала опускаться. Вместе с холодом в нее влетел и Сквернослов.

– Ты чего там так долго? Мы уж подумали, что тебя зверьки покушали, – хихикнул Крест.

– Отливал. Надо же место под бухло освободить. – Дрожащим от холода голосом ответил Вячеслав.

– Пьянь подзаборная, – еле слышно пробормотал Юрий и, закрыв аппарель, лег спать, растянувшись на сидениях передней кабины.