Елена Асеева - Путь Святозара

Некоторое время мать молчала, как бы собираясь с силами, а Святозар опустил голову, и от собственного бессилия сжал кулаки.

— Когда я пришла в себя, он уже ушел, — продолжила мать свой сказ, — Он обманул меня, потому, что мой отец погиб. И теперь я осталась совсем одна, без какой-либо защиты. Лишь робкая няня Селес, вот и все, что осталось у меня. Но твой отец, достойный и добрый юноша, меня пожалел, и полюбил, и, чтобы спасти от гнева народа Игников, который не любил моего отца и хотел избавиться от его правления, решил увезти меня к себе в Восурию. Мы, уже готовы были отправ-ляться, как явился Нук, и сказал мне, что поедит со мной как мой слуга, а я, боясь его, не отказала ему. Как только Ярил, увидел Нука, то верно сразу почувствовал от него зло и не захотел его брать с собой, но я подстегиваемая страхом упросила его. Когда мы приехали в Восурию, меня встретила мать Ярила — Радмила, не зря ее имя значит заботливая и милая, она именно такой и была, любила меня также как своих сыновей и дочерей, а мне, мне так хотелось ответить ей той же теплотой и заботой, ведь по сути я никогда не была злой и дерзкой, но я не могла. Я видела, что Нук хочит, чтобы я стала супругой Ярила, а я полюбив этого славного юношу боялась испортить ему жизнь. Поэтому вела себя в отношении к слугам и матери Ярила не почтительно и скверно, а ночами, ночами, сынок, я тихо плакала в подушку. Но Ярил слишком сильно любил меня и принебрег советом своей матери и взял меня в жены. И в тот день, когда у реки Бурная мы пустили общий венок нашей любви, и люди нарекли нас мужем и женой, я была счастлива и несчастна одновременно. А потом я почувствовала, что у меня будет дитя, бабки повитухи сказали мне, что деток будет двое. И тогда вновь поздно вечером, ко мне пришел Нук, он сказал мне, чтобы я отдала ему душу своего сына, того сына, которому первому на ладонь Ярил поставит печать. Когда он мне это сказал, ужас охватил меня. Ведь я поняла, чего он добивается. К чему шел все эти долгие годы. Он хочет взять душу первенца Ярила, душу на которую спустятся магические способности. И этот малыш, ребенок который обладает таким даром, будет принад-лежать этому чудовищу.

— Почему, почему, ты не рассказала все отцу, — тяжело дыша, и взявшись за грудь, так как там за-стонало сердце, спросил Святозар, и посмотрел на мать.

Правительница увидела движение руки сына, и, протянув свою руку, погладила его по голове и лицу, словно, от этого ему станет легче, да тихо ответила:

