Larka - Алмазный венец севера

— Эльфийского принца? Обменять на бочонок пива? — паладин заржал громко и весело — так понравилась ему эта мысль. — Клянусь муками Спасителя, это мне по душе!

Полковник тоже усмехнулся в ус — да и святые братья с сестрой переглянулись с просветлевшими лицами. В самом-то деле — продать на сторону эту хуже смерти надоевшую всем занозу в заднице пророчеством вроде бы не возбранялось… а уж меднолобый офицер пусть потом проклятие и расхлёбывает. Хотя, скорее всего, ему опять всё как с гуся вода пройдёт — коль скоро и благостью Спасителя в соборе не проняло.

— Так значит, мы продадим принца вам… за бочку пива, — полковник тоже усмехнулся. — А вы вернёте того в лес. Что ж — похоже, умаслить племя перворождённых таки удастся. Лучше худой мир, чем полностью проигранная война?

И только сейчас до похолодевшего Ларки что-то и начало доходить. Эта небрежность в обращении, и в то же время неприкрытое подобострастие окружающих… этот властный взгляд, а величественный поворот головы! О, как же он был слеп!

— Ваше величество? — вовсе не малость и по понятной причине севший голос выдал всю глубину его волнения.

— Вольно, поручик. И отставить чинопочитание, сейчас не время, — с усмешкой отмахнулся оказавшийся королём полковник, и пустился со святыми братьями в обсуждения.

Повелительный жест — и вокруг замельтешила маленькая буря. Дожидавшемуся гонцу тотчас же послали пакет. Предложение мира принято, а конкретные протоколы и обсуждения пройдут уже в соответствии со всею дипломатической и бюрократической тщательностью. Дескать, нельзя допустить, чтобы из-за неверно сформулированной фразы или небрежно проставленной запятой потом снова начали проистекать некие недоразумения со вполне понятными последствиями.

За елфом, содержавшимся под неусыпной стражей и святыми молитвами в одном из недальних замков, тотчас поскакал получивший как подтверждение своих полномочий королевский перстень сир Андреас.

— А пока что, дамы и господа, — король повёл вокруг смеющимся несмотря на ситуацию взглядом. — Не устроить ли нам маленький бал? Проигрывать нужно с достоинством — да и не покажем же мы медному королевству своего уныния?

С последним доводом согласились даже такие хитрые бестии, как внимавшие с самыми постными физиономиями святоши. Ну, а уж дворяне и военные (а пуще того их жёны да прочие подружки) и вовсе горячо поддержали эту затею. В святом королевстве и без того каждое развлечение наперечёт. Так что — гуляем до самого утра?..

— Во дворце, подаренной самой весной, и под песню вечных звёзд мы танцевали, — корнет шаловливо усмехнулся, напевая эту старую песенку на мотив вполне недурственного здешнего менуэта.

В самом деле, они танцевали — плечистый и весьма приятно выглядящий поручик и стройный как юная рябинка корнет. И действительно во дворце, пусть это был и оплот вчерашнего злейшего врага.

Все эти танцы-манцы Ларка откровенно не любил. Ну да, заучил движения и па на обязательных в Академиях уроках этикета — как оказалось, пригодилось. Да вот только, с куда большим усердием и прилежанием он изучал фехтование или приёмы ковки да обработки металлов. Уж куда лучше этого дурацкого дрыгоножества… но оказалось, что и от таких нелепых на первый взгляд телодвижений можно получать удовольствие — особенно когда в твоих объятиях иногда оказывалось это юное и смазливое недоразумение в мундире корнета…

— Вам, вьюноша, было бы лучше родиться девицей, клянусь ранами Спасителя! — въедливо и с отчётливо заметной ноткой осуждения заметила в их сторону приятно пухленькая дама лет слегка за тридцать, когда Ларка вёл своего спутника к столам в соседней галерее.

Поручик окинул позволившую себе такие нескромные слова едва одним взглядом — но понял всё мгновенно. Хм-м, а весьма ничего, симпатичная дамочка здешняя королева… в ушах если это сапфиры так блистают радужными брызгами, то он, Ларка, в камнях и вовсе не разбирался. Ну скажите на милость — какая ещё придворная дама может позволить себе носить в ушах полфунта бриллиантов? А эта широкая, алая с золотом лента по диагонали, с которой колючими искрами блистала высшая награда светлого королевства? Тоже мне, крест Спасителя! А платье? А походка и этот уверенный разворот полуобнажённых плеч? Миледи Хельга тут просто удавится от зависти — перед такой она словно дитё малое. Каждая мелочь на этой ухоженной ляльке ненавязчиво и мягко прямо-таки вопила о богатстве — и власти. Но, хороша всё же, ничего не скажешь…

— О, ваше величество, какая неслыханная для нас честь, — Ларка мигом вспомнил все, казалось бы, старательно и безнадёжно забытые правила этикета да принялся было изощряться в поклонах-расшаркиваниях да прочих ужимках.

Однако, королева ничуть не купилась. С бархатным глубоким смехом она легонько оттаскала поручика за ухо и поинтересовалась — как же это того угораздило? А придворные и монаси так и шарахнулись подальше после одного только повелительного движения веером. Ну что ж, такие намёки понятны. Ларка подхватил королеву под ручку и чинно повёл прогуляться по галерее, а потом и в зимний сад. По пути он разливался соловьём, по вполне похвально усвоенной привычке стараясь не утомить собеседницу, а наоборот — нащупать интересующую именно её тему.

— Да, с предназначением трудно бороться, — после некоторого раздумья заметила её величество и повела бровкой в сторону двух подозрительно плечистых святых сестёр, что следовали за нею неотрывно как тени. — Оставьте наше величество! В компании этого… гм-м, джентльмена я могу не беспокоиться за свою репутацию дамы. А уж тем более в оранжерее.

— И что же, поручик, вы не пробовали исправиться и встать, так сказать, на путь истинный? — карие глаза королевы блистали лукавством.

Ларка с самой покаянной физиономией заметил, что надумал вроде. Как-никак, в офицеры выбился, да во дворяне — пора уж и насчёт наследников озаботиться. Да вот, его величество медный король не иначе как для поддержания морального облика направил с ним в поездку этого смазливого корнета.

— Да, очаровашка этот кавалерист от инфантерии, — рассеянно проронила плывущая по дорожке зимнего сада королева.

От таких слов в самую пору насторожиться! Чтоб знатная дама просто так разбиралась в табели о рангах противного королевства? Вот Ларка и насторожился — однако августейшая спутница лишь чуть печально улыбнулась и едва заметно увлекла за руку в просвет, с трудом различимый меж пышно разросшихся, похожих на апельсиновые деревьев.

Здесь оказался сделанный стараниями садовников вполне зелёный тенистый грот. Несмотря на то, что где-то под стеклянными сводами ярко пылали свщенные руки святого то ли Хомы, то ли Брута — здесь обнаружился весьма интимный и уютный уголок. Журчал откуда-то сбоку невидимый рукотворный ручеёк. На широкой альтанке лежал небрежно брошенный августейшею рукой меховой плащ, а на невысокой тумбе, довольно успешно сделанной из нижней части резной эльфийской колонны, сиротливо покоилась одинокая книга в тёмном переплёте.