Татьяна Ильченко - Серые Башни (СИ)

— Ну, — сердито буркнула я и швырнула на стол салфетку. — Может, скажете, кого мы тут хороним?

Мужчины замолчали и с каждой минутой, молчание становилось все тягостнее. Дикон старательно отводил взгляд, Хок рассматривал узор на ковре. Киова был единственным, кто смотрел на меня. Ни намека на улыбку, а в глазах непонятное для меня жесткое выражение.

— Действительно, похоже на похороны, — тихо сказал он.

— Это не смешно! — рявкнул Хок.

— Я неудачно пошутила, извините, — пробормотала я.

Гру встал рядом, взял меня за руку и с вызовом уставился на Киову.

— Тебе не за что извинятся, — оскалился норд.

— Я хочу знать, в чем дело! — выдернув руку из захвата Хранителя, я поднялась.

Киова одним текучим слитным движением переместился в пространстве и встал рядом с дверью, практически загородив выход.

— Кто научил вас лимиару, леди? — вопрос был задан с ледяной вежливостью.

— Чему?

— Не надо, — отмахнулся он, — именно этим вы занимались, когда я увидел вас.

— Я не понимаю…

— Отвечайте! — прошипел Киова. — Ваша жизнь зависит от этого!

— Эй! — подал голос Гру. — Повежливее, человек!

Я снова села и преувеличенно долго расправляла складки на платье, стараясь успокоиться.

— Я нарушила какой-то закон?

— Лорд Акадзомэ подозревает, что твой дед и его дядя совершили преступление и вовлекли в это тебя, — по-волчьи оскалился Хок.

— И что же такого страшного мы совершили? — мне стоило больших усилий сохранять на лице безмятежное выражение.

— Я уверен, что мой дядя раскрыл лорду Фредегарду тайну лимиара, а он в свою очередь, научил вас, — надменно заявил Киова.

— Неужели? Ты, что больной? — я была так возмущена этими глупыми обвинениями, что эти слова вырвались сами собой.

— Я здоров, — Киова дернулся, как от удара и слегка покраснел.

Гру легко сжал мою руку.

— Осторожнее, девочка, — шепнул он.

Кивнув норду, я вновь поднялась и отошла к окну. Обвинение было серьезным. Я читала об этом секрете Акадзомэ, его охраняли так же тщательно, как Фраги свои мифриловые рудники. Это было совсем не ко времени, грозив разрушить и без того хрупкое взаимопонимание. Я обернулась. Киова смотрел на меня с видом милиционера, поймавшего вора за руку. Нужно успокоиться и доказать желтоглазому красавчику всю абсурдность его обвинений. Только вот как?

Киова Симарун Аквайо Итогава Кай лорд Акадзомэ, Властитель Айсенгарда

А она испугалась. Все же виновата. Отошла к окну. Черное платье с алой каймой, тяжелый узел волос, узкие плечи. Что ты можешь сказать мне, девочка? Все и так ясно. Мне жаль, но тебе придется оставить и Серые Башни и лорда-дикаря. Я не монстр и, несомненно, позволю навещать нас, через год или два, когда родится мой наследник. А вот норда придется взять с собой. И Кристу… тоже. Леди повернулась, сверкнув потемневшими глазами, пригладила волосы, поправила идеальные складки на платье и сказала:

— Предположим, ты прав, — Хок вскочил. — Я сказала, предположим! Сядь!

— Тогда получается, что мой дед узнал все секреты лорда Хокку, раньше, чем они поссорились, ведь так?

— Это значит, леди, что мой дядя стал предателем очень давно.

— И твой дядя, насколько мне известно, умер за два года до исчезновения моего деда, так?

— Это так, леди, но это абсолютно ничего не меняет, — быстро сказал я, но она подарила мне загадочную улыбку и повернулась к старейшине.

— А теперь скажи мне, мастер, участвовал ли лорд Фредегард в каких-либо военных действиях с момента ссоры и до своего исчезновения?

— Безусловно! — с готовностью откликнулся старик. — Это было очень неспокойное время. Мародеры…

— А были такие, которые несли угрозу для жизни моего деда? — перебила я его.

— Лорд Фредегард никогда не уклонялся от драки, — вспыхнул Дикон. — У меня есть записи…, — старик подскочил и начал копаться в каких-то бумагах, — в одном из боев его ранили.

— Милорд? — леди подошла очень близко, окутав меня терпким запахом вески. — Мог ли человек обладающий знанием лимиара не применить его в минуту смертельной опасности? Ведь ему некого было опасаться, фраги молчали бы, а враги были бы мертвы.

— Как сражался мой дед? — она развернулась так резко, что выбившаяся из косы прядь скользнула по моему лицу. — Есть ли записи об этом? Мастер?

Не понимаю, к чему она клонит? И почему лорд Хок позволяет ей говорить? Я бы не позволил. Я бы увез ее, спрятал, а потом вернулся, чтобы убить. Всех. Уничтожить следы, не оставив даже намека. Ведь это так легко! У него было достаточно времени чтобы все подготовить. Почему же он медлит? Даже сейчас?

— Так же как все фраги, моя леди, — отозвался Дикон. — Ничего подобного тому, что делаешь ты или умеет наш гость. Лорд Фредегард был непревзойденным стрелком и отличным фехтовальщиком, но и только.

— Это ничего не доказывает, — усмехнулся я. — Вы же сами сказали, ему некого было опасаться, своих не выдают. Не думаю, что лорд-хранитель лично расправлялся с мародерами.

— Лорд Фредегард никогда не прятался за спины своих людей! — прошипел норд.

— О, прошу простить меня мастер! Я не сомневался в вашем лорде, я лишь хотел сказать, что, будучи отличным стрелком…

— Змеиный язык! — похоже, Хранитель желает продолжить наш давний спор?

— Мой лорд, мастер, — леди Тэйе встала между разъяренным нордом и мной. — Я спрошу по-другому. Мой дед искал свою жену, вопреки всему верил, что она жива. Мог ли он позволить себе пострадать в случайной стычке?

Хорошая попытка, девочка. Но этого слишком мало.

— Согласен. Но это не может быть неопровержимым доказательством невиновности, моя леди.

— Прошу извинить меня за дерзость, милорд, — лукаво улыбнулась она, — но лимиар уникален только в Мораке. На Земле Иссис была щедрее, чем здесь, она одарила своей милостью не один клан, а множество народов. То, что ты видел лишь похоже на лимиар, но не является им, — мне подарили еще одну обворожительную улыбку.

Норд, что-то ворча, опустился в кресло.

Что ж, это намного интереснее. Она не хочет сдаваться без боя? Отлично, у нее будет еще одна попытка.

— Ты говоришь очень убедительно, леди. Но это слова, а я привык доверять глазам. То как ты обращаешься с мечом…

— Каким мечом? — поднялся Хок. — Я запретил брать в руки оружие! Леди!

— Это не самая важная проблема сейчас, — удивительно, это опять сработало! Всего лишь ее рука на плече разъяренного лорда и он теряет дар речи.