Виктор Исьемини - За горизонтом

А на каменистом пляже между колоссами творилось нечто ужасающее — обезумевшие подростки кидались прямо навстречу ревущему пламени колдовских залпов, падали десятками, но это не уменьшало пыла тех, кто бежал следом. Колдуны разили и разили их, но град камней становился все гуще, над головами сражающихся юнцов и стариков в обе стороны носились белые и черные молнии, которыми обменивались призвавшие людей божки… Грохот, вой, свист — и вопли! Такого завывания мне, пожалуй, еще не приходилось слышать… И это — люди? Вот так орут — люди? Невероятно… Тут несколько чудовищных божественных молний угодили в цель — гигантский младенец тоже взвыл, содрогнулась земля под ногами… Кажется, с утесов в море посыпались камни? Или мне показалось — но во всяком случае, творилось что-то уже более чем сверхъестественное. А люди не обращали никакого внимания на происходящее над их головами, они были совершенно увлечены потасовкой. Когда люди получают возможность уничтожать себе подобных — их ничто не может отвлечь.

Вероятно, в этом было что-то символичное — старики отсталых народов Мира дрались с молодежью наиболее цивилизованного — но мне как-то было не до тонкостей анализа, я все старался уберечься от камней и магических залпов. И продвигался к свой цели…

Наконец мои усилия увенчались успехом — я пробрался за спину «младенцу» и вздохнул с облегчением — здесь-то меня не достанут ни юнцы, ни старики. Не тут-то было — на меня обратил внимание сам великанский малыш. Практически не отвлекаясь от своей драки с Черным и Зеленой, он тем не менее все же умудрился заметить меня. И отреагировал, не глядя послав какую-то божественную молнию. И тут я, признаться, сорвался — меня оскорбило не само нападение (на войне как на войне!), а та пренебрежительность, с которой был нанесен удар. Этак небрежно, легко, не целясь… В меня — небрежно?!! Ах, так?!! Не помня себя от ярости я бегом бросился к чудищу — и с размаху всадил в гигантскую ногу Черную Молнию. Поступок, разумеется, совершенно идиотский — но я в ту минуту мало что соображал. Меня, понимаете, оторвали от Ннаонны, от моей схватки, притащили сюда принять участие в собственной драчке — да еще и внимания не обращают? Они что же — считают мои дела, смысл моей жизни настолько ничтожным по сравнению с их сведением личных счетов? Я привык к большему уважению.

Когда я вонзил черное лезвие по самую рукоять в необычайно гладкую, неестественно мягкую ногу, красный туман мгновенно спал с глаз и я, трезвея, ужаснулся, ожидая немедленного возмездия… Губы сами собой зашептали всевозможные защитные формулы… Но… Возмездия не последовало — «младенец», запрокинув голову, взвыл на совершенно невыносимой высокой ноте… Раскинул руки, выгибая спину… Он вроде падал на меня — но бледнел и таял, уменьшаясь в размерах быстрее, чем опускался. Я всем телом ощущал, как мой жадный до маны меч пьет и пьет магическую сущность этого создания — не смотря ни на что рукояти я из рук не выпустил и теперь дрожь чудовищного тела передалась мне… что-то вливалось и вливалось в черную сталь… Без предела — неудержимо… Дрожь — дрожит земля, вибрирует рукоять меча в ладонях, меня самого передергивает с головы до ног… Краем глаза я успеваю заметить, что там, в отдалении Черный тоже корчится и… Меняется? Не знаю — но с ним что-то происходит… А меня трясет все сильнее… И… Дальше — тьма…

Не знаю, сколько я провалялся в отключке — вроде недолго. Первое, что я ощутил, прийдя в себя, это писк и возню у себя на груди под курткой — мои малыши… Осторожно пересадив их на камни, я сел и огляделся. Похоже, младенец исчез без следа. Меч — я попытался взять его и тут же отдернул ладонь, рукоять раскалилась… Ладно, пусть остывает.

По берегу, заваленному трупами, бродят, не обращая внимания друг на друга, старые и молодые участники разыгравшейся здесь драмы… Какие-то пришибленные вроде — даже драку прекратили… А среди них, вялых и безучастных ко всему, шествуют важно и величаво две огромные фигуры — черная и бледно-зеленая… Победители, чтоб их… Вот они идут прямо сюда, склоняются надо мной… Но что это? Черный… Он больше не чудище, не ящероподобный монстр. Вот он — надо мной, смуглый юноша с неправдоподобно правильными чертами лица, улыбается, демонстрируя белейшие зубы… Его глаза — две чаши расплавленного золота… с черными точками зрачков — круглых, а не удлиненных, как у змеи… он склоняется надо мной, слегка припав на искалеченное колено. А красотка, исходящая зеленой маной, бережно поддерживает его под руку. «Демон» и «дева» опять жмутся ко мне, пытаясь укрыться в складках одежды.

— Ну что, в расчете теперь? — Перехваченным голосом поинтересовался я.

— Ну, — продолжая ухмыляться, начал было Гангмар, тут я сидя притянул к себе меч… Странно, но ухмылка его погасла, он отшатнулся быстро выпрямляясь — ого! Ого-го-го!

Я откашлялся, обдумывая.

— А я думаю, что теперь ты мне задолжал, а, великий? Ну как, выполнишь три моих желания? Я ведь прикончил твоего самого страшного врага?

Вот так — все просто.

— Ну, э-э-э, — он отводит свои золотые глаза, — не совсем «прикончил»… ЕГО не так просто… э-э-э… Совершенно уничтожить, просто теперь он не… Но чего ты хочешь? Какие три желания?

Вот это совсем другой разговор.

— Ну прежде всего — вот эти крохи, — я киваю на «демона» и «деву», которые копошатся у меня под рукой.

— Ну с ними все просто, — Гунгилла улыбкой очевидно пытается скрасить напряженность момента. Она, вероятно, уже привыкла к тому, что от ее улыбки в этом Мире растает любое сердце… Но ведь я-то — нездешний!

Малыши не разделяют моего скепсиса и доверчиво идут в подставленную зеленоватую ладонь. От прикосновения Матери что-то в моих крошечных дружках меняется — они резко срываются с ее ладони и устремляются в полет! Оба! Я присматриваюсь — у «девы» вдруг откуда-то взялись ажурные крылышки… Дюймовочка… И — хе-хе — принц эльфов…

— Отныне они — под моей защитой, — вещает Великая, — дальше. Второе желание.

Ишь ты, как она ухватилась за «три желания» — видно, боялась, что потребую больше. Ладно, мне и того хватит.

— Второе — армия зомби. Ее следует остановить.

— Это — моя забота, — откликается Гангмар, — не беспокойся, они и без твоей просьбы уже… играют роль в моих планах. Третье.

— Меня — в Альду. И чтобы мои спутники…

— Портал ждет тебя. И… Знаешь, не подходи ко мне близко с этой штукой, — его палец тычет в мой меч.

— А мои… друзья?

— Ты встретишь их на том конце пути. Но разве ты не желаешь попросить что-нибудь еще? Может тебе нужно помочь… в Альде?