Скотт Линч - Обманы Локки Ламоры

Однако если бы они исхитрились выглянуть в какую-нибудь щелочку, то увидели бы много интересного. Например, то, что похоронная процессия, уверенно миновав поворот на Холм Шепотов, направилась вместо этого на север и змеей проползла в самый западный конец Ржавой Заводи, где в ночной мгле смутно темнело сооружение под названием Гулкая Дыра.

Любопытный наблюдатель подивился бы внушительному размеру процессии — здесь собралось свыше сотни человек — и в особенности ее необычной экипировке. Только носильщики были одеты сообразно печальному поводу. Все остальные шли в полном боевом облачении — кожаные доспехи с металлическими заклепками, защитные воротники и шлемы, руки прикрыты наручами и перчатками, из-за поясов торчат дубинки, ножи и топоры. Тут присутствовали лучшие из лучших подданных Барсави, самые надежные из Правильных Людей, мужчины и женщины с холодными глазами, имена которых заставляли трепетать весь Каморр. Они явились по зову капы из всех районов города, представляя все подвластные капе банды — Краснорукие и Пастушьи Псы, Серолицые и Арсенальные Парни, Речные Прыгуны и Черные Крутилы, Огневые Бароны и многие, многие другие.

Но самая любопытная деталь была надежно скрыта от глаз сторонних наблюдателей. Знать о ней полагалось лишь немногим.

Дело в том, что тело Наццы Барсави — в черном саване, пропитанном специальным алхимическим раствором, — осталось лежать в ее старой комнате на Плавучей Могиле. Минувшей ночью там прошла церемония прощания с дочерью капы. Локки Ламора и еще двенадцать жрецов Безымянного Тринадцатого Бога, Хранителя воров, сделали все, что необходимо, — зажгли освященные свечи и прочитали полагающиеся молитвы. А затем ушли и оставили лежать бездыханную Наццу Барсави, пока ее отец покончит с делом, которое, строго говоря, не имело никакого отношения к Холму Шепотов. Гроб же, который несли на задрапированных носилках, был пуст.

— Я Серый Король, — произнес Локки Ламора. — Я Серый Король — пусть боги вырвут его глаза, — я тот самый Серый Король.

— Возьми на тон ниже и добавь хрипа, — посоветовал Жеан Таннен, сражавшийся с одним из манжетов на сером камзоле Локки. — А также легкий намек на тал-вераррский выговор. Ты вроде упоминал, что он говорит с акцентом?

— Я Серый Король, — снова повторил Локки. — И мне станет не до шуток, когда Благородные Подонки разберутся со мной!

— О, вот так гораздо лучше, — одобрил Кало, который натирал волосы Локки специальной алхимической пастой, придавая им характерный землисто-серый оттенок. — Лично мне нравится. По-моему, очень убедительно.

Локки стоял неподвижно, будто портновский манекен, а Кало, Гальдо и Жеан хлопотали вокруг над его костюмом, гримом и прической. Жук же стоял на страже — перегнувшись через стенку их укрытия, следил, чтобы случайный прохожий не стал свидетелем их приготовлений.

На самом деле эта предосторожность была излишней. Благородные Подонки прятались в заброшенном доме Ржавой Заводи, всего в нескольких кварталах от Гулкой Дыры. Ржавая же Заводь давно уже была мертвым островом — почти необитаемой окраиной с дурной славой. Если многие другие предрассудки каморрцы успели отвергнуть, отнеся их к категории бабкиных сказок, то со здешними местами все обстояло иначе. За этим районом давно и безоговорочно закрепилась репутация «плохого места». Поговаривали, что в лагуне Ржавой Заводи водятся некие создания — вроде акул-людоедов, но куда более древние и ужасные. Трудно сказать, насколько правдивы были эти слухи, однако место выглядело идеальным для предстоящей разборки капы Барсави и Серого Короля. Локки подозревал, что самого его в достопамятную ночь похищения в Серебристой роще тоже привезли куда-то сюда.

Мало-помалу все детали образа ненавистного Серого Короля занимали свое место. Выкрашенные волосы отливали сединой — в тон одежде, на ногах были башмаки с толстой подметкой, которые добавили Локки пару дюймов роста. Не забыли и пегие вислые усы, накрепко приклеенные над верхней губой.

— Отлично выглядишь, — заметил Жук.

— Чертовски безвкусный прикид, но в принципе Жук прав, — согласился Жеан. — Теперь, когда я подогнал этот идиотский костюм под твой размер, ты выглядишь обалденно.

— Жалко, что не мы придумали эту игру, — вздохнул Гальдо. — Я бы получил огромное удовольствие. Наклонись вперед, Локки, добавим тебе морщин.

Осторожными движениями он стал покрывать лицо товарища теплой маслянистой субстанцией, от которой сразу защипало кожу. Через минуту она застыла и затвердела, заставив лицо Локки съежиться и стянуться. Теперь он имел первоклассный набор морщин: «гусиные лапки» на скулах, мимические морщинки в уголках глаз, возрастные складки на щеках. На вид ему можно было дать лет сорок пять, а то и больше. Подобный грим выглядел бы убедительно даже при дневном свете, ночью же Локки стал просто неузнаваем.

— Виртуозная работа, — похвалил Жеан. — Особенно с учетом недостатка времени и средств, которыми мы располагаем.

Локки накинул капюшон и натянул серые кожаные перчатки.

— Я Серый Король, — произнес он низким голосом, имитируя акцент истинного Серого Короля.

— Ничего себе! — восхитился Жук. — Даже я поверил.

— Вот и отлично. Давайте тогда сворачиваться, — Локки подвигал челюстями, ощущая, как играют на коже искусственные морщины. — Гальдо, будь добр, передай мои стилеты. Полагаю, один надо положить в сапог, а второй в рукав…

И в этот миг в его голове раздался тихий призрачный голос Сокольничего:

«Ламора…»

Локки напрягся, и Жеан сразу это заметил.

— В чем дело? — спросил он.

— Сокольничий, — пояснил Локки. — Он… он снова играет в свои поганые игры…

«Барсави уже приближается. Тебе и твоим друзьям следует поторопиться, чтобы заранее занять позицию.»

— Ишь как не терпится нашему контрмагу! — хмыкнул Локки. — Ладно, поторопимся, ребята. Жук, ты помнишь сценарий? Где в точности ты должен находиться?

— Там, где чертовски глубоко и холодно, — проворчал мальчишка. — На сей раз даже не придется прыгать с крыши храма. Так что не беспокойся.

— Жеан, а ты доволен своим местом?

— Не особенно, но что поделать, — Жеан похрустел костяшками пальцев. — Мы с Жуком будем видеть друг друга там, под полом. Если что-то пойдет не так, и ты увидишь, что вся игра летит на хрен, не забудь прыгнуть в этот проклятый водопад — а я уж тебя прикрою.

— Кало, Гальдо, — Локки обернулся к близнецам, которые поспешно собирали инструменты и гримировальные принадлежности. — У вас все готово, чтобы по-быстрому убраться из города?