Е. Николаичева - Безумие Силы

Чуть левее, резко очерченными фигурами в свете заката, воинственно сверкая глазами, стояли двое.

Эльфийка с толстой русой косой, непримиримым огнём во взгляде и коренастый, криво усмехающийся парень с тёмно-каштановыми волосами и спокойными, но такими серьёзными глазами…

– Детишки. – хмыкнула Лея. – Первокурсники… ничего, скоро вы всё забудете… – она вскинула руки вверх и между ладонями засветилась жёлто-зелёная молния. – Арео… ХРЯСЬ!!!

Молния бесславно погасла. Руки ослаблено упали вдоль тела… а затем и сама Лея рухнула на так лелеемые ею цветы…

– Прежде чем бить кого-нибудь по голове, убедись, что это надолго! – победоносно провозгласила Элдара, поморщившись от стрельнувшей от этого боли в висках.

– Вы в порядке? – вежливо осведомилась Нэвэрианэ, хотя на дне её зелёных глаз мелькнула насмешка.

«Небо, меня спасла первокурсница! Да ещё она!» – взвыла про себя Элдара.

– Благодарю. – через силу выдавила она. Внезапно рядом прямо из ничего возникла фигура Орэна.

– Элдара, у нас катастрофа! Я внезапно вспомнил… Ответом ему был тройной скептический взгляд…

– Глупцы!.. – раздался безумный смех позади. – Глупцы, это всё бесполезно – вам всё равно никуда от него не деться… – Лея безумно улыбнулась. – Он до всех… до всех доберётся. Ха!.. вы все умрёте!!! И вам повезёт, если эта смерть будет хотя бы красивой!!!

– Ты! – дёрнулась Элдара, но вокруг Леи внезапно возник сверкающий чёрно-красный обод – мерцание, вспышка…

И на примятых выжженных цветах уже нет никого… Лишь немного позже её найдут мёртвой, обнимающей труп своего брата, а на осколках их смерти возникнет страшный и безумный культ Вечной Памяти, после уничтожения которого и будет запрещена большая часть заклинаний Разума…

…поразительно. Одно не пойму: к чему был этот цикл? Разве что… они потеряли целых полтора месяца. И наверняка в это время как раз и создавался этот культ Вечной Памяти, знание о котором у меня возникло в голове совершенно непонятным способом.

И вообще, что это всё такое? Типа, возблагодарение за правильную жизнь? Сомневаюсь я, что правильно жил… ну, как нравится, так и жил… А это, типа, ответы на все вопросы? Ну, так вопросы у меня могут и не кончиться никогда… тольконовые появляются!

А вообще… честно, то не вижу смысла в знании, которое нельзя использовать. И, если выбирать между жизнью без этих знаний и смертью с ними, то… …Я выбираю жи…

– Что будем делать? – наконец оттаял после минутного ступора Лас.

– Не знаю. – растерянно пожала плечами Эно, с ужасом и печалью вглядываясь в лицо Мира.

– Нужно отправить его в ШМИ, может, Элдара всё исправит!

– Не выйдет. Это не лечится… – в отчаянии вздохнула Эно.

– Но что-то же надо делать! – не сдавался Лас.

– Если такой умный, сам Элдаре и говори, что её ученик свихнулся! – взорвалась Эно.

– Ну, так не я же специалист по магии Разума!

– Ой-ой-ой! Давайте повесим всех собак на бедную Эно, она это заслужила!!!

– Вот только не надо переводить стрелки! Между прочим…

– Ребята, не ссорьтесь. Итак башка раскалывается.

Оба спорщика невольно заткнулись и уставились на Мира огромными глазами. Эно пару раз моргнула и полезла парню в голову. Получила по… ну, по рукам, и успокоилась.

– Он. – уверенно заявила она, глядя на Мира как на экспонат требующий тщательного изучения.

– Вполне нормальный? – настороженно переспросил Лас.

– А, леший его знает. Он не даётся. – развела руками Эноллаира.

– А нечего свои щупальца куда не надо тянуть. – буркнул Мир, приподнимаясь. – У меня в голове такое… Эй, а где это я? И что вы здесь делаете? Лас и Эно переглянулись и приступили к рассказу.

– Сколько-сколько? – переспросил Мир после окончания рассказа. – Сколько я пробыл в таком… бессознательном состоянии?

– Ну…– Лас задумался. – Если учитывать время, которое ты был на костре… полчаса, может, чуть больше, но – не намного. А что?

– Да ничего… бред просто всякий виделся, казалось, у меня там недели прошли…

– Где – там? – наморщил лоб Элиас.

– Там. – невразумительно ответил Мир. Лас посмотрел на него и на Эно…

– Два сапога пара… – буркнул он раздражённо. – Ладно. – Он поднялся. – Тебе, наверное, нужно вернуться в ШМИ. Нам – в город, принесём э-э-э… голову этой твари властям. Детишек её мы уже изловили, они в городе промышляли. Эно, свяжись с Элдарой, пусть она телепортирует его…

– Нет! – перебил его Мир.

– Нет? – настороженно хором переспросили парень и девушка.

– Нет. – уже более спокойно подтвердил Мир. – В конце концов, я сюда практику отрабатывать пришёл! Тут, говорят, нечисть в Лесу расшалилась… поболтаю с местным Духом, отдохну от суеты. На практику месяц отводится, вы помните? Если я вернусь, меня на другое место закинут, а я другого не хочу!.. Лас и Эно обречённо переглянулись… и кивнули.

– Ну ладно, бывай, мы пошли…

– А голова йаллы?

– Тьфу ты… сейчас… всё, готово! Теперь точно пока.

– Угу…

Лас и Эно скрылись за поворотом дороги, к которой они вытащили моё бессознательное неразумное тельце. Я вздохнул и повернулся к притулившейся на опушке избушке.

Заходить туда не хотелось совершенно… к тому же, боязно… Я сделал первый шаг по направлению к ней… и вспомнил.

Вот леший, мне же ещё эту йаллу хоронить! Обезглавленную! Ну, Лас, хитрюга, вот почему ты так пакостно улыбался…

Я наконец подошёл к избушке и уселся на деревянное крыльцо. Подставил лицо свежему ночному ветру…

Дурак я, каких поискать. Ну что мне стоило ещё чего-нибудь поспрашивать, а потом уже говорить, что жить хочу? Э-э-эх… знать бы ещё, это способность или же просто сумасшествие? …и было ли это всё на самом деле…

Глава 2.

Война объявлена.

Такое странное чувство внутри. Давно я не был так счастлив… очень давно. Вот он – мой дом. Мой новый родной дом… сюда я буду возвращаться каждый раз, когда больше некуда будет пойти. Здесь всегда будет огонь в очаге, дожидающийся моего прихода (магия постаралась), всегда сухо и тепло, а непрошенныё гости, будучи таковыми, не смогут и шагу ступить через порог внутрь. Да что через порог! Я по всей опушке защитные руны понакарябал. Признаться, подобная работа была куда интересней, чем та, которой мне пришлось заниматься вначале. С виду такой уютный и чистенький дом оказался настоящим кошмаром уборщика. Прибираться я не любил, но пришлось.

Зато потом (придурок!) вспомнил парочку бытовых заклинаний, которые мне взамен на подготовку к зачёту показал Хэйтэн, и с чистой совестью понавешал всяких «стирателей пыли», «убивателей мышей и мух» и так далее. В конце концов, обнаружилось, что я даже посуду могу не мыть, сидя сложа руки и блаженно вздыхая.