Фиона Макинтош - Месть

– Не знаю, – Саксен задумчиво передернул плечами. – Наверно, если очень постараться…

– Идем! – воскликнул Тор – к нему снова вернулись силы. – Мы должны как можно скорее вернуться в Сердце Лесов. Немедля!

О сгоревшей деревне напоминало лишь слабое зарево на горизонте, и Гидеон разрешил сделать привал. Они с Ийсеулью шагали всю ночь, и всю ночь он нес на руках Фиггиса, прислушиваясь к его неровному дыханию.

Наконец то небо на востоке начало светлеть.

«Спасибо», – прошептал карлик.

«Я испугался, Фиггис. Что я наделал?»

«Ты сделал именно то, что следовало. Эту деревню давно пора было стереть с лица земли. Ты спас нас всех».

«Но я убил множество людей».

«Боюсь, им давно пора было встретиться со своими богами, – заверил его Фиггис. – Это было скверное место, Гидеон. Прошу, не кори себя».

«Я воззвал к отцу. Думаю, я был так напуган, что связь разумов возникла сама собой. Я воспользовался его силой. А может быть, своей. Что-то выпустило ее на волю… Я сам не знаю».

«Мне довелось встретить твоего отца».

«Правда?»

«Да, не так давно. На Кипресе. Ты так похож на него, что вас можно перепутать».

«Ты не шутишь?» – радостно переспросил Гидеон.

«Жаль, нам не удалось поговорить. Это была просто случайная встреча двух людей, которые друг друга не знают. Вернее, я знал, кто он такой, а вот он…»

«Я сам почти ничего не знаю».

«Потому-то я и здесь. Я буду учить и защищать тебя. И обещаю: больше тебе никогда не придется меня спасать».

«Значит, ты не умрешь?» – Гидеон понял, что счастлив.

«Чтобы убить горного карлика, недостаточно сломать ему пару костей, мой мальчик. Доставь меня в Сердце Лесов – и можешь считать, что мы в безопасности».

Фиггис улыбнулся, и Гидеон понял, что так оно и есть. Его любят, его готовы защитить. Он наклонился и поцеловал карлика в лоб.

«Спасибо, что ты со мной».

«Я всегда буду с тобой», – отозвался Фиггис и снова задремал.

Гидеон бережно опустил его на мягкую траву, которая служила им постелью, и укрыл своей курткой. Он надеялся, что друг скоро поправится, а для этого ему нужно отдохнуть… так что не стоит его тревожить.

Ийсеуль заворочалась. Гверис спал.

– Ийсеуль, – прошептал Гидеон, нежно касаясь губами ее руки.

Странные, песчаного цвета глаза открылись.

– Нам больше ничто не угрожает, верно?

– Ничто и никто, – Гидеон кивнул. – Я же обещал.

Ийсеуль села и обняла его.

– Прости. Я тебе наговорила столько гадостей… Я перед тобой в долгу, Гидеон. Я совершенно не понимаю, что там случилось, но…

Гидеон погладил девушку по голове, и она умолкла.

– Я всегда держу свои обещания, – шепнул он, и она отшатнулась.

– Кто ты такой?

– Наверно, Собиратель Душ, – он улыбнулся.

– Не смейся, я… мне просто больше ничего не пришло в голову. Я так испугалась!

– Ты была бесподобна. Я смотрел на тебя и старался быть таким же смелым, Ийсеуль. Но рядом с тобой я все равно был жалким трусом.

– Только не под конец, – она посмотрела на него своими странными глазами, но Гидеон не отвел взгляда.

– А ты поверишь, если я скажу, что сам ничего не понимаю?

Ему показалось, что Ийсеуль считает у него его ресницы – она уже делала так, когда они лежали в сарае.

– Поверю. С нами все время происходит что-то странное. Я поверила тебе, едва увидела… И теперь верю.

– Спасибо.

Гидеон был и вправду ей благодарен. И вправду не понимал, что происходит.

– А что будет с твоим другом? – девушка посмотрела на Фиггиса.

– Я отнесу его туда, куда мы направляемся. Там нам помогут.

Ийсеуль кивнула.

– А куда вы направляетесь?

– Сначала – в одну деревню, которая называется Гладкий Луг, а потом в Эксен.

– О, это у Великого Леса. Люди его побаиваются.

– Побаиваются?!

– Ну, наверно, правильнее было бы сказать «уважают». Он полон древних тайн. Может быть, глаза у меня странные, но я им верю.

Она кокетливо отвела взгляд, и оба рассмеялись.

– А где твой дом, Ийсеуль?

– О, это было так давно… я не знаю, что называть своим домом.

Гидеону не потребовалось пояснений.

– Тогда идем со мной. Если не знаешь, какой дом назвать домом, можешь странствовать сколько душе угодно. Ведь у тебя есть друзья.

Девушка задумалась, потом ее губы тронула печальная улыбка.

– Заманчивое предложение… – она склонилась и поцеловала Гидеона – очень быстро, очень нежно. – Но этому маленькому мальчику надо узнать, что такое настоящий дом. Ему нужны настоящие мать и отец, которые будут его любить. Я думаю, его надо отвезти туда, где он родился.

О да, и это тоже можно понять… но какое разочарование!

– А где он родился?

– В Бритлбери. Около семи дней пути отсюда… ну, может, чуть больше. Надо идти на восток. Боюсь, за семь дней мы не успеем… впрочем, торопиться некуда.

В этот миг вдали послышался перестук копыт. Что за волшебство! Впрочем… скорее всего, лошади просто испугались огня и в ужасе скакали куда глаза глядят, пока не выбились из сил.

– Не за семь дней, а раньше, – Гидеон подмигнул Ийсеули. – Помоги мне их поймать.

– Не торопись, – предупредила девушка. – Они еще не успокоились.

Почему-то Гидеон знал, что не напугает лошадей. С чего он это взял? Непонятно, но лошади остановились, едва он окликнул их. Мягко, ласково разговаривая со скакунами, мальчик подходил все ближе. Таким же даром обладала и его мать, но юный странник об этом не знал. Еще немного – и он уже стоял рядом, а лошади, кажется, были этому очень рады и спокойно щипали траву.

– Седел нет, – сказал Гидеон, – Ничего?

– Я с детства езжу верхом без седла и уздечки. Думаю, еще не разучилась.

Оставив девушку с лошадьми, Гидеон вернулся к Фиггису, присел рядом с ним на корточки и принялся обследовать его карманы. Когда он выпрямился, вид у него был весьма довольный.

– Держи, – он протянул Ийсеули тяжелый кошель.

Она заглянула внутрь и вытащила несколько монет.

– Нет, Гидеон. Для меня это целое состояние.

– Поверь: Фиггис хотел, чтобы ты взяла деньги и спокойно вернулась домой со своим братишкой. На два седла хватит?

– А ты будто не знаешь? – кажется, она впервые не могла поверить собственным глазам. – Гидеон, на эти деньги можно жить от новолуния до новолуния и не знать горя! На них можно купить десяток седел… и несколько лошадей в придачу!

– Я рад. Вы это заслужили, – он подбросил в воздух золотую монету. – А нам хватит и этого. Обещай, что будешь ночевать только на постоялых дворах и не станешь морить себя голодом. Когда доберешься домой, лошадей можешь продать, если захочешь. Только будь осторожна.

– У меня просто нет слов.