Стас Бородин - Погребальные костры - Книга полностью

Вытерев вспотевшее лицо рукавом камзола, я подошел к шатким деревянным перилам, отделяющим крошечную террасу от пропасти. Отсюда открывался захватывающий дух вид на порт, острова и лежащий далеко внизу город. Госпожа Каришма облокотилась на выбеленные солнцем и непогодой перила, и зажмурилась от удовольствия, подставляя лицо свежему ветерку.

- Как вам все это? - она слегка запыхалась и раскраснелась, а тонкая шелковая блузка прилипла к спине.

- Прекрасно, - улыбнулся я, с облегчением опуская проклятущую корзинку на замшелую каменную скамью.

Госпожа Каришма повернулась ко мне так стремительно, что волосы вокруг ее лица взметнулись черным облаком.

- Вы имеете в виду меня или вид на город?

Глаза у девушки были прищурены, а на губах застыла улыбка.

- Не знаю, - пробормотал я, заливаясь краской. - Вы меня застали врасплох.

Внезапно налетевший порыв ветра плотно прижал клетчатую юбку к ее длинным стройным ногам, и я поспешно отвел взгляд в сторону.

- Мне почему-то кажется, что вас воспитывали в монастыре, - госпожа Каришма нахмурилась. - Или даже в казарме...

Чтобы скрыть смущение, я принялся возиться с завязками на корзинке, однако мои руки никак не желали слушаться, и раз за разом соскальзывали с тугого узла.

- Позвольте мне, - тонкие невесомые пальцы легли мне на предплечье. - В этих ужасных кружевах вы беспомощны как ребенок.

Постелив на холодный камень цветастую скатерть, девушка принялась доставать припасы.

- Да тут на целую роту солдат хватит! - удивился я.

- Что поделать, я люблю покушать на свежем воздухе, - госпожа Каришма торжественно водрузила между тарелок со снедью изрядную бутыль с какой-то густой рубиновой жидкостью. - Да и выпить в хорошей компании!

Ветер трепал ее темные волосы, в вышине кружили крикливые дааны, а со стороны моря доносился приглушенный шум прибоя.

Еда оказалась невероятно вкусной, хоть и перченой. Вино наоборот, сладким и очень хмельным. Мы долго болтали о всяких пустяках, о поэзии Анеша Амаша, о книгах и, конечно, о рыбной ловле.

На какой-то короткий миг я совершенно позабыл обо всех своих проблемах, о войне, о принцах, о чародеях. На какой-то миг я почувствовал себя совершенно счастливым!

- У одного моего знакомого библиотекаря в Пааре тоже была утрукская книга, - припомнил я, когда беседа в который раз незаметно перескочила на книги. - Так вот, он считал, что его экземпляр - это последнее, что осталось от всего народа утрук.

- Дедушка то же самое говорит о своем атласе, - госпожа Каришма заметно оживилась. - Я уверена, что он непременно захочет заполучить эту книгу. Ведь она может ему очень пригодиться в работе!

- К сожалению, это невозможно, - сказал я, стряхивая с колен хлебные крошки. - Мой друг отправился в дальнее путешествие, и никому неизвестно когда он вернется. Если вообще вернется...

- Путешествия, - девушка вздохнула. - Как бы я хотела отправиться в путешествие! Хоть куда, лишь бы ненадолго сбежать из Санжу. Мой брат, тот проводит много времени в деловых поездках, по всему Внутреннему морю, разыскивая редкие книги. Мой отец большую часть года живет в Пааре, а дед частенько вспоминает о своем паломничестве в Кирахаллассу, на самый край мира!

- Я думал, что Кирахалласса это просто легенда, - сказал я. - Место, куда не может попасть ни один смертный.

- Какая разница, - госпожа Каришма внезапно помрачнела. - Для меня Эту и Санкт также недостижимы, как и Кирахалласса. Иногда мне кажется, что я состарюсь и умру прямо здесь, среди стопок старых книг и горы пыльных карт!

Тонкие смуглые пальчики сжались в кулачки, комкая цветастую скатерть.

- Марк, - девушка впервые назвала меня по имени, и я почувствовал, как по спине побежали мурашки. - Чего ты ищешь? Зачем ты приехал к нам в Санжу?

Я огляделся по сторонам. Посмотрел на город, лежащий далеко внизу, на белые паруса кораблей, выходящих из гавани, на развалины сторожевой башни, и перевел взгляд на девушку.

- Не знаю, Кари. Наверно, меня просто занесло попутным ветром.

Госпожа Каришма проследила за моим взглядом, и покачала головой.

- Не думаю, что это была случайность, - сказала она. - Быть может, это сама Судьба свела нас вместе.

Мне показалось, что что-то оборвалось у меня внутри.

- Нет, Кари, я не верю в судьбу. Уже не верю.

На следующий день мы с Мордадом встретились в таверне "Морской змей", что располагалась в пяти минутах ходьбы от городских казарм.

Фирганец был одет в чистую белую рубаху, борода аккуратно расчесана, а длинные волосы заплетены в косу, перевитую пестрой лентой.

- Без кольчуги я чувствую себя голым! - капитан усмехнулся в кружку с пивом. - Неприятное, должен признать, ощущение, когда ветер вот так запросто шарит у тебя за пазухой.

- Неужели в Фейр-Ан-Голанде вы тоже ходите при полном параде? - поинтересовался я, осторожно отрывая щупальце у сушеного кальмара.

- Конечно, - Мордад настороженно огляделся. - С нашим кунурром нужно держать ухо востро, к тому же мои абал-фиаст просто любят подраться. Особливо с заезжими купцами из Эсберга и Твинну.

Мордад опустил пальцы в миску с сушеными креветками.

- Если мы задержимся здесь еще на пару недель, от нас останутся лишь кожа да кости! - креветки громко захрустели. - У меня от местной еды уже половина отряда слегла.

Обветренное смуглое лицо фирганца заострилось, а усы печально обвисли.

- Очень дорого в Санжу, - капитан прикрыл рот рукой, словно опасаясь, что кто-то может прочесть его слова по губам. - Местные бюрократы заставили меня обновить патент и сделать разовый взнос в гильдию наемников. Еще немного, и мне придется тащить наши траккара в ломбард.

- Вот держи, - я снял кошелек с пояса. - Потом принесу еще. Ты не волнуйся, мои чародеи каждый вечер срывают куш в "Королевской сельди".

- Зонтракийское серебро? - Мордад заглянул в кошелек. - Да с такими темпами Зонтрак скоро весь Островной союз по миру пустит!

Я пожал плечами.

- Мастер Ингио говорит, что такое уже было. Триста лет тому назад, когда Гонкорцы нашли серебро на Декте. Гонкорцы давно мечтали разорить семь торговых домов Санкта и Суз, да только у них ничего из этого не вышло. Торговцы изъяли из оборота все гонкорское серебро, переплавили его, и отчеканили из него свои монеты.

- Мерзавцы! - Мордад ухмыльнулся. - Этим торговцам палец в рот не клади.

Сидящий за соседним столиком торговец с Родара вспорол ножом брюхо жареного поросенка и теперь с интересом наблюдал, как из зияющей раны на тарелку вываливаются грибы и сладкий картофель.

- Я вам все верну, будьте уверены, - Мордад сунул кошелек за пазуху. - Верну с процентами. Дайте нам только выбраться из этой дыры.

Когда опустел пятый кувшин с пивом, я понял, что с меня хватит. Губы у меня были солеными от сушеных кальмаров, а мочевой пузырь раздулся как воздушный шар.