Павел Ганжа - Дети Земли

– Нет, к сожалению. Вернее, только в определенных условиях, когда достигается полное содействие объекта. Есть ряд факторов для индуктора и перципиента. В подробности, извини, посвящать не буду.

"Конечно, Посвященный посвящать не станет", – мысленно скаламбурил Никита и облегченно выдохнул. Все-таки то, что в твоей башке никто без спросу не покопается, радует. А как менталы добиваются содействия объекта, можно предположить. Есть универсальные методы – книга с названием "Способы достижения сотрудничества", разделы "применение насилия", "физическое воздействие" и "фармакология". Нет, хорошо, что Никита с Посвященными сейчас на одной стороне баррикад.

– Может, все-таки два пистолета взять? И бронежилет понадежнее? – поинтересовался Никита, глядя, как орденцы упаковываются по полной программе. Включая "разгрузки", приборы ночного видения, гранаты, ножи и прочую "фанаберию".

– Сам же говорил, что материал балахонов пули не берут, – удивился Дитрих. – А пистолет – просто страховка. На всякий случай.

– Вот и я бы на всякий случай… парочку стволов взял. Эти же берут, – Никита кивнул в сторону орденцев.

– Ты на парней не смотри, они боевики, – влез Опешинский.- Если надо, они и белке в глаз попадут, и альфу… под капюшон. А тебе на кой ляд столько стволов?

– Если помнишь, я тоже… под капюшоны иногда попадал, – возмутился Селин.

– Попадал, кто спорит. Но это же самодеятельность, а ребята – профессионалы. Я тоже лишь пистоль взял. А Вольф и Чарский – вообще на стволы не позарились. Они сами по себе – гаубицы.

– Раз начальство… то и мы обойдемся, – согласился Никита, но когда Дитрих от него отстал, не выдержал и схомячил еще один ствол вкупе с поясной кобурой. Лишним не будет.

Затем Селина еще чуток помурыжил эмиссар Ордена, выясняя на дислокацию "вероятного противника" и расположение входов в пещеры. Задал пяток вопросов на английском, сделал пометки на планшете и испарился, оставив "приглашенного специалиста" возле стендов с оружием. Все равно, что козла в огороде. Никита уже было собрался слямзить еще что-нибудь полезное в хозяйстве, пару гранат, например, но не удалось. Откуда-то снова вынырнул худосочный Эйнар и крикнул

– По машинам!

Что характерно – по-русски.

Тишина Грота Уединения рассыпалась под напором быстрых гулких шагов. Цветок спокойствия и умиротворения Первого Сына был безжалостно растоптан. В нарушение всех канонов Эолан буквально ворвался в место отдыха носителя Алмазного Венца. Такого дерзкого попрания традиций немыслимо древние стены Грота не помнили.

– Первый Сын!

Эллнир отвлекся от созерцания капелек воды на листьях ясеня и повернулся в сторону старого друга.

Эолан начал говорить, не дожидаясь разрешающего знака, что вообще выходило за пределы всяческого разумения. Будь это хомус, можно было бы сказать, что Эолан выпалил:

– Они здесь!

– Кто?

– Называющие себя ашерами и наследники гвархов. Большой отряд.

– Вместе?

– Да, Первый Сын. И с ними тот самый хомус…

Движением руки Эллнир прервал друга.

– Сколько?

– Больше сотни.

– Близко?

– Скоро будут у Нижнего входа…

Носитель Алмазного Венца на мгновение прикрыл глаза. Настало время принимать решение. И Первый Сын его принял.

– Всех Ведающих, Ищущих и Видящих к Нижнему входу. Уничтожить хомусов любой ценой!

– И Видящих? – Эолан усомнился в слове Первого Сына, что прежде считалось делом немыслимым.

– Да! – Эллнир подкрепил слово интонацией и жестом повеления. – А Знающим собраться у Кристалла. Через двести ударов сердца я к ним присоединюсь. Начинаем Обновление.

– Но это опасно… подготовка еще…

Если бы гранитные стены Грота Уединения могли краснеть, они бы залились ярко-алым цветом. Лидер Лесной Ветви не только усомнился в слове Первого Сына, но и посмел возражать.

Эллниру пришлось повторять жест повеления.

Старый друг склонил голову и вышел.

Чем ближе автоколонна подбиралась к месту дислокации Детей Земли, тем сильнее Никита трусил. Можно, конечно, назвать это беспокойством, волнением, списать эмоции на злобного зверя по имени "Мандраж", но себе самому Селин был готов признаться – он просто и незатейливо боялся. Лезть к логову черноглазых магов – затея не очень похожая на увеселительную прогулку. А тут еще и пресловутая сверхинтуиция проснулась и начала плодить тревожные мысли и "подмораживать" низ живота. Никита задергался, принялся ерзать на кресле и периодически хвататься за дверную ручку.

От располагавшегося рядом Вольфа не укрылись телодвижения "приглашенного специалиста".

– Есть повод для беспокойства?

– Да, интуиция пошаливает.

– Что-то конкретное?

– Нет, пока – общий фон. Но дискомфорт усиливается…

– Как только почувствуете что-то конкретное – сразу мне сообщайте, – по тону Вольфа ощущалось, что он тоже не на шутку встревожен.

Напряжение нарастало. Когда группа достигла подножия вулкана, Селин уже почти был готов выпрыгнуть из автомобиля. К счастью, не пришлось. Колонна остановились, и члены сводного отряда покинули машины. Никита выскочил наружу одним из первых. Боевики рассредоточились на местности, а руководящий состав – те же лица, что и на совещании в самолете плюс проводник-эмиссар – собрался у машины Вольфа.

– Так, ищем пещеры, расселины, любые отверстия в скальной породе, правильно? – Вольф вопросительно посмотрел на Никиту.

– Да. Только очень внимательно надо, входы замаскированы – обычный человек их не увидит… Да и ашер – не знаю…

– Значит, используем Истинное Зрение… а вы… – Вольф повернулся к орденцам.

– У нас тоже есть методы, – ухмыльнулся Мюллер.

– Тогда приступаем…

– Стоп! – неожиданно прервал Вольфа Селин. – Вон там вход. За той скалой. – Никита указал рукой направление. Нужный фрагмент из памяти Алниора обнаружился очень вовремя.

– Идем туда. Располагаемся возле входа. Группа Дитриха идет внутрь, ищет контакт. Остальные ожидают.

"Ишь раскомандовался, Николсон недоделанный", – усмехнулся Никита, но тут же задавил усмешку. Еще по ауре прочитает что-нибудь.

Вольф раздал еще пару ЦУ, и толпа, которую злые языки именовали сводным отрядом, передислоцировалась к входу. Именно толпа, поскольку все эти хваленые ашеры и Посвященные обступили скалу, скрывающую вход, и пялились на нее, словно стало баранов на новые ворота. Посмотреть было на что. Вход выглядел как скала. Обычная каменная стена. По крайней мере – если смотреть в обычном диапазоне. Более того – твердая и шероховатая на ощупь. Без признаков отверстия или дыры. Только используя "пестровидение", Никита мог рассмотреть провал входа за знакомым дрожащим маревом. Очевидно, у орденцев и ашеров в арсенале имелось что-то подобное. Поскольку они стояли, выпучив глаза, а Мюллер не счел зазорным восхититься: