Феликс Крес - Королева войны

— Где-то, похоже, накапала… не вижу… Ну, посмотри, у тебя ведь, кажется, прекрасное зрение! Сейчас я испачкаю все письмо, не знаю, где капнуло. Не тут?

Найдя пятнышко, она тщательно вытерла его с конторки, беззаботно воспользовавшись краешком платья. Платье было черное с коричневыми вставками, очень простого покроя и чересчур смелое, если принять во внимание возраст ее величества. «Мне наплевать, — сказала она когда-то мужу. — Я не откажусь от разреза на юбке, иначе упаду на первой же лестнице. Я императрица и буду показывать ногу каждый раз, когда сяду. А кто мне запретит? Ты?» Он не запретил, лишь рассмеялся. Жену он любил больше, чем жизнь и смерть, вместе взятые. С дикой армектанской взаимностью, безразличной к течению времени.

— Ну? Чего ты хочешь от меня, Агатра?

— Многого, как никогда, ваше императорское величество.

— Шутишь? — Васенева не переставала писать. — Сейчас, ночью? Это столь важно и срочно?

— Очень срочно, ваше величество. А насколько важно… не знаю. Пожалуй, только для меня.

— В таком случае я слушаю. Сколько у тебя ко мне дел?

— Одно… собственно, два, но они связаны друг с другом.

— Хорошо. Чего ты хочешь? Два дела, значит, только два слова. Короче — чего?

Агатра глубоко вздохнула.

— Повышения и защиты.

Ее императорское величество рассмеялась.

— Ты шутишь, — снова сказала она, макая перо в чернила. — Я защищаю тебя всегда и везде. А с повышением сейчас легко, легионы растут, как грибы после дождя. Разве что ты хочешь стать надсотницей гвардии? — Она вопросительно посмотрела на Агатру. — Умная девочка! Я так и знала, что нет.

— Ваше величество…

— Уже вижу, что в двух словах не получится. Тысячницей легиона? Какой у тебя стаж в звании надсотника?

— Шесть лет, ваше величество.

— Должно хватить… Но я никогда не вмешиваюсь в вопросы повышения, это слишком серьезное дело. Муж мне не позволяет, — совершенно серьезно сказала она.

— Ваше величество, может, лучше я начну с другой стороны. Дартанский легион выводят из Дартана.

— Откуда ты знаешь?

— Сегодня так решили на совещании.

— Я еще ничего не слышала. Знаю только, что воины устроили войну. Как дети. Вернее, как их деды.

— Действительно так, ваше величество.

— Ты была на том совещании? Наверное, нет?

— Нет, ваше величество. Но я замещаю командира отдельного гвардейского полулегиона и благодаря этому сразу же узнаю о решениях, принятых на совете.

— То есть мы все-таки выводим дартанцев из Дартана?

— Да, ваше величество. Неизвестно, однако, что делать с ними дальше. Рассматриваются разные возможности, но уже теперь ясно, что весь Дартанский легион придется реорганизовать. Кадровые гарнизоны из разных округов и городов нужно будет преобразовать в клинья и колонны по нормам военного времени. Насчет высшего уровня организации к согласию так и не пришли; предлагается отдельные клинья и колонны поделить между армектанскими легионами в качестве сил поддержки.

— Ты меня уже утомила. И почему вы, военные, всегда выражаетесь таким странным языком? Ты собиралась о чем-то попросить. Так о чем же, в конце концов? Хочешь командовать этим своим полулегионом?

— Для этого мне не нужно повышение. Командовать я буду наверняка, это уже давно решено. Мой командир — прекрасный солдат, но в поле он не выйдет из-за возраста. Он до сих пор не подал в отставку, поскольку его просили, чтобы он продолжал командовать, пока не будет объявлено о выступлении войск.

— Ну так чего ты хочешь?

— Еще там обсуждался вопрос о том, чтобы собрать хотя бы один или два дартанских полулегиона. Но командиры дартанских гарнизонов не обладают опытом командования чем-то большим, нежели колонна. Так что проблема в том, кого поставить на высшие командные посты. Понятно, что ни один по-настоящему хороший офицер добровольно не возьмется командовать плохо знающими язык, упавшими духом солдатами без оружия и какого-либо боевого опыта. Это не предвещает ничего, кроме поражений. Кандидаты будут, но, по меркам тех солдат, командиры, ставшие таковыми по ошибке. А теперь представь себе, что они вознесутся на вершину славы.

— Невероятно. Насколько я поняла, именно ты хочешь командовать этим… ненадежным войском? Это ты — командир, ставший таковым по ошибке?

Императрица уже какое-то время назад перестала писать. Опершись локтями о конторку, она вертела в пальцах перо.

— Ваше величество, ты сама знаешь, что это не так. Я хочу взять под свое начало армектанско-дартанский легион. Два дартанских полулегиона и мой собственный. Но я только надсотница и не могу командовать легионом.

— Я предложу твою кандидатуру императору. Предложу повысить тебя в звании. Он о тебе очень хорошего мнения, так что должен согласиться, особенно когда я подскажу ему идею насчет смешанного легиона. Он ценит каждого, кто готов принять вызов. Довольна? А теперь скажи, зачем тебе это нужно.

— У меня свои счеты в Дартане.

— А точнее — в Сей Айе?

— Так точно, ваше величество.

— Значит, ты тоже считаешь, что за всем этим стоит Буковая пуща?

— Я уверена, ваше величество.

— Но ты понимаешь, что можешь принять участие в войне и не встретиться ни с кем оттуда?

— Я солдат, императрица. Знаю. Я не ищу личной мести. Я хочу лишь доказать, что солдаты Вечной империи… — Она глубоко вздохнула и огляделась по сторонам, словно ища подсказки. — Доказать, что солдаты Вечной империи тоже умеют очень быстро маршировать.

Васенева поняла, что имеет в виду Агатра, поскольку все подробности ее путешествия в Буковую пущу были ей хорошо известны. После возвращения подсотница не только ей обо всем доложила, но еще и искренне перед ней исповедовалась…

Она призналась во всех глупостях, которые совершила. Императрица разгневалась, швырнула в нее бокалом и выгнала за дверь, а потом простила.

— Я получила письмо от посланника, с которым ты была в Сей Айе. Новая княгиня, насколько я поняла, — это нечто вроде памятного знака от одной из трех мифических сестер. У них там традиция — вечно ожидать возвращения Роллайны. Но из княгини вся Шернь уже испарилась.

— Шернь — последнее, ваше величество, чего следует опасаться в этой женщине.

— Ты ее боишься?

— Нет, ваше величество. Но это… очень жесткая баба, — серьезно заявила Агатра.

— Мне не нравится, что ты идешь на войну.

— А я, ваше императорское величество, не могу этого дождаться.

— А может, не давать тебе повышения? Кто тут со мной останется? Одни старики и жабы.