Della D. - Метаморфозы

— Пророчество?

Гарри кивнул. Гермиона за его спиной ахнула. Рон схватил его за плечо и встряхнул.

— Да ты чего? Он же убьет тебя!

— Не надо, Рон, — Джинни скинула руку своего брата с плеча Гарри. – Он знает, что делает, — она посмотрела на Гарри и слабо улыбнулась ему. Конечно, гриффиндорец поделился своими планами на этот день со своей девушкой. К чести Джинни, она восприняла это без слез и истерик. Она просто его обняла тогда. Они не успели как следует поговорить накануне, но у них было время просто помолчать вдвоем.

— Да, — Поттер заставил себя оторвать взгляд от лица Джинни и посмотреть в глаза ее брату. – Так надо. Поверь мне, все будет хорошо. Мне нужно идти.

Он сделал шаг к лестнице, но остановился под недоуменным взглядом своих одноклассников.

— В чем дело? – не понял он.

— Мы думали…

— Может ты…

— Они ждут, что ты им что‑нибудь скажешь, Гарри, — сообщил ему Невилл.

— Скажу что‑нибудь?

— Ну да, — Лонгботтом, Финниган и Томас активно закивали. – Что‑то вроде напутствия.

Гарри растерялся. Он не слишком‑то умел говорить речи. Да и не готов был. И не хотел. Но они все смотрели на него, словно от его слов зависел исход битвы. Гарри почему‑то именно в тот самый момент понял, что на самом деле произойдет всего через несколько минут.

Они не авроры. Не члены Ордена Феникса. Всего лишь дети. Им никто ничего не предсказывал, никто ни к чему не обязывал, но они все равно здесь. Они все равно пойдут против взрослых врагов, которые едва ли сделают скидку на их возраст. Это не урок ЗОТИ и не тренировка АД. Его друзья могут не вернуться.

Его глаза скользнули по лицам ребят. Семь лет они жили в одном доме. «Пока вы в Хогвартсе, ваш факультет – это ваша семья», — сказала МакГонагал, когда они впервые стояли у дверей Главного Зала. Они остались потому, что их семья и их дом были в опасности. Он был обязан сказать им хоть что‑то.

— Покажем им, что такое разозленные гриффиндорцы, — хрипло выдавил Гарри.

— Да! – поддержал его Рон.

— Да! – чуть громче подтвердил Дин.

— Да!!! – подхватили все гриффиндорцы так громко, что на них обернулось несколько авроров и студенты других факультетов.

— Удачи тебе, Гарри, — сказал Невилл.

Поттер кивнул и поспешил к лестнице. Он поднялся всего на два пролета, когда неожиданно наткнулся на… Ремуса Люпина.

— Спешишь куда‑то? – грустно поинтересовался оборотень.

— Я… да… мне надо… — у Гарри сбилось дыхание, и он не знал, как объяснить все Ремусу: вдруг тот его не пустит?

— Я понимаю, — все так же грустно сказал Люпин. – Только будь очень осторожен. Не так уж много у меня осталось, Гарри. Меньше всего я хотел бы потерять еще и тебя.

— Я сделаю, что смогу, Ремус.

— Я знаю, Гарри.

Неожиданно для мальчика его бывший учитель привлек его к себе и обнял. От этого неожиданного контакта все напряжение Гарри словно куда‑то испарилось. Забота и любовь Ремуса были почти осязаемы. Юному гриффиндорцу показалось, что в него вливается сила и энергия, которые должны были пригодиться ему совсем скоро.

— Не ищи сложных путей, Гарри. Иногда сила – в простоте, — шепнул ему Люпин и отпустил. – Твои родители очень бы тобой гордились.

Поттеру хотелось что‑то сказать на это, как‑то поблагодарить Ремуса, но внезапный ком в горле не дал ему произнести и слова. Он только кивнул и поспешил дальше. Люпин печально смотрел ему вслед. Много лет назад всего за несколько часов он неожиданно лишился своих лучших друзей, людей, которыми он дорожил больше всего на свете: от руки Волдеморта погибли Джеймс и Лили, Сириус, как он тогда думал, убил Петтигрю и угодил в Азкабан. Ремус остался один. И вот теперь история могла повториться. Тонкс, Гарри, Сириус… Неужели эта война снова оставит его в одиночестве?

***

Гарри наконец взобрался на смотровую площадку Астрономической башни. Он торопливо выпил зелье и посмотрел вниз. Там уже начиналось сражение: толпа нежити штурмовала главные ворота. Каждый раз, когда очередная десятка инферналов пыталась пробиться через защитные чары, замок сотрясался, но ворота оставались закрытыми.

Не успел Гарри задуматься о том, сколько еще попыток будет предпринято, как защитные чары пали окончательно. Пальцы гриффиндорца крепче сжали палочку. Скоро ему предстояло встретиться со своим врагом лицом к лицу… И будет лучше, если Гарри в этот момент не будет стоять к нему спиной. Поэтому мальчик заставил себя оторваться от происходящего внизу и развернуться в другую сторону. Внутри себя он уже чувствовал действие Феликса: ощущение безграничных возможностей, уверенность, что ему все по плечу.

Пока площадка оставалась пустой, но это не продлилось долго. Спустя всего несколько секунд после того, как внизу послышались множественные хлопки аппарации, в центре площадки появился абсолютно дезориентированный и весьма разозленный Лорд Волдеморт собственной персоной.

Ему понадобилось не больше двух секунд, чтобы заметить Гарри, а мальчик почему‑то не решился нападать со спины. Одна часть его твердила, что он еще пожалеет о том, что не использовал свое преимущество – очевидно, это была его слизеринская часть. Но его гриффиндорская половина просто не позволила ему напасть исподтишка.

В любом случае момент был упущен. Волдеморт уже смотрел на Гарри своими красными глазами, его длинные тонкие пальцы играли палочкой. Лорд стоял, выпрямившись, надменно вздернув подбородок, и был выше Гарри больше чем на голову. Пальцы Гарри сильнее сжали его палочку. Мальчик старался унять бешеное сердцебиение и дрожь в коленях. Он старался выглядеть таким же спокойным, как его противник, но сейчас ему было страшно, несмотря на действие зелья, и он ничего не мог с этим поделать.

— Так–так–так, — протянул Волдеморт. – Гарри Поттер, которого так усердно укрывал Дамблдор, сам явился ко мне, чтобы я мог убить его.

— Ты, кажется, хотел дуэли, Том, — голос гриффиндорца дрожал от напряжения. – Так мы ее устроим. Только на моих условиях, — он судорожно вобрал воздух. – Только ты и я, никаких Пожирателей, никаких спектаклей. И палочки будут у нас обоих. Надеюсь, ты не слишком боишься меня с палочкой, а? Том? – Гарри не был уверен, что это правильная стратегия: разозлить Волдеморта, но слова сами срывались с его губ, словно кто‑то нашептывал ему их в ухо.

— А ты нахален, мальчишка, — зло прошипел самопровозглашенный Лорд. – Я заставлю тебя молить о пощаде. Я заставлю тебя понять, какую ошибку ты совершил, бросив мне вызов. Если после этого ты будешь хорошо себя вести, то я даже дам тебе посмотреть, что случается с предателями вроде Снейпа.

— Опять ты слишком много говоришь, Том, — нервно хихикнул гриффиндорец. – Ждешь чего‑то? Может, ты ждешь, что я снова сбегу, избавив тебя от необходимости драться со мной?