Дмитрий Браславский - Паутина Лайгаша

– То есть Ашшарат нужны мы сами?

– Ашшарат?.. – паладин помолчал. – Хотя в чем-то ты, наверно, и права.

Бэх нахмурилась, пытаясь понять, что он имеет в виду.

– Тебя что-то тревожит? – напрямик спросил паладин.

– Не знаю, – почувствовав, что дрожит, девушка поплотнее закуталась в плащ. – Неспокойно как-то. Словно все идет как надо, и тем не менее что-то не так. Даже не знаю, как объяснить. Может, просто устала. Может, привыкла чувствовать настроение талиссы. И с магией что-то странное творится…

– А давно это началось?

– В первый раз… – девушка задумалась. – По-моему, когда мы с этим чудищем летающим дрались. Помнишь, я тебе рассказывала?

Паладин кивнул.

– А перед этим вы ничего необычного не находили?

– Не находили?.. Да нет вроде. Постой! Разве что после смерти графа Беральда. Записку и кольцо. Записка должна быть у Мэтта, а кольцо…

– Кольцо? – заинтересовался Лентал.

– Точно! Я же сама видела его на Торрере! – Бэх взглянула на тихонько посапывающего эльф. – Разбудим?

– А смысл? – Лентал вытянулся рядом со жрицей с таким наслаждением, точно под ним был не голый камень, а пуховая перина. – Попроси Баураста, чтобы он завтра взглянул на эту вещицу. Ну что – спать?

– Хитрый! Ты мне так и не ответил…

– Хочешь, чтобы я тебе соврал?

– Нет, конечно!

Бэх даже слегка удивилась собственной горячности. Будто для нее неожиданно стало важно, чтобы Лентал обязательно оставался с ней честным. До конца честным.

– Тогда подожди. Я тебе обещаю, в свое время ты первая все узнаешь.

– Слово паладина?

– Слово паладина! – со всей возможной серьезностью произнес Лентал. Он ласково коснулся пальцами ее щеки, но тут же отдернул руку, словно устыдившись невольного жеста.

К счастью, рев главаря, пронесшийся над пещерой, помог ему скрыть смущение:

– Всем спать, бездельники, Орроба вам в бок. Завтра мы наконец-то двинемся дальше! Теперь у меня есть настоящие воины и колдуны!

Глава XXXII

Протектора разбудил громкий стук в дверь.

С трудом разлепив глаза, он взглянул на клепсидру. Только ведь уснул…

Набросив на себя лазоревое бархатное одеяние с вышитым на груди золотым силуэтом ворона, Дейнэр распахнул дверь.

– Халтос? Что случилось?

Жрец склонился в глубоком поклоне.

– Простите, Протектор, но Асдан велел мне разбудить вас. Он потерял след талиссы.

Денетос протер глаза. Сюрприз за сюрпризом…

– То есть как это – потерял? Она вернулась на поверхность?

– Никто не знает, мессир. Курьер от виконта передал, что к нему они не спускались. Сам Асдан докладывает, что талисса прошла сквозь заслон из арбалетчиков и теперь находится за пределами его постов.

– В какую сторону они направлялись? – Денетос уже натягивал сапоги.

– В восточный придел. И зачем он только существует, заколотили б – и дело с концом.

В отличие от Халтоса, Протектор хорошо знал, что такое восточный придел. Правда теперь, не то, что раньше: в этом пустынном нагромождении ходов и переходов проще затеряться, нежели из него выбраться. И только проходы, ведущие на нижние уровни, тщательно охранялись.

Не одна шайка охотников за сокровищами нашла свою смерть в восточном приделе. По большей части, от голода.

Через десять минут Денетос уже был в своей приемной.

Вызвав на столике карту восточного придела, Протектор тяжело вздохнул. Кажется, этой ночью ему придется обойтись без сна.

Ворон, повелитель душ и властитель судеб, дай мне силы видеть, даруй мне возможность знать.

Над столиком появилось легкое марево, дрожащее и клубящееся, будто живое.

Денетос видел своих противников впервые. Протектору сообщали, что их всего семеро. Однако в тусклом свете единственного факела Дэйнер насчитал более двадцати фигур.

И он понял, почему так тревожился Асдан. Выбраться из лабиринта восточного придела было непросто. Каждый, кто попадал туда, рано или поздно убеждался в этом на собственной шкуре.

Но «ключ» мог вывести всю эту толпу в обход стражи, в обход ловушек. Прямо к сокровищам. x x x

Под утро Лентал проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Открыв глаза, он увидел Айвена, таинственно прижимающего палец к губам.

– Вроде как их часовой наконец-то заснул, – прошептал маг. – Буди остальных. Иначе потом мы от этой компании не отвяжемся

Пока паладин пытался внушить Мэтту, что уже пора в путь, Айвен выглянул в дыру, чтобы понять, смогут ли они спуститься вниз без посторонней помощи.

В ту же секунду раздался истошный обиженный визг – ни дать ни взять отдавили лапу несчастной кошке. Оборванцы повскакали на ноги, схватившись за оружие.

Лентал мгновенно рухнул на пол рядом с гномом и притворился спящим. Айвен едва успел сделать то же самое, свернувшись клубочком рядом с дырой.

– Блимт, чтоб тебе Орроба все кишки выела! – сонный голос главаря не предвещал колдуну ничего хорошего. – Опять ложная тревога!

– Клянусь своими свитками, – Блимт вновь бухнулся на колени перед Гирном. – Ну не может она быть ложной! Магия – это…

– В задницу Айригалю твои проповеди! Еще раз устроишь это представление, я тебя самого в эту дырку вниз головой на всю ночь повешу! – бушевал Гирн. – А вы что вылупились? Спать, бездельники. Кто завтра решит покемарить на ходу, башку снесу!

Ворча и вяло переругиваясь, все разбрелись по своим местам. Когда дружный храп вновь повис над пещерой, Айвен приподнялся, осмотрелся и, пригибаясь, перебежал к паладину.

– Кажется, от этой идеи придется отказаться, – в голосе мага слышалась слабая надежда, что Лентал так или иначе сумеет что-нибудь придумать.

– Ты не хочешь попробовать Развеивание чар?

– На этот раз я знаю, какое заклятье применил Блинт. Если мы попытаемся его развеять, тревоги точно не миновать.

Привалившись к стене рядом с паладином, Айвен обвел взглядом пещеру в поисках хоть малейшей зацепки.

– А нельзя всю эту толпу просто усыпить? Утром, когда Блимт снимет защиту.

– Можно попробовать. Многовато их, честно говоря. Хотя, вместе с Баурастом…

Они забылись тревожным сном еще на несколько часов.

Когда друзья поднялись на ноги и лениво побрели к костру, трапеза уже заканчивалась.

Наблюдая, как их новые знакомые суют в общий котелок свои ложки, немытые, похоже, еще с первого дня творения, паладин окончательно понял, что он не голоден. И позавидовал Макоберу, который уплетал завтрак за обе щеки, словно перед ним были лучшие яства с королевского стола.

– Молодец, девчонка-то ваша, – наклонился к Айвену один из людей Гирна, назначенный на сегодня поваром. – И поднялась раньше всех, и стряпает – пальчики оближешь!