Стас Бородин - Черные руки

— Анатомией он больше походит на человека, — отметил доктор. — Таких медведей мне прежде вскрывать не доводилось!

Разрезать кожу оказалось совсем не просто! Острое лезвие скальпеля соскальзывало, кожа пружинила, но не поддавалась.

— Нужно колоть, как это делал Пен, — подала голос Хрианон. — Проткните ее, а уж потом режьте!

Доктор пожал плечами, взял какой-то инструмент, похожий на мизерикордию, поднял его над головой обеими руками и с силой вонзил в брюхо животного.

Острие проткнуло кожу и под давлением массы тела погрузилось в плоть. Помощники тут же подставили тазики для сбора крови.

— Получилось! — врач выдернул трехгранное острие из раны, и взялся за нож.

Со своего места я не заметил на теле чудища других ран, кроме той, над которой сейчас трудился доктор. Скорей всего его убил яд корнвахской стрелы!

Медики тем временем расширили разрез и закрепили его крючками.

— Грудная клетка необычайно развита, — бормотал доктор. — Ребра в ее верхней части срослись, превратившись в костяной щит, который защищает сердце.

Размахнувшись своей мизерикордией, он ударил по кости, но не смог ее пробить.

— Очень прочная! — ассистенты записывали в тетрадь каждый шаг операции.

— Ну-ка я попробую, — мастер Эйрант встал со своего места. Он взял у доктора клинок и со всей силы вонзил его в кость, защищающую сердце чудовища. Лезвие с хрустом вошло на полдюйма и застряло.

— Крепкая как сталь, — подтвердил кондотьер. — У него, оказывается, под шкурой еще и доспехи! Какая бестия!

Я перебрался поближе к Хрианон, но она не обратила на меня никакого внимания.

— В твоих книгах когда-нибудь встречались упоминания о подобных существах? — спросил я в полголоса.

Хрианон, не оборачиваясь, покачала головой.

— Либо их совсем недавно выпустили из аннувира, — сказала она. — Либо никого не осталось, чтобы рассказать о своей с ними встрече!

Тем временем доктор препарировал лапу медведя.

— Когти загнутые, средняя длинна семь дюймов, — сказал он своим помощникам. — На правой лапе два когтя заменены металлическими протезами!

— Я вижу, что у дикарей медицина на довольно высоком уровне, — хмыкнул мастер Эйрант. — Вот вы смогли бы такое сделать?

Доктор смущенно заморгал.

— Ну что вы, для этого нужен мастер-протезист, — сказал он. — Это отдельная наука, связанная с чародейством. Видите ли, человеческий организм очень плохо принимает транспланты. Можно взамен сделать протез, но он никогда не будет действовать как настоящая рука или коготь!

— Так это протез или трансплант? — кондотьер склонился над медвежьей лапой.

— Похоже на трансплант, — вздохнул врач, надавливая пальцем на подушечку пальца и выпуская наружу семидюймовое лезвие. — Видите, палец тоже искусственный, но он вживлен в плоть.

— Вот так дикари, — кондотьер сплюнул. — Не удивительно, что они нам задали жару!

Я больше не хотел наблюдать за тем, как чудище разбирают на кусочки и тихонько удалился.

Похоронная церемония закончилась, и толпы кочевников потянулись от погребального костра к своим палаткам. Некоторых воинов родственники вели под руки, а на земле за ними оставались кровавые дорожки.

Вожди корнвахов сидели под штандартами своих родов и курили трубку, передавая ее по кругу. Завидев меня, Оквахо приветственно помахал рукой, и, подвинувшись, пригласил меня сесть рядом.

— Унега Аховали! — сказали кочевники хором. Они поклонились и вновь вернулись к своему занятию.

Положив Ивинена на землю, я уселся рядом с вождем Волком на волчьей шкуре. Когда трубка сделала круг и оказалась в моих руках, я затянулся, задержал дым в легких и улетел!

Ощущение было такое, будто я вдохнул чистой маны! В голове у меня зашипели радужные пузырьки, как в бокале игристого Паарийского вина. В кончиках пальцев началось какое-то покалывание, а рот наполнился ледяной слюной.

Я чувствовал, как мое тело уплывает куда-то прочь, земля раскачивается как маятник, а вожди корнвахов превращаются в разноцветные облачка дыма.

— Выдыхай! — кто-то хлопнул меня по спине. Я закашлялся и выронил трубку. Вожди смотрели на меня и улыбались.

— У нашего Унега Аховали сильные руки и слабая голова! — сказал вождь Ухчире. Его огромные ладони подхватили трубку и он затянулся.

— Это у тебя слабая голова, — усмехнулся Оквахо. — Не видишь, его приняли духи предков!

— Духи предков принимают только корнвахов, — важно ответил Ухчире, передавая трубку дальше по кругу. — И не важно, что он Унега Аховали!

Это было невероятно, но я понимал, о чем говорят вожди! Может духи предков и впрямь меня приняли?

— Я предлагаю, — не знакомый мне вождь сделал затяжку, и выпустил сиреневое облачко дыма. — Когда мы получим обещанные нам земли, принести Унега Аховали в жертву, чтобы задобрить местных духов!

Вожди замолчали, обдумывая слова своего товарища.

— Лучше, принесем в жертву тебя, — сказал, наконец, Оквахо. — Духи не заметят разницы!

Вожди захихикали.

— Это большая честь, — кивнул вождь, который предложил меня в жертву. — Если вы считаете, что духам хватит моей презренной печенки, насквозь пропитанной тааррой, сделайте это!

Вожди вновь захихикали.

— Нельзя приносить в жертву колдуна, — другой вождь затянулся трубкой. — Его дух будет вечно приносить нам несчастья. Давайте принесем в жертву вождя бледнолицых Эй-рун-да! Такое подношение духи примут с удовольствием.

Тут уже я засмеялся.

— Я вам покажу, приносить в жертву мастера Эйранта! — сказал я, вытирая слезы. — Глядите, какие мерзавцы!

Корнвахи застыли с открытыми ртами. Лица у них стали такие, будто с ними заговорили сами духи предков!

Оквахо приложил правую руку к сердцу, и осторожно поклонился, не решаясь оторвать от меня взгляда. Его примеру последовали остальные вожди.

— Духи земли примут кровь врагов, — сказал я. — А духи ветра примут песню! Вы будете свободны от духов предков, которые шептали вам на ухо в Диких землях. Это новая страна, и вы сможете стать новым народом и даже выбрать себе новое имя. Когда мы завоюем для вас степь, и вышвырнем из нее алимов, я перестану быть вашим Унега Аховали, но вы останетесь связанными узами братства навсегда. Помните об этом, и я сделаю все, чтобы защитить вас и помочь вам.

— Повелитель Драконов красиво говорит, — прошипел вождь Аквекс, лежащий на носилках. — Я закрываю глаза и вижу прекрасную страну обещанную нам. Если она на самом деле, хоть на десятую часть будет так прекрасна, как обещания Белого Орла, значит, мы не зря проливали свою кровь и сеяли свои жизни!