Пола Вольски - Сумеречные врата

Следы борьбы еще сохранились повсюду. Малый Ширин лежал в развалинах, прекрасные кирпичные здания были разрушены и разграблены, сады вырублены. Вокруг резиденции лежали сплошные руины. Даже мостовые здесь были взломаны, и починить их до окончания дождей представлялось невозможным. По трещинам текли мутные ручьи, и грязь разливалась по улицам болотом, которое останется труднопроходимым еще не один месяц.

Наружная стена резиденции, выщербленная нулями и почерневшая, представляла собой жалкое зрелище. Не менее жалко выглядели и Часовые у изуродованных, обугленных ворот, стоявшие по щиколотку в грязи. Дождь потоками стекал с помятых плоских шлемов прямо на глаза.

Узнав заместителя второго секретаря во Чаумелля, так заметно проявившего себя во время последних беспорядков, они пропустили его без промедления. Не попытались задержать и сопровождавшего заместителя старого желтого оборванца.

Через утопавший в грязи двор приходилось пробираться с большой осторожностью, опасаясь невидимых под лужами ям и траншей. Месяц назад здесь было не протолкнуться от телег, фургонов и фози. Теперь их почти не осталось. Владельцы, уверившись в своей безопасности, отбыли на пригодные для жилья плантации по берегам Золотой Мандиджуур. Меньше повезло населению Малого Ширина, дома которого сравняли с землей. Эти еще оставались в резиденции, и их промокшие экипажи утопали в образовавшемся болоте.

Ренилл вместе с Зилуром вошел в переднюю и остановился сложить зонт, стряхнув брызги дождя на грязный мраморный пол. Пройдя просторный вестибюль, оба начали подниматься по широкой лестнице.

— Так вот где мудрые вонарцы решают судьбы бедных авескийцев! — Черные глаза Зилура шарили по сторонам.

— Здесь просто разыгрывается представление. Решается все во Дворце Столетия в Ширине, на другом краю земли.

— Тем не менее, я давно мечтал увидеть это место.

— И как, оно оправдывает твои надежды?

— Воистину. Впрочем, после Зулайсанского Исправительного Заведения меня легко поразить.

— Ты не потерял ни капли яда, умури. Должно быть, заключение пошло тебе на пользу.

— Совершенно верно. Две миски баланды в день, надежные каменные стены защищают от непогоды, и сколько угодно паразитов. Мне понравилось.

Ни баланда, ни паразиты, по-видимому, не повредили Зилуру. Старик в безопасности пересидел бурю за решет кой. Когда Ренилл, добившись приказа о досрочном освобождении учителя, явился в тюрьму, он застал Зилура бодрым и здоровым. Тот как раз проводил стражников и товарищей по заключению через Первое Преддверие Дворца Света. Навеки изгнанный из Бевиаретты и нимало о том не жалеющий, Зилур легко принял предложение своего бывшего ученика, хотя не удержался от выражения саркастических сомнений в достижимости официального согласия.

— Оставь это мне, умури, — посоветовал Ренилл. — Разве не ты учил меня, что «голодный дух находит пищу в дыму и тенях»?

— Какой смышленый мальчик!

Теперь они проходили через холл второго этажа, ступая по лохмотьям, оставшимся от ковров, и осколкам стекла. Остановившись перед деревянной дверью без таблички, Ренилл постучал и ввел своего спутника в кабинет второго секретаря.

Шивокс восседал за столом, склонившись над грудой документов. Когда дверь отворилась, он поднял взгляд и прищурился. Отложил перо, откинулся на спинку кресла и ледяным тоном заметил:

— А, Чаумелль? Не припомню, чтобы посылал за вами.

— Даже угроза чумы не остановит меня, Шивокс. К слову сказать, как ваше здоровье?

— Великолепно. — Шивокс, несомненно, не обманывал. Глаза его ярко, хотя и настороженно, блестели, а на щеки вернулся прежний румянец.

— Счастлив слышать. И насколько я понимаю, вас можно поздравить?

— Да. Мисс в'Эрист оказала мне честь, согласившись стать моей женой.

— Вы счастливейший из смертных. Не могу представить двух душ, более подходящих друг другу, — заверил Ренилл с глубоким и неподдельным удовлетворением. — Чрезвычайно удачный брак.

В словах подчиненного звучало невинное дружелюбие, однако Шивокс, как видно, заподозрил насмешку, поскольку ответил с улыбкой:

— Вы, насколько я понимаю, тоже не обделены счастьем. Ваша желтенькая штучка — сладкий кусочек.

— Мы с гочанной намерены пожениться в будущем месяце, — не моргнув глазом сообщил Ренилл.

— А?.. — Шивокс встопорщил усы. — Понятно, понятно… Еще один удачный и равный брак.

— Мы тоже так считаем. Но простите мне мою рассеянность. Я забыл представить вам моего почтенного спутника. Второй секретарь Шивокс, позвольте представить вам умури Зилура — видного ученого, наставника, исследователя и проводника по залам Дворца Света.

— Второй секретарь, — Зилур склонил голову в любезном, но не слишком почтительном поклоне.

Шивокс сделал вид, что не заметил его присутствия.

— Чем могу быть полезен вам, Чаумелль? — спросил он у Ренилла.

— Я привел к вам умури, — пояснил Ренилл, — поскольку полагал, что вам следует познакомиться с будущим директором первой народной школы Авескии, которую вы так стремитесь основать и добиться для нее государственной дотации.

— Я так стремлюсь?.. Какая школа? Что вы несете?

— Прошу прощения. Я забегаю вперед, это лишь один из моих многочисленных недостатков. — Ренилл поклонился. Из внутреннего кармана его сюртука появился бумажный конверт, который он аккуратно положил на стол начальника. — Вот. Черновой набросок вашего проекта. Вы можете прочитать сразу. Окончательный вариант будет доставлен через пару дней, но все подробности вы найдете и в черновике.

— Это что, розыгрыш? — Шивокс ткнул пальцем в пакет.

— Это предложение об организации дотируемой государством народной школы, — терпеливо повторил Ренилл. — Разумеется, первой, но не последней. Умури Зилур, в качестве будущего директора, составил программу и подобрал преподавателей. В школу будут на равных правах приниматься одаренные дети обоих полов, причем в общежитии предусматривается изолированное отделение для учащихся Безымянных.

— Полная чепуха! — Шивокс отодвинул от себя пакет.

— Отнюдь, второй секретарь, — серьезно заметил Зилур. — Среди молодых Безымянных многие одарены быстрым разумом. Я согласен обучать этих молодых людей, и уверен, что найдутся и другие преподаватели, которые согласятся заниматься с ними.

Шивокс по-прежнему не замечал присутствия авескийца.

— И не думайте, — добавил Ренилл, — что среди Безымянных не найдется желающих учиться. Я знаю одного юношу, живущего здесь же, в ЗуЛайсе, чью кандидатуру охотно поддержу и я сам. Толковый, храбрый, решительный подросток, готовый на все, чтобы научиться читать.