Сергей Чичин - Гнев генерала Панка

Вово тем временем со знанием дела высвободил из плеча друида болт — пропихнуть глубже и обломить, как обычно делают со стрелами, не вышло, болт слишком короток, пришлось взрезать мышцы, засела-то стрела, по счастью, неглубоко. Зембус стоически выдержал процедуру, генерал одобрительно похлопал его по здоровому плечу, сам взялся разжевать и примотать листья, а себе дал зарок непременно взять по возвращении за шкирку Наместника с его магом и подлечить команду в храме, за счет нанимателя. Вово получил аж полдюжины длинных и кое-где весьма глубоких порезов, однако отмахнулся от лечения, пробурчав что-то невнятное про наследственность, у него-де само зарастёт живее, чем у всех остальных с целебными травами. Единственно, взял остаток тряпки и обмотал сильно порезанную правую руку, ибо её в покое не оставишь — она меч держит.

А Хастред и Чумп тем временем занялись подёргивающимся тючком, свернутым из трёх плащей дроу и обмотанным ремнями. Обменялись замученными взглядами — нашли наконец! Хорошо бы это ещё не оказалась какая-нибудь посторонняя ерунда, типа зверушки пещерной, изловленной эльфами на ужин, — и Чумп взрезал ремешок с той стороны, что дёргалась более резво. Небезосновательно предположил, что у мага самая активная часть тела — голова.

Как оказалось — ошибся. Из образовавшейся прорехи в тюке стремительно вырвался на волю небольшой сапожок, разукрашенный вышивкой, — такие вездесущий ущельник видывал только однажды, в столице просвещённого Бутраиля, и в менее напряжённой ситуации их бы непременно спёр ещё в тот раз, но сапожки те сидели на хозяйке плотно, а отрезать королеве ноги посреди парадного шествия было бы неизящно и вообще опрометчиво. Тут же коварный ум Чумпа подал идею стащить сапожки и свалить их хищение на убежавших дроу, но покуда он до этого доходил, получил упомянутым сапожком по колену, да так удачно, что только и сумел ухнуть и сесть с размаху на землю. С другого конца тюка донесся злорадный смешок, нога замелькала в воздухе, выискивая новую цель, и Чумп счёл за лучшее отползти подальше.

— Понятно, почему с ней старик не сошёлся, — философски заметил Хастред. — Ты гляди, Чумп, какая прыткая! Я ж помню, как за тобой по двору гонялись пятеро дружинников и ни один не поймал, даром что у тебя пиво из ушей лилось! А тут раз — и подбит.

Тюк замолчал и сделал попытку развернуться ногой в сторону нового голоса, но умный Хастред поспешно вспрыгнул на глыбу в два фута высотой, удобно на ней уселся и положил подбородок на колени.

— Может, пнуть её? — мстительно предложил Чумп. Колену было ой как больно, окажись в мешке вместо бестолковой в боевом плане магички опытный воин в латном пигаше — вовсе бы без ноги остался. Осторожней надо быть, вот чего.

— А нам потом засчитают штрафного, — возразил Хастред, но не очень уверенно.

— А мы скажем — это все дроу! Ты веришь, что они ей не напинали за столько времени, я ж слышал — говорили, что поймали ещё вчера?

— Ну, не знаю… разве что ты сам… У меня на девицу рука… то есть нога не подымется.

Чумп обозрел помятого книжника со смесью презрения и уважения.

— Оно и понятно, чего у тебя на неё, гммм… наверно, били мало, иначе скока можно об одном и том же?

Хастред сердито отплюнулся от такой инсвинуации, спрыгнул с камня и пошёл собирать трофеи. Пусть-ка магичка сперва угомонится. Тот, кого он забодал в самом начале боя, начал приподнимать голову, гоблин не останавливаясь въехал ему ногой промеж глаз, подхватил с пола алебарду, покосился было на панцирь, но — куда ему, даже Чумпу мал будет.

Генерал закончил медицинские процедуры, присоединился к Чумпу, узрел лягающийся сапожок, покивал сочувственно и сел рядом — тоже ждать. Зембуса уже ничего не трогало, он стоял подпирая стенку, сосредоточенно гонял кровь по сосудам, используя знаменитый навык друидов заживлять раны в считанные минуты. Только вот делать это полагалось лёжа где-то в пещере, не отвлекаясь на суетный мир, так что здесь, под землей, между дроу, щупальцастой тварью и прочими напастями выходило из рук вон плохо. Вово наблюдал за сбором оружия, предупредил Хастреда в спину:

— Оно же под солнцем истает!

— Знаю. Только мы ж не всегда под солнцем. А ну как придется опять в подземелье или хотя бы подвал лезть? Тут-то их мечи и сгодятся.

Мечи у дроу и правда были знатные, зачарованные, с искусно закрученными эфесами, с фигурными зубцами на клинках, отточенные до бритвенной остроты, против них хумансовая сталь что мягкая медь, даже отличные холмовые клинки и то слабы, Хастредов меч иззубрен был так, словно его старательно портила целая кузнечная артель. Да и откуда поверхностным жителям взять мастерство ковки, сравнимое с подземным? Дварфийские мечи, какие не раз и крупными партиями заказывали наземные владыки, стоили вдвое больше своего веса в золоте и рассекали панцирь холмовой ковки на раз, хотя сами дварфы эти мечи даже за приличную работу не признавали — так, ширпотреб, дешёвка, впаренная бестолковым хумансам. Только эльфы из наземных достигли некоторого успеха, и то, скорее всего, некогда украли секрет своего чудо-металла гальворна у безвестного народа. Гальворн был металл полуживой, латы из него не имели как таковых стыков, чем грешили даже лучшие дварфийские панцири, а меч из гальворна наносил чудовищные, почти незаживающие раны и, по слухам, чуть ли не сам направлял руку хозяина. Только он мог сравниться с адамантином дроу и мифрилом дварфов.

Вово мог бы ещё упомянуть о достижениях кобольдов по этой части — ему довелось видеть то оружие, какое носил отец… но к чему лишний раз расстраивать спутников? Всё равно оружие кобольдов не передаётся наземным — никогда и ни за что, опять же не то чтобы кобольды их боялись или презирали, просто не было у них заведено такой традиции. Если дварфы, будучи выручены наземным, могли в виде особой чести вручить ему хороший клановый топор, какой на поверхности и цены-то в деньгах не имеет, то кобольды просто никогда не бывали никому обязаны. И награждать никого не собирались. Вздохнул Вово и тоже пошёл подбирать мечи, прикинул на руке булаву, плюнул брезгливо — едва ли фунт веса, это не булава, а волшебная палочка какая-то… Меч поединщика подобрал с особым уважением — хоть и сплоховал его владелец, так ведь против генерала поди попробуй устоять, а клинок куда как знатный, судя по непонятной рунической вязи и подчёркнуто упрощенным формам — кован не самими дроу. Хастред поднял ятаган, что изрядно порезал Вово, прикинул на руке, рассёк пару раз воздух и пошел отцеплять с пояса его былого владельца ножны. Чуяло сердце — придется ещё вволю прорубаться, а меч за поясом уже ни на что, кроме перековки, не годен.