Михаил Ерунов - Брошенный мир

-На, владей, - довольный произведенным впечатлением, произнес Владыка Хаоса.

-Вот уж за что спасибо, так спасибо! - с восхищением воскликнул Глинд. - Ты мастер, Сварг, и мастер великий!

В руках меч казался еще лучше, чем со стороны. Его лезвие было матовым, но каким-то бархатистым на ощупь, однако при этом невероятно острым. Для проверки Глинд подкинул в воздух попавшийся под руку батистовый платок, оставшийся здесь от прежнего хозяина, и взмахнул клинком. Платок распался на две части, даже не изменив скорости падения.

-Вот это да! - воскликнул он.

-Он еще и не тупится, - словно торговец, нахваливающий свой товар, пояснил Сварг. - Я пробовал разрубать им железо, и не осталось ни одной зазубрины!

-С таким мечом я готов сразиться не только с Волаем, но и с самим Ориксом!

-Вот этого не надо, - усмехнулся Владыка Хаоса. - Я вообще думаю, что мы заявимся в Трабангар под чужими личинами.

-Как это?

-Да точно так же, как я появился на Ассаане под видом принца Дотэреля. Нужно только подобрать подходящие кандидатуры, тех, чье обличие не вызовет подозрений. И в этом нам поможет эльфийская девчонка. Когда в Трабангаре начнется неразбериха, мы проникнем в замок и выследим Волая. Это будет убийство, а не поединок.

-Убийство? - разочарованно произнес Глинд.

-А что тебе в этом не нравится? - спросил Сварг. - На мой взгляд, устранение Тианы и Барбагана прошло гораздо чище, чем Лестера. В поединке ты слишком увлекаешься, и это только вредит тебе. Зато как убийца просто великолепен. А в достижении своей цели все средства хороши.

20. Совет Триумвирата.

Орикс в компании с Таангримом и Волаем работал в кузнице замка. После того, как окончательно подтвердилось его кровное родство с Волаем, отношения между отцом и сыном стали гораздо более близкими и доверительными. Они понимали друг друга с полуслова, а иногда даже и вовсе без слов. Иногда, к примеру, Орикс хотел попросить сына подать какой-нибудь инструмент, поворачивался к нему, а тот уже протягивал именно то, что нужно. Казалось, что они всю жизнь были вместе, а теперь вот встретились после недолгой разлуки. Для Орикса, так и не познавшего радости взросления на глазах ребенка, все было внове и удивительно. То, что он не смог передать сыну в детстве, он пытался наверстать теперь, и это доставляло ему огромную радостью

Сейчас Орикс пытался заново подобрать компоненты оружейной стали, которые так удачно сложились вместе в мече Чета. В целом он все отлично помнил, но была одна добавка, которой пока не удавалось найти в рудниках Трабангара. Орикс даже помнил, как именно выглядел тот кусочек руды, который он подобрал возле ручья в Орочьем лесу. Там было много подобных, вот он и решил, а почему бы ни попробовать их использовать.

Сталь добавка не испортила, но и не улучшила, а потому Орикс прекратил эксперименты с ней. Кто же мог тогда подумать, что ее наличие приведет к такому неожиданному и потрясающему эффекту в случае, предположить который в ту пору он просто не мог. А теперь вот приходилось мучаться, гонять Таангрима за все новыми и новыми образцами породы, пытаться найти подходящую замену, опробовать ее в деле. Отчаявшись, Орикс даже хотел послать кого-нибудь за рудой в Орочий лес, но решил, что это будет слишком долго и, к тому же, небезопасно для гонца.

И вот сегодня, наконец, им сопутствовала настоящая удача. Как обычно, Таангрим вывалил из заплечного мешка на стол новые образца породы из дальнего конца рудника, и Орикс сразу же выделил из них один, желтоватый с металлическими проблесками. Он схватил его в руки и оглядел со всех сторон. Да, это было как раз то, что нужно! Не мешкая ни минуты, они принялись за работу, и уже через пару часов первые наконечники для стрел были готовы.

Оставалось только провести испытание, которое решили поручить Чету. Ползать по горам в поисках просочившихся вампиров не имело никакого смысла, а молодой драконеро со своим крылатым другом встречали их каждый день и не единожды. Правда, он был не слишком хорошим стрелком, но Кюйвелихагль обещал подправить этот пробел в образовании своего спутника.

Испытания прошли триумфально как для Чета, так и для кузнецов. Все стрелы, выданные юноше, нашли свою цель, и все вампиры, как один, вспыхнули ярким пламенем.

Орикс, поздравил Кюйвелихагля и его драконеро в удачной охотой, чего не забывал делать никогда, подошел к Таангриму и, похлопав его по плечу, сказал:

-Ну, что, борода! Приступай к работе! Тебе и твоим помощникам придется изрядно попотеть, чтобы снабдить действенным оружием всех воинов замка! У меня есть неплохие ребята из орков. Можешь подключить и их тоже. Да и вашего народа здесь тоже прибавилось. А если гном не кузнец, то кто он?!

-Увы, но здешние гномы подрастеряли свои навыки, - вздохнул Таангрим. - Я насмотрелся на их работу в Троере. Чуть со стыда не сгорел за своих соплеменников. Хотя для того, чтобы сделать наконечник стрелы, особого искусства не надо. Вот это им и поручу. А сам со своими учениками и теми, кого сватаешь мне ты, займусь более тонкой работой. Неплохо было бы и себе новую секирку сварганить.

-Давай, действуй!

* * *

Тем временем отношения между Ориксом и Кайрой продолжали оставаться неопределенными. По какому-то негласному соглашению они не затевали объяснений, не искали себе оправданий. Со стороны могло показаться, что все, некогда существовавшее между ними, осталось в далеком прошлом, что душевные раны заросли и оба теперь вполне довольны нынешним положением дел. Конечно, на самом деле все было совсем не так, и они оба отлично понимали, но сделать первый шаг навстречу друг другу не решались ни он, ни она.

Ориксу в первую очередь мешало присутствие здесь Мэлвина. Он сам призвал его на помощь, и использовать подвернувшийся шанс для того, чтобы тут же увести у него жену, считал не только неблагородным, но и просто непорядочным. Не важно, что с ним самим когда-то поступили именно так. Испытав на собственной шкуре всю горечь разочарования в горячо любимой и просто обожаемой супруге, теперь он не пожелал бы подобного и врагу. А Мэлвин, несмотря на все накопившиеся к нему претензии, настоящим врагом для него все же не был. Это Орикс окончательно понял здесь, на Лиросе, а по большому счету еще раньше, когда волею судеб оказался в стане врага истинного, Сварга Темного. Для себя он решил, что прощает их обоих, и пусть живут так, как им нравится. Тем более, что Кайра даже намеком не показывала, что у нее осталась хотя бы часть прежних чувств к ее бывшему супругу.

Что же касается самой Кайры, то ее положение было еще более сложным. Она отлично осознавала, что главная вина за разрыв отношений с Ориксом лежит исключительно на ней самой. Все его последующие выходки, пусть бессмысленные и даже дикие, являлись всего лишь следствием этого необдуманного поступка. Их можно и нужно было простить, но в какой-то момент они с Мэлвином просто испугались, и приговор, вынесенный Ориксу Советом Мироздания, оказался неоправданно суров.