Анна Алмазная - Лоза Шерена

    - Как можно быть богатой и одинокой? - пожала плечами Лия, вытягивая из печи горшок с супом. - Да и вообще.... У нее есть эта... хариба.

    - Кто такая "хариба"? - поинтересовался Бранше, который использовал любую возможность, чтобы узнать о Кассии побольше. Ему ведь своего играть надо, а это сложно...

    Предел между Кассией и Ларией был закрыт уже давно, оттого о кассийцах знали не так и много. Двадцать пять зим назад в Кассию отправилась младшая принцесса, в надежде поправить взаимопонимание с соседом. Но легче не стало. Как Львина погибла, так отношения между странами и вовсе охладели, да и чего им теплыми-то быть? Больно они уж разные - кассийцы и ларийцы. Недомерки и оборотни.

    - Арханы - наши высокорожденные, - терпеливо, как маленькому ребенку, пояснила Рид. - Каждый из них имеет личного слугу, который подчиняется только ему. Говорят, что хариб для архана - подарок богов. Его "тень". И появляется он внезапно... боги его приводят. Это как у вас с перевоплощением в зверя - не появится вовремя хариб, архан станет таким как мы - рожанином.

    "Хорошо говоришь, - подумалось Бранше. - Даже слишком хорошо для деревенской".

    - "Тень арханы" одиночеству не мешает, - заметила Рид, отвечая на вопрос дочери и добавляя порезанную Бранше зелень в соус. - Аланна, как ты говоришь, вечно сидит взаперти, а ее хариба...

    - Любезничает с Самалом, - скривилась Лия.

    - А ты против? - невинно спросил Бранше.

    - Нет, - неожиданно смутилась девушка. - Лили уедет, а Сама... он ведь серьезно, это видно. Нравится ему девчонка, а хариба арханы не оставит.

    - Не оставит, - подтвердила Рид. - Хариба никогда не оставит своей арханы. Я не знаю точно, но говорят, что между арханом и харибом странная связь. Магия. Узы богов. Почти как между телохранителями и повелителем. Умирает повелитель - уходят за черту и его телохранители, хотят они этого или нет. Но умирает архан - и его хариб сам восходит на погребальный костер. Я не знаю... традиция то, или в самом магия... иногда разобрать сложно.

    - Понимаю, - ответил Бранше.

    - Лия, мне показалось, - встрепенулась вдруг Рид, - я что-то слышала. Может, Рэми вернулся?

    Лия бросила на стол нож, выглянула в общую залу, а Бранше - за ней. Права Рид, Рэми и в самом деле сидел на лавке у окна и устало стягивал мокрые сапоги. Набухший от влаги плащ уже лежал рядом, и Лия побежала к брату, протягивая ему сухую одежду:

    - Скорей бы закончился этот дождь. Принесу тебе горячего супа.

    - Спасибо, сестренка, - устало прошептал Рэми, пригладив влажные волосы.

    Через мгновение хозяин уже наскоро переодевался, а Бранше воспользовался удобным моментом и начал задавать вопросы.

    - Был в деревне? - спросил он, когда Лия поставила на стол чашу с приятно пахнущим мясным супом.

    - Поешь со мной? - ответил Рэми вопросом на вопрос, отламывая кусок хлеба.

    - Спасибо, меня уже покормили. Ну же, не томи!

    - Был, - Рэми взял ложку и принялся за еду, а Лия тихонько