Татьяна Нартова - Путь к океану

— Ну, — неопределенно пожала плечами я. Не говорить же ему, что я еще и с предметами говорю. Все равно не поверит, что они откликаются.

"А ты бы поверила?" — уколола меня Мэрке.

— Вот поэтому и не говорю, — тихо отозвалась я.

Наш путь к тронному залу больше походил на приезд балагана в тихую деревушку. Стоило только первым "светлячкам" усесться на потолке пещеры, как мы уже пулей вылетели из дома. Меня обуревало такой радостное ощущение, что я едва могла себя контролировать. Я даже затянула какую-то песенку, оказавшейся лекверской балладой (вечно у меня в голове всякая дрянь хранится), которую Рик и леквер немедленно подхватили. Ничего не могу сказать, вышло у нас здорово, даром что произведение было о самой кровавой битве с описанием всевозможных убийств и плачей, а исполняли мы его с идиотскими улыбками на лицах. Нам-то с ренном еще простительно. И тому и другой лекверы успели насолить в жизни, но вот на Силию, жизнерадостно вопящую о пропавшей сущности, косились как-то подозрительно. В конце концов, нам удалось пройти к самой двери, за котрой и располагался тронный зал. Перед нею бдел страж, вытянувшись в струнку с таким выражением лица, что стало сразу ясно: такой не пропустит.

— Мы к королю, — нагло заявила я, делая шаг навстречу заветному помещению.

— Его величество никого не принимает, — ответил ренн. Мы переглянулись, на всякй случай добивив:

— У нас срочное дело!

— Я же сказал: Ерех не принимает никого из посетителей. Если хотите поговорить с кем-то из руководства, то можете пройти к начальнику стражи или личному телохранителю. Они тогда передадут потом, о том, что вы приходили. Возможно, к вечеру король соизволит с вами переговорить.

— Да послушайте, милейший! — всякое хорошее настроение улитучилось, оставив после себя недоумение и злость, — Я не просто сюда притащилась, чтобы глазеть на вашу рожу. Мне нужен король, не-мед-лен-но! Вы понимаете, что это дело государственной важности?!

— Погодите, эивина, стойте! — сраж попытался рвануть мне наперерез, но я уже дотянулась до ручки двери и толкнула ее, — Это просто невозможно!

— Иктая? — я не сразу сообразила, что в зале находиться еще кто-то, кроме короля, едва не ляпнув в ответ:

"Вы что, мое имя забыли?", — но вовремя спохватилась, заметив тонкую фигуру Неервара.

— Я пытался ее остановить, — из-за двери высунулась голова охранника.

— Оставьте нас, — махнул король рукой, и усердный ренн немедленно юркнул на свой боевой пост, — Хорошую проверку вы устроили моим гвардейцам.

— Он не хотел меня пускать, — отрезала я, — Мы нашли путь к океану.

— Как это? — недоверчиво заморгал министр, — Но ведь это же невозможно. Именно об этом мы только что говорили с его величеством. Но как? И где вы его нашли?

— Да все просто, — не удержалась я от показного хмыка, — Вы просто искать не умеете. Элистар ошибся кое в чем. Его вожделенный артефакт находиться не у вас, а на его территории. Точнее, можно сказать, на общей территории. Ведь все мы так или иначе ходим под одним небом. Путь к океану — это звезда, утренняя звезда.

— Звезда? — казалось, Ереха это ничуть не удивило. Только четко очерченная бровь слегка поднялась, выгнувшись домиком. Не больше. Я даже немного обделась. Стараешься тут для них, и не тебе бурного ликования, ни обмороков от переполняющих чувств. Вот и связывайся с этими ледышками! Однако не успела я совсем расстроиться, как Неервар вскочил с подлокотника трона, на котром сидел, и принялся радостно хлопать в ладоши:

— Иктая, вы волшебница! Вы наша спасительница. Но все же, как вам удалось разгадать эту загадку?

Мужчина пытливо заглянул мне в глаза, но я только головой покачала:

— Случайно нашла старую карту неба, не более того. Так что не стоит меня принимать за настоящую героиню. Я привыкла тщательно проверять все бумаги, вот и весь секрет. Думаю, если бы вы посадили парочку библиотекарей и дали им задание найти что-нибудь об артефакте, они бы справились не хуже, чем я.

— Что ж, Иктая, — Ерех чинно поклонился мне, — Мы благодарим вас за услугу, оказанную нашему королевству. У меня тоже есть для вас некотрые новости. Вечером Перев или еще кто-нибудь доставит вам официальную бумагу с ответом на ваш запрос. А пока, извольте покинуть нас. Как только у меня появится свободное время, мы еще с вами поговорим.

— Хорошо, — пожала я плечами. На душе стало гадко, будто меня не вежливо попросили удалиться, а выгнали взашей. Хотя, наверное, в последнем случае мне не было бы так паршиво. Спина и шея, словно стараясь еще больше усугубить мое состояние, заныли с новой силой. Меня еще так никто не унижал, к тому же не произнося ни одного дурного слова. Но холодное презрение и буквально рвущиеся с уст короля слова: "Зайдите позже!", будто я была всего лишь очередным просителем, оказались страшнее всех самых омерзительных ругательств. Что ж, Лидка, и к этому, наверное, тебе уже пора привыкнуть.

За порогом меня по-прежнему ждали приятели. Но я только прошла мимо, взглядом показывая, что все объяснения будут потом. И очень сомневаясь, что они вообще будут.

Громадная птица уже целых полчаса кружила над Эверет-э-Ренн, но ее седок пока не спешил спускаться. Он внимательно всматривался в окружающее холм пространство, стараясь рассмотреть с высоты то, что, по-идее, никто не должен был видеть на земле. И хотя обнаружить охрану подземного города ему пока не удалось, взгляд невольно цеплялся за подозрительно активные тени. Очень короткие, прямые, они никак не могли принадлежать деревьям. Да и не могут деревья перемещаться с такой скоростью. Хотя, деревья вообще не должны перемещаться.

— Страннно, — вслух произнес Гервен (ведь именно он и облетал холм) с издевкой, — Лидка должно быть, уже приехала, а королевство все еще целехонько.

До Элистара изредка доносились голоса, но определить, сколько реннов стоят сейчас на внешних границах Эверет-э-Ренн, было очень сложно. Конечно, он мог, как все нормальные лекверы, просто подойди к ближайшему посту, предьявить документы и попросить разрешения войти на территорию реннов. Однако что-то в глубине сущности подсказывало ему, что на сей раз официально попасть внутрь холма ему вряд ли удастся. Особенно, учитывая все то, что писали в газетах. Если там реннов всячески поносили, называя агрессорами, посягнувшими на святую власть его деда, значит, ни одного леквера в Эверет-э-Ренн не пропустят. Доверять газетной болтовне, конечно, не стоило. Но и полностью игнорировать подобные заявления не следовало. А насколько Крашенный знал своего пращура, именно ренны оказались в положении угнетаемых, и именно у них пытались отобрать законную власть.