Наталья Тишь - Лунные дети (СИ)

— Сколько у моей небесной девы теперь защитников… Я ревную.

— Господин Эмонн, — Фелик, поправил очки. Он явно не был намерен шутить, — мне бы очень хотелось изучить магию госпожи Тарлах. Сами понимаете, у нас больше не будет подобного шанса. Единственный лунный, работающий на сыск, в Берстоле, и никто не позволит нам встретиться с Морганом Калленом.

— Не позволят, — согласился Кэл. — Только госпожа Тарлах — живой человек. И если она сама не захочет, боюсь, я не смогу ее принудить.

— Мне всего лишь нужно доказать, что лунная нить сама по себе сильнее солнечной, — терпеливо пояснил Фелик.

— Он хочет сказать, что они равны по силе, — словно между прочим заметил его коллега, Донн. Говорил он очень редко, предпочитая писать в блокноте. Тайг как-то рассказал, что Донн в детстве едва не потерял голос, так что теперь изо всех сил старается беречь горло и не говорить понапрасну.

— Сильнее, — упрямо повторил Фелик, метнув раздраженный взгляд на коллегу.

«Равны» — показал блокнот Донн и дружелюбно улыбнулся. Уилсон и его четвертый сотрудник, Маккилин Барри, кажется, из последних сил сдерживались, чтобы не закатить глаза.

На самом деле, наверное, у любого случайного наблюдателя, имевшего удовольствие последить за работой парней, могло сложиться впечатление, что весь сыск выстроен на противоречиях. Алва и Тайг, Фелик и Донн, Эрк и Матью — на любого из сыщиков можно было найти его противоположность здесь же, в этом сером двухэтажном здании. Чем руководствовался предыдущий начальник, или так сложилось совершенно случайно, вряд ли бы кто сейчас сказал, но я, с любопытством наблюдавшая за сыском, в итоге поняла, что первое впечатление очень обманчиво. И дело было не в серьезных столкновениях, где сыщики действовали как одно целое, а скорее в их поведении на работе. Они спорили друг с другом — даже по сущим мелочам, и тут же сходились в чем-то совершенно постороннем. У парней, настолько разных поначалу, находилось такое множество общих точек пересечений, что голова шла кругом. Впрочем, поразмыслив, я решила, что оно так и есть — человеческая натура слепо ищет себе подобного, но зачастую наталкивается на кого-то противоположного, и в результате два человека оказываются связаны куда сильнее, чем будь они похожи друг на друга. Хм, не так ли рождается дружба в некоторых случаях?

А меня в лабораторию так и не отдали. Я потом сама заглянула, выучила заодно еще один специальный щит. Нить, понятное дело, долго не продержалась, стоило ее лишить источника, но судя по хищно-довольным выражениям лиц, эксперимент прошел успешно. Я ретировалась из лаборатории почти сразу же, как Уилсон рассеянно бросил, что я свободна. Нет уж, с этими психами оставаться наедине не хотелось совершенно, будь я хоть сто раз лунная.

И наступил этот страшный день. Я поправила последний раз пиджак — мы сменили светло-зеленую форму на темно-красную, пятый курс как-никак, — покрутилась перед зеркалом напоследок. Бес скептически покосился на меня и зевнул. Он вообще пребывал в странно благодушном настроении, не ерничал, не ворчал, так что я даже на всякий случай бросила в него пару заклинаний. Он тут же обиженно взвыл, когда заклятье подпалило ему зад, и недовольно зафыркал, тряся хохолком. Ну вот, так куда лучше. Привычней, по крайней мере.

В коридоре кто-то пронесся, умудряясь громко протопать по ковру. Вслед за этим снизу раздался крик Капральши, и я мышкой выскользнула в коридор к лестнице, пытаясь влиться в общий студенческий поток. И — угодила в жаркие объятия Капральши, стоявшей на первом этаже у подножья лестницы. Она была невысокой, но очень грузной женщиной, хотя при необходимости умудрялась оказываться неожиданно ловкой. При моем маленьком росте я бы задохнулась в ее необъятной груди, но, к счастью, не суждено мне было пасть смертью храбрых — комендант поставила меня на пол, без труда перенося с последних ступеней на площадку.

— Не бегать, — рявкнула она прямо в лицо и не глядя выхватила из толпы за шкирку какого-то первокурсника. Мальчишка только пискнул и забился, тщетно пытаясь вырваться.

— Бабушка, отпустите!

О, зря это он. Я скользнула под рукой начавшей набирать воздух Капральши, выдернула пацана из пиджака и потащила за собой на выход. Вслед донеслись крики, обещающие страшное наказание, но Капральша вечно кому-нибудь угрожала. Поток удачно сбежавших студентов увлек меня на улицу, к яркому весеннему солнцу, и я на мгновение зажмурилась, но малыша не выпустила.

— Спасаем несчастных с утра пораньше? — Алек вынырнул из почти бегущей толпы и пристроился рядом, когда первый поток схлынул. — Отпусти парня, он глаза сейчас потеряет.

Я расцепила пальцы, и парнишка замер статуей посреди тротуара, хлопая огромными для такого узкого лица глазами. Студенты недовольно заворчали, обтекая внезапное препятствие, старшекурсники не преминули подтолкнуть малыша, и парень покачнулся.

— Стоять, птенец, — Алек на удивление ловко подхватил его под руку и утащил в сторону. — Жив? Элиш, может, его стукнуть?

— Разревется, — отрезала я, уже досадуя на благородный порыв. Нет, ну какого беса? Знаю же, что Капральша орет на всех и вся, малыши вечно с непривычки пугаются. Ну так никто не говорил, что в Академии легко. Это что, кодекс сыщика меня пронял, что ли? Как там? «Помогай любому, кому нужна помощь» вроде. Хотя пока мне не вживили в кожу ящерицу, официально я все равно сыщиком не считалась. Впрочем, Кэл пообещал, что в ближайшие дни этим займется.

И ошейник затянется еще сильнее.

Парнишка и правда часто моргал, шмыгнул уже носом. И губы задрожали. Ну точно разревется.

— Утри сопли, — велел вдруг Алек и сам же вытер, бесстрашно пожертвовав рукавом пиджака. — Малышня, тебя как зовут-то?

— Бриан Фоули, — почти прошептал тот и снова моргнул. Ух, мне бы такие ресницы и такие глаза. Его мать определенно красавица.

— Прекрасно, — Алек деловито кивнул и хлопнул мальчишку по плечу. Бриан покачнулся, но устоял, только съежился как-то, испуганно глядя на нас. — Топай на пары и в следующий раз Капральше не попадайся, она съест и не заметит. И… — он покосился на меня и театральным шепотом на полном серьезе добавил:

— Тебе вообще повезло, что Элиш сегодня с той ноги встала. А так она еще страшнее нашего коменданта, «ключом» ручаюсь.

Кажется, глаза у пацана стали еще больше, у меня просто руки зачесались дать Алеку подзатыльник. Нас вовремя окликнула Керри, посоветовавшая поторапливаться. Вот бес! На распределение опаздывать не хочется.

— Да подумаешь, — небрежно фыркнул Алек, но все-таки сделал шаг обратно к тротуару. — И так известно, кто занимается боевым отделением. Там народу-то с мышиный нос.