Инна Сударева - Двойная честь

Аврора вновь села на короб, с опаской посматривая на одежду Шипа, которая мрачной окровавленной кучей лежала теперь в углу. Через пару минут девушка не выдержала и кликнула слугу, чтоб та убрала эти пугающие предметы из шатра.

– Страшно? – спросил вдруг Корт, набрасывая на свои мокрые плечи большое льняное полотенце. – Мне тоже было страшно. Когда я шел в свой первый бой… Ты позволишь – я прилягу? – он кивнул на походную кровать.

Конечно, Аврора позволила. Еще и одеялами поделилась.

Молодой человек с наслаждением вытянулся на кровати, расслабился на подушке и завел одну руку за голову, какое-то время поизучал полотняный потолок шатра и вновь заговорил:

– Мне и сегодня было страшно. И твой отец тоже боялся битвы. Очень часто. Боялся, и именно поэтому кидался в самое жаркое место. Так он бил свой страх. И смерть не трогала его…

– Если в тебе его память, то скажи: зачем он вообще воевал? – спросила Аврора, присаживаясь на край кровати. – Зачем собрал войско и ушел из Сабурии? Зачем стал завоевывать новые земли? Вот с тобой все понятно – ты защищал свою родину. А ему что нужно было?

Корт вздохнул:

– То, что вижу я, кажется мне глупым. Но я это вижу явно. Отец твоего отца завоевал своему сыну – твоему отцу – Сабурию. И твой отец, когда вырос, решил, что он должен завоевать еще больше земель для своих детей. Поэтому он и злился на леди Бетан, когда она родила ему не сына, а дочь. До этого в его роду рождались лишь мальчики. Род воинов. Исидор очень хотел сына, чтоб научить его всему, что сам знал. И он думал: если родилась девочка, значит она не от него…

– Д-да, – сквозь зубы выдавила Аврора. – Это мне и Ульдер говорил.

– Но отец все равно любил тебя, – напомнил Корт. – И это тебе говорил я.

– Я помню. Я, как и ты, перестала забывать. Многое, – на губы девушки вползла слабая улыбка.

– Это, конечно, хорошо. С одной стороны. А с другой, – Корт не договорил, смолк. – Это, думаю, ты сама решишь. Ты ведь умная лапа.

– Что будет завтра? – спросила Аврора, кладя голову ему на грудь.

– Новый день.

– А подробнее можешь сказать?

Шип усмехнулся:

– Этого я не знаю. Это мы завтра вместе узнаем. Идет?

Девушка кивнула и полезла к нему на кровать.

– Ты что это? – удивился Корт. – Мы же вроде договорились…

– А ты не мечтай, – проворчала Аврора, замоталась в одеяло и свернулась в клубочек у парня под боком. – Просто мне страшно спать одной.

Будто в подтверждение ее словам откуда-то понесся волчий вой. Заунывный и жуткий.

Государыня пискнула и обхватила своего рыцаря руками. А сама при этом дрожала, словно заяц под ракитовым кустом.

– Все понял, – Корт ласково погладил светловолосую голову девушки, по-отечески поцеловал ее в висок, где часто-часто билась голубая жилка. – Не бойся, спи спокойно. Если что – родичи Или всех разгонят. Да и я не подведу…

* * *

Сны не подкрались, не приползли, даже не пришли. Они обрушились на Аврору, будто тяжелый серый камнепад, и придавили собою.

Виделось многое, но все – страшное, в черно-кровавых разводах. И звуки были зловещими – то железо лязгало, то люди кричали. Так, как кричат от внезапной и сильной боли. Ржали красные лошади и вставали на дыбы, угрожая девушке огромными копытами, размерами и формой похожими на походные котлы. Пылали безумием черные глаза этих лошадей, и Аврора визжала, удирая от них, а визга не было слышно – немо раззевался рот девушки. Она бежала, а ноги не слушались, подгибались, преклонялись перед беснующимися скакунами.

Зажмуривалась, закрывалась руками, жалко скулила и ждала, ждала страшного удара в голову, в плечи, в спину. И ожидание казалось страшнее кошмарных лошадей.

А удара все не было. Зато была чья-то рука. Нежно гладила Аврору по голове, и от этого всему телу девушки передавалась умиротворяющая волна тепла…

Корт. Конечно.

Она, видимо, дергалась во сне, вот он и успокаивает.

Аврора улыбнулась, прерывисто вздохнула и повернулась на другой бок, пристроив голову на грудь своего рыцаря. Замерев, услышала, как ровно бьется его сердце, как мерно вздымается и опускается грудь, закрыла глаза и, невольно подстроив свое дыхание под дыхание молодого человека, уснула. Спокойно…

И следующий день был спокойным.

Если не считать того, что утром к лагерю Авроры явился небольшой отряд пафарийцев. Они пришли из Смоляны и с низкими поклонами передали императрице ключ от крепости.

– Мы уходим. И просим вашу милость не губить нас в пути, – так сказал главный в делегации пафарийцев, кланяясь девушке, а та, нахмурив брови и поджав губы, смотрела на них сверху вниз, восседая на белогривой лошади, и выглядела при этом весьма грозно из-за сияющих доспехов и меча при поясе.

Корт был рядом со своей госпожой и вновь крепко сжимал в руках синий штандарт императрицы. Шип глаз не сводил с темнокожих воинов – хорошо знал, что они способны на всякие хитрости. Начеку были и гвардейцы Авроры – каждый одной рукой держал поводья своего скакуна, а другую не спускал с крестовины меча.

Пафарийцы видели, как их встречают, но больше всего они опасались не рыцарей и даже не желтоглазого колдуна в черном. Больше всего их пугали кошаки, которые лениво растянулись неподалеку, прямо на занесенной снегом земле, и, не мигая, наблюдали за всем происходящим.

Аврора кивнула пафарийцам:

– Добро. Я вас отпускаю. Даю слово, что пока отступаете, никто вас не тронет, ни люди мои, ни звери мои. Но если вы вновь решите напасть на нас – не ждите пощады. И, надеюсь, остальные наши крепости вы тоже освободите и уберетесь обратно за Хребет.

– Да, добрая госпожа, – поклонился ей пафариец. – Мы передали весть нашим отрядам – очень скоро ни одного из земли Пафария не останется в Ворсе и на склонах.

Глаза Авроры горели торжеством. Она не могла не поделиться своей радостью с Кортом и посмотрела на молодого человека, улыбнулась ему. Затем вновь обратилась к пафарийцам:

– Даю вам неделю, чтоб убраться. Через неделю мои рыцари и кошаки начнут прочесывать долину. Если где увидим ваших – погоним безжалостно и на их плечах войдем в Пафарию. Все ли ясно?

– Да, добрая госпожа, – темнокожий воин опять склонил голову.

– Замечательно! – подытожила юная государыня и тряхнула светловолосой головой…

К полудню отряд Авроры снялся с бивака.

Они беспрепятственно прошли тихий зимний лес и вступили в долину Ворсу. Теперь их путь лежал к Смоляне. В крепости императрица и ее рыцари планировали укрепиться и ждать прибытия Алой и Черной армий.

Высокие каменные башни крепости таинственно темнели на занесенной снегами равнине. Темнела и дорога, по которой рано утром ушли на юг пафарийцы…