— Погоди, сын, я же просила не перебивать меня. Позволь мне закончить. Да, верно, тогда я так и решила сделать, и хотя страх сжигал мою душу изнутри. Я решила, что как только подарю вам жизнь, то сразу все расскажу Ярилу. Но пришла Селес, и, видя, мое состояние, стала меня выспрашивать, а так как она была повязана со мной и, ей единственной на Белом Свете, я могла все рассказать, никак при этом не пострадав, я поведала Селес о требовании Нука. Она долго молчала, а затем, сказала: " Нельзя, чтобы ты рассказала все Ярилу, нельзя, чтобы дети росли без матери. Вспомни, как тебе, не доставало материнского тепла и любви. Послушай меня, До-лушка, давай сделаем с тобой так". И она предложила, чтобы мы поменяли детей, как только они родятся. Первенца объявим вторым, а второго назовем первым. Тогда когда Ярил поставит второму ребенку печать, и мы отдадим Нуку его душу, то он получит малыша который не будет обладать магическими способностями. А истинный первенец, на которого сойдет дар, Нуку не достанется. Я долго с ней не соглашалась, говорила, нет, нет, но, в конце — концов, она меня уговорила. Она верила, что нам удастся обмануть Нука и расстроить все его намерения. А потом я спросила Селес: " А, что если вторым родится не сын, а дочь", но Селес посмотрела на меня, и, успокаивая, ответила: " Нет, по всем приметам, ты мальчонками ходишь". Так мы и порешили. И когда Нук явился, за моим ответом, я сказала: " Да, я отдам тебе сына, которому Ярил первому на ладонь поставит печать. Но когда я отдам тебе душу этого ребенка, ты поклянешься мне, что не потребуешь душу другого сын, а если не исполнишь клятвы, то моя душа и душа моего сына будут свободны". Когда вы родились, мы с Селес поменяли вас местами. Ярил поставил печать сначало Эриху, а когда увидел, что на него не сходит магия, побледнел, подскочил к тебе, поднял тебя на руку всмотрелся в тебя, а затем положив в колыбельку поставил печать и тебе на руку и в тот же миг на тебя сошел столп света, он был так сердит на меня и в таком гневе ушел от меня, что я даже пожалела, что пошла на этот обман. Следом явился Нук, он спросил меня, какому ребенку первому поставили печать, и я отдала ему Эриха. И тогда я поняла, Нук думает, что печать должны были поставить обоим мальчикам, а тому сыну, которому поставят первому печать и достанется магический дар. Он не знал, что дело не в печати, а в первородстве. Когда он уходил, мне стало так хорошо, наконец-то мне удалось его обмануть. Он явился много позже и принес Эриха, отдал мне его, а я прижала моего сына к груди и почувствовала, как он дрожит. Нук, посмотрел на меня и сказал, что я его обманула и ему нужен другой сын, не этот. Но я раскрыла ладошку Эриха и ответила, что этот сын получил первый печать, и его душа принадлежит ему. А душу того, другого он не может потребовать, потому, что он, Нук поклялся именем подземного воеводы Вия, — мать замолчала, тяжело переводя дух и закрыла лицо руками.

Святозар резко встал с сиденья, и, схватившись за голову, прошелся по опочивальне, не в силах более слушать, этот страшный сказ, он остановился напротив двери, тяжело вздохнул, а затем потер грудь, и, вернувшись к матери, сел на прежнее место. Правительница убрала руки от лица, посмотрела на сына и продолжила:

— Нук стоял и долго глядел на меня, и усмехнувшись, сказал: " Что ж, не думай, однако, что ты спасешь, своего первенца. А ты, — и он повернулся к Селес, — Горько заплатишь за то, что подучила ее". Потом он повернулся ко мне и добавил: " Я вернул тебе твоего сына, но его душа теперь в моей власти. Сегодня ночью, я пришлю человека, и ты отдашь ему первенца". " Нет, — крикнула я ему, — Ты взял одного, не тронь другого". А он, словно не слыша меня, продолжил: " Я не смогу забрать душу первенца, потому, что она защищена теперь моей клятвой, но ты отдашь его тому человеку, которого я укажу, он увезет его и отдаст на воспитание другим людям, так я покараю тебя за ослушание". Я положила Эриха в колыбельку, подошла к Нуку и сказала, что не отдам тебя, тогда он зашептал заговор, провел рукой у меня по груди, и в тот же миг душа вышла из меня, он схватил ее за горло и стал хлестать ее рукой по лицу, приговаривая: "Покорись, покорись". И я покорилась, а когда он швырнул мне душу обратно, я попросила его об одном, сохранить тебе твое имя, которое дал тебе твой отец, перед тем как в гневе ушел от меня. Он засмеялся и сказал, что наложит заговор, и Ярил не сможет найти сына, так, что имя, хорошо имя он тебе сохранит. Глубокой ночью он явился в сопровождении человека. " Селес, — сказал он, — Возьми младенца". Няня повиновалась, и, взяв тебя на руки, подошла к нему. Нук опять, что-то зашептал и водил возле тебя рукой, но, не дотрагиваясь, а потом приказал няне отдать тебя тому человеку, и как только она отдала тебя. Нук сказал тому человеку: " Младенца, зовут Керк", и устремив взгляд в пол, воскликнул: " Именем правителя подземного мира Чернобога, под пристальным оком воеводы Вия, и с желания великана Горыни сговор свершись". И в тот же миг Селес упала на пол и умерла.