Валерий Иващенко - Молодые волки старого королевства

– Ну вот, давайте для примера вспомним древнюю легенду — о том, как эльфийский король Эль-нид и его триста героев остановили в Ферском ущелье целую армию кочевников, — зычный голос Марека разносился над палубой, заглушая собою слабое журчание кильватерных струй.

"Хм, а с теми-то остроухими бестиями что не так?" — вышедший не совсем чтобы просто подышать, так сказать, воздухом Лен сам не заметил, как увлёкся рассказом моряка, проводившего с экипажем очередные, строжайше предписанные флотским уставом занятия. Вечер оказался хорош, тих, и даже небо вызвездилось, что у всякого человека тоже означает повышение настроения. Ведун усмехнулся и тихо, на цыпочках подошёл поближе.

– Да, красивый миф и прекрасные баллады — но мы с вами, как люди… ну да, да — и гномы — в общем, как не безалаберные штатские личности, а кадровые военные, должны отдавать себе отчёт, что стократное соотношение сил безоговорочно решает всё. Такая лавина кочевников просто пройшла бы, не останавливаясь и даже не разворачиваясь в боевые порядки. Походя смела бы этот лёгкий заслон из горстки эльфов и к вечеру вряд ли о нём и вовсе вспомнила.

– К тому же, ваш-бродие, пешие против всадников это дохлый номер, — заметил в сумерках кто-то из матросов.

Марек пыхнул трубкой (а вот завтра выдеру, как эльфийскую козу!) и заметил, что совершенно верно. Но с другой стороны, даже в тех старых горах конницей особо не развернуться.

– Но есть тут одна тонкость, о которой обычно стыдливо умалчивают — древние историки однозначно написали о тех эльфах "сыновья знатных семей".

– Аристократы, по-нонешнему, господин флаг-капитан? — даже не видя затем медленно озарившееся светом из трубки лицо гнома, по гулкому басу легко было распознать жителя подгорного народа.

– Так точно, боцман, эльфы ещё в те древние времена заложили основы сословного деления и феодального строя, — Марек в пару ударов выбил о каблук догоревшую трубку и продолжил: — Так вот, каждый из предшественников будущих эльфийских ярлов и князей являлся на воинский сбор у короля со своим собственным отрядом, который обязан был вооружать и содержать за свой счёт. Сейчас эта традиция перенялась и нами, людьми — да и сохранилась, кстати.

Кто-то из молодых матросов ахнул, другие обиженно засопели. Лен неприметно ухмыльнулся — дальнейший ход речи Марека он уже вообразил. Ну да, если каждый "знатный сын" привёл с собой к Эль-ниду дружину хотя бы из пары десятков прекрасно обученных и экипированных бойцов, то красивый миф о трёхстах героях сразу тает, а на его месте появляется небольшая армия численностью около шести тысяч головорезов. Причём, профессионалов, а не всякого вольнонаёмного сброда. Даже в те времена — грозная сила. Шутка ли, по нынешним меркам полнокровная дивизия, успевшая занять выгодную позицию в ущелье. Хоть и сложили те эльфы свои остроухие головы, но степняков задержали и даже неплохо проредили в том… стоп! Ущелье!

Впоследствии Лен не раз хвалил сам себя за внезапное озарение — но и проклинал не меньшее же количество.

Впрочем, стоит о том чуть подробнее.

Насчёт чего поесть у Марека всегда была губа не дура. А потому повар, или по-морскому кок, готовил на корвете отменно. Уж во всяком случае получше, нежели походная стряпня ведуна, который кашеварить не то чтобы не умел… просто, не любил. А коль скоро дело без души делается, то и результат соответственный. Брюхо набить можно, с голоду не помрёшь, но вот за вкусовые качества ручаться не стоило бы.

Вот Лен и шёл тогда по палубе, довольно щурясь на уже вызвездившееся по вечернему времени небо и сыто, полусонно зевая. И вот так, на полпути от расположенных в носу корвета банальных отхожих мест, вместе с рассказом Марека и очередным глотком свежего воздуха, в голове шевельнулась одна из тех мыслей, которые порою меняют судьбы не только людей, но и их окружающих. Короче, ведун вспомнил, что как раз где-то в этих местах, если память, карты острова и покойный мастер Колин не соврали, должен обретаться колдун. Старый, ещё из того поколения, когда остров только-только заселяли, а в стены Дартхольме едва были уложены первые камни… Но что куда интереснее, меж гор вроде бы имелась узкая лощина, по которой наверняка возможно пробраться прямо в глубину земель орков.

Замыслено — сделано, уж парень всегда лёгок на подъём был. В носовой каморке парусного мастера, забитой до потолка всяким морским барахлом и по той причине ещё более тесной, обнаружились именно те, кого Лен и искал. Тот самый, плечистый старшина и играющий с ним в кости колдун, приписанный к корвету по причине некоторых способностей по части погоды, а особенно ветра. Простодушные лица у обоих что-то подозрительно раскраснелись, а в закутке очень уж вкусно попахивало винцом, которым капитан на радостях благополучного прибытия друзей приказал угостить весь экипаж.

– Почтеннейший, — обратился Лен к погоднику, который с перепугу от вида ввалившегося в каморку здоровенного парня подпрыгнул, едва не проломив макушкой какую-то балку. — Есть у меня предчувствие, будто в том месте, где корвет окажется через час, разыграется такая буря, что все тамошние с перепугу портки и хвосты себе перепачкают.

– Можно с запоздалым снегопадом и метелью, — сообщил ведун в спину живо переменившемуся в лице и тут же помчавшемуся колдовать коллеге. Затем подумал и поинтересовался в невозмутимое лицо старшины: — Найдётся на борту комплект бывалого солдата-наёмника? Потёртый, но справный…

Если вы сами не знаете, чего вам хочется, но оно вам позарез нужно — приходите вот к такому старшине, и у него это обязательно сыщется. Верно вам говорю, частенько встречаются среди мореманов этакие степенные, часто краснощёкие и с вислыми усищами. При взгляде на спокойно собиравшего комплект моряка Лену охотно верилось, что высади такого на необитаемом островке или посреди выжженной до скального грунта пустыни — он и там по своей хозяйственности непременно обрастёт барахлишком…

– А что так? — орудующий среди вещей старшина пыхнул дымком из своей носогрейки, и только сейчас молодой ведун и сообразил, что перед ним ещё один, зачем-то изрядно укоротивший бороду гном.

– Так надо, — отрезал Лен, втихомолку досадуя на себя за недогадливость, и перевёл взгляд на трясущегося от мокрого холода колдуна, который как раз ввалился в каморку. — Я ухожу в отрыв, головы оркам отрывать. И демоны тьмы будут миловать ваши души, если кто из вас языком ляпнет — где и когда я с борта сошёл.

Оба моряка не сговариваясь сотворили над собою отгоняющий Тьму знак, и лишь молча кивнули. Ну что ж…

"Хорошо, что эльфов тут нет, и они не могли слышать измышления Марека. Правда правдой — а всё ж, красивая сказка о древних героях была… пока он её не разоблачил" — Лен закончил переоблачаться в принесённый лёгкий доспех и вопросительно посмотрел на старшину. Тот скривился, как при виде новобранца, запутавшегося у корабельных снастей, и со вздохом принялся подсказывать да поправлять.