Пола Вольски - Сумеречные врата

Сон опять изменился, и гочалла увидела дворец УудПрай — преображенным. Исчезли все следы разрушения, грязи и гнили. По подстриженным газонам разгуливали павлины, играли фонтаны, белые лучи солнца превращали в чудесное видение Хрустальную Арку Ширардира и Лиловый Купол. Дворец блистал прежней роскошью, и сердце гочаллы сжалось от сладкой боли при виде его красоты. По торжественным залам бегали дети, множество детей, больших и маленьких, мальчиков и девочек. Гочалла видела незнакомые детские лица, и не понимала, что делают эти в ее доме, но дети эти были — авескийцы, здоровые и радостные. Их голоса долетели до нее через реку времени, она слышала их смех.

Голоса смолкали. Темнота обняла ее, и наконец прияло время отдохнуть.

15

— Ты безрассуден, Ренилл, — заметил Зилур. — Кое-кто назвал бы тебя нахальным.

— Умури, это для меня не новость, — возразил Ренилл.

— Ты погубишь свое положение среди собратьев Высокочтимых.

— Я как-нибудь переживу это несчастье.

— Они сочтут нестерпимой дерзостью привести туземца, который не служит им, в лилейно-белую резиденцию!

— Вероятно.

— И ты почувствуешь на себе их возмущение. Конечно, всех неприятностей удастся избежать, если нас просто откажутся впустить.

— Не откажутся, — уверенно заявил Ренилл.

Они подходили к вонарской резиденции. Широкий зонт в руках Ренилла защищал их обоих от потоков воды, водопадом льющихся с небес, как обычно в сезон дождей. Проспект Республики заполняли солдаты Восемнадцатой Авескийской дивизии, но никто не остановил их, что и не удивительно, поскольку Ренилл в модном вонарском костюме воплощал собой западную респектабельность. Да и будь он одет по-другому, их скорее всего пропустили бы. Присутствие в ЗуЛайсе Восемнадцатой дивизии в последние месяцы было явным излишеством. Войско, явившееся несколько недель назад освобождать резиденцию, застало умиротворенный город, непокорные обитатели которого были усмирены исчезновением божества и обезоружены приказом покончившей самоубийством правительницы. С тех пор, если не считать нескольких бескровных всплесков возмущения на разоренных окраинах, в ЗуЛайсе установился относительный порядок.

Следы борьбы еще сохранились повсюду. Малый Ширин лежал в развалинах, прекрасные кирпичные здания были разрушены и разграблены, сады вырублены. Вокруг резиденции лежали сплошные руины. Даже мостовые здесь были взломаны, и починить их до окончания дождей представлялось невозможным. По трещинам текли мутные ручьи, и грязь разливалась по улицам болотом, которое останется труднопроходимым еще не один месяц.

Наружная стена резиденции, выщербленная нулями и почерневшая, представляла собой жалкое зрелище. Не менее жалко выглядели и Часовые у изуродованных, обугленных ворот, стоявшие по щиколотку в грязи. Дождь потоками стекал с помятых плоских шлемов прямо на глаза.

Узнав заместителя второго секретаря во Чаумелля, так заметно проявившего себя во время последних беспорядков, они пропустили его без промедления. Не попытались задержать и сопровождавшего заместителя старого желтого оборванца.

Через утопавший в грязи двор приходилось пробираться с большой осторожностью, опасаясь невидимых под лужами ям и траншей. Месяц назад здесь было не протолкнуться от телег, фургонов и фози. Теперь их почти не осталось. Владельцы, уверившись в своей безопасности, отбыли на пригодные для жилья плантации по берегам Золотой Мандиджуур. Меньше повезло населению Малого Ширина, дома которого сравняли с землей. Эти еще оставались в резиденции, и их промокшие экипажи утопали в образовавшемся болоте.

Ренилл вместе с Зилуром вошел в переднюю и остановился сложить зонт, стряхнув брызги дождя на грязный мраморный пол. Пройдя просторный вестибюль, оба начали подниматься по широкой лестнице.

— Так вот где мудрые вонарцы решают судьбы бедных авескийцев! — Черные глаза Зилура шарили по сторонам.

— Здесь просто разыгрывается представление. Решается все во Дворце Столетия в Ширине, на другом краю земли.

— Тем не менее, я давно мечтал увидеть это место.

— И как, оно оправдывает твои надежды?

— Воистину. Впрочем, после Зулайсанского Исправительного Заведения меня легко поразить.

— Ты не потерял ни капли яда, умури. Должно быть, заключение пошло тебе на пользу.

— Совершенно верно. Две миски баланды в день, надежные каменные стены защищают от непогоды, и сколько угодно паразитов. Мне понравилось.

Ни баланда, ни паразиты, по-видимому, не повредили Зилуру. Старик в безопасности пересидел бурю за решет кой. Когда Ренилл, добившись приказа о досрочном освобождении учителя, явился в тюрьму, он застал Зилура бодрым и здоровым. Тот как раз проводил стражников и товарищей по заключению через Первое Преддверие Дворца Света. Навеки изгнанный из Бевиаретты и нимало о том не жалеющий, Зилур легко принял предложение своего бывшего ученика, хотя не удержался от выражения саркастических сомнений в достижимости официального согласия.

— Оставь это мне, умури, — посоветовал Ренилл. — Разве не ты учил меня, что «голодный дух находит пищу в дыму и тенях»?

— Какой смышленый мальчик!

Теперь они проходили через холл второго этажа, ступая по лохмотьям, оставшимся от ковров, и осколкам стекла. Остановившись перед деревянной дверью без таблички, Ренилл постучал и ввел своего спутника в кабинет второго секретаря.

Шивокс восседал за столом, склонившись над грудой документов. Когда дверь отворилась, он поднял взгляд и прищурился. Отложил перо, откинулся на спинку кресла и ледяным тоном заметил:

— А, Чаумелль? Не припомню, чтобы посылал за вами.

— Даже угроза чумы не остановит меня, Шивокс. К слову сказать, как ваше здоровье?

— Великолепно. — Шивокс, несомненно, не обманывал. Глаза его ярко, хотя и настороженно, блестели, а на щеки вернулся прежний румянец.

— Счастлив слышать. И насколько я понимаю, вас можно поздравить?

— Да. Мисс в'Эрист оказала мне честь, согласившись стать моей женой.

— Вы счастливейший из смертных. Не могу представить двух душ, более подходящих друг другу, — заверил Ренилл с глубоким и неподдельным удовлетворением. — Чрезвычайно удачный брак.

В словах подчиненного звучало невинное дружелюбие, однако Шивокс, как видно, заподозрил насмешку, поскольку ответил с улыбкой:

— Вы, насколько я понимаю, тоже не обделены счастьем. Ваша желтенькая штучка — сладкий кусочек.

— Мы с гочанной намерены пожениться в будущем месяце, — не моргнув глазом сообщил Ренилл.

— А?.. — Шивокс встопорщил усы. — Понятно, понятно… Еще один удачный и равный брак.