Максим Раевский - Последыш Древних

Толпа, в основном простые люди, не богатые, но и не голь перекатная, попивая мутный эль, обступила его и притихла. А рассказчик, умело изображая персонажей, начал:

«Прибегает к стражникам человек, стучит в караулку и кричит:

— Помогите! Помогите!

Дверь открывается и унтер-офицер спрашивает:

— Тебе чего, доходяга?

— Там мясник жену убивает, гоняется за ней с топором.

— А нам- то что?

— Он еще грозится дом поджечь.

— А нам-то что?

— Он еще соседей убить хочет.

— А нам-то что?»

Весельчак изобразил сержанта, вальяжного и толстого, и жалобщика, стеснительного, но с хитрецой, и завершил анекдот:

«— А еще сосед кричал, будто все стражники толстые овцелюбы.

— Что!? — вскричал сержант и обернулся в караулку: — Робяты, коронное преступление совершается! Стражу оскорбляют! Все за мной!»

История была старая, но неискушенным северянам она понравилась. После чего кто-то кинул в дырявую шляпу балагура пару медных монеток, и рассказчик продолжил развлекать людей:

«Идут по улице два ленивых стражника. Видят, труп лежит, а у него во лбу арбалетная стрела.

— Какое странное самоубийство, — говорит один.

— И не говори, — вторит ему другой, — нет бы, как все нормальные люди, повеситься, а он из арбалета самоубился».

Снова смех и следующий анекдот:

«Мальчик спрашивает у папы:

— А почему у всех стражников на рукавах металлические пуговицы?

— Чтобы они не вытирали об мундир сопли.

— А почему пуговицы блестят?

— Так они все равно вытирают».

Толпа зашлась от хохота, да и я посмеялся, а потом перестал, так как заметил, что волосы у весельчака ненастоящие. Он носил парик, хороший, надо отметить, но если слушатели на это внимания не обратили, то я напротив, и у меня возник резонный вопрос — кто этот балагур? Беглец, вроде меня? Возможно. Агент какой-то спецслужбы? Тоже может быть. И если так, то надо смотреть за ним в оба глаза и держать меч под рукой. Заклятья Древних применять нельзя, засекут, но я и с клинком кое-что умею.

Впрочем, вскоре я про весельчака забыл. Он, конечно, продолжал выступление, но вернулся Юссир, и мне стало не до него.

— Рассказывай, — я кивнул сержанту.

— Сейчас, — он сделал пару глотков пива, смочил горло и начал доклад: — Значит, так, господин Оттар, я весь город оббежал и все уладил. Люди есть, повозки и товары по сходной цене, немного ниже, чем в Каргарде.

— За поселение выезжал?

— Да. Там тоже людей много, большим табором стоят. Послезавтра на север уходит большой караван и старшина в нем правильный, можно с ними пойти. Там же крепкие повозки продаются, всего по пятнадцать альго, тягловые лошадки по десять и верховые полукровки по двадцать. Кое-что здесь заметно дешевле, чем у нас на родине.

— А людей где брать, на бирже?

— Ага. Там нищих и обездоленных полно, и я помощников себе уже присмотрел. Три семьи, крепкие мужики с бабами, но без детей. Работяги из вольных, пришли из Несковии. Плата малая — с меня пропитание, одежа, немного скарба на обзаведение, да защита. Для начала. А на следующий год новый сговор.

— Хорошо. Завтра все, что нам нужно, купим, с людьми пообщаемся и в путь. Это все?

— Нет, — сержант мотнул головой. — На севере, говорят, с женщинами трудно. Поэтому, думаю, нам тоже кого-то надо взять. Откровенными шлюхами я брезгую и, если вы не против, надо бы рабский рынок посетить.

— А почему я должен возражать? Я пока обойдусь, а ты бери. Дело-то житейское.

— Ну, мало ли, — Юссир пожал плечами. — Вы же дворянин, а в Морее рабов нет.

— Морея там, — я неопределенно махнул рукой, — а мы здесь и живем по законам другого общества, более злого, опасного и менее терпимого. Тут законы расплывчаты, человек человеку враг, и кто сильнее, тот и прав.

— Да, господин Оттар, вы правы.

Тем временем наступила ночь. Балагур, который собрал немного денег, исчез. Юркий тип, вроде бы только что рядом крутился, а потом пропал. Постояльцы стали расходиться, и мы тоже отправились на покой…

С утра, чуть свет, подъем. Как раз вернулся Вольгаст, который доложил, что отныне под его командованием есть пара оборотней, и мы с Юссиром отправились за покупками.

Как это ни странно, но все прошло просто отлично и без приключений. Мы закупили все, что нам необходимо, и даже смогли достать подробную карту имперской провинции Рунгия. После чего договорились с переселенцами и старшиной каравана мастером Серпаком, а сержант приобрел себе женщину, двадцатилетнюю симпатичную деваху из Рубайята, купеческую дочь, которая спасаясь от «ужасных» морейцев, покинула родину и оказалась в кандалах. Везучая. Ведь Юссир мужик неплохой, хозяйственный и, в общем-то, спокойный, поэтому они, наверное, поладят.

Так прошел еще один день. А на следующий мы покинули поселение и, оседлав полукровную лошадку, я выехал на невысокий холмик и огляделся. По широкой грунтовой дороге медленно двигался караван из полусотни груженых повозок, три из которых, наши. Впереди почти покрытая высокой травой равнина, а дальше заснеженные горы, среди которых спрятался замок моего покойного брата Халли, точнее, его развалины. Ну, а позади последний оплот цивилизации, Каргард. И, глядя на дома и бараки этого поселения, повинуясь внутреннему порыву, я взмахнул рукой и выкрикнул:

— Прощай, мир цивилизованных людей! Пока мне нет здесь места, но настанет срок, и я вернусь! Вернусь для того, чтобы отомстить всем, кто хотел моей смерти, кто убивал моих братьев и охотился на Вайда! Клянусь!

Это был крик души, который выплеснулся в мир, и на мгновение мне показалось, что этот посыл услышали, а затем откуда-то издалека пришли неразборчивые отклики. Но, конечно же, мне это только показалось и, ударив пятками по бокам лошади, я помчался вслед за караваном…

Эпилог

Вырвавшись из души, мощный посыл молодого и неопытного чародея, который пока не осознавал пределов своей силы, прокатился по эфиру, всколыхнул его, и слова Оттара Руговира услышали многие. Но подавляющее большинство имеющих магические способности людей и нелюдей не обратили на это никакого внимания. Для них это было неразборчивое бормотание, секундная помеха в виде постороннего шороха и только. А вот перед теми, кто думал о молодом маге или был с ним близко знаком, послание раскрылось полностью, и реакция на заявление Оттара вернуться и покарать врагов была очень разной.

Барон Алан Руговир в этот самый день получил два письма. В одном его извещали, что поручик Оттар Руговир пропал без вести во время боев за Сайгару. А в другом старший сын барона писал, что младшего арестовали, но он, кажется, смог сбежать и «черные клинки» не спешат придавать этому делу огласку. Значит, на это есть какие-то тайные причины, и барону, на всякий случай, следовало бы поостеречься и более внимательно присмотреться к новым людям в его владениях. И тут, неожиданное послание Оттара, просто слова, которые прилетели из ниоткуда. После чего глава семейства Руговиров встряхнул головой и решил, что это навеянный беспокойными мыслями бред, который можно прогнать лишь доброй порцией крепкого рома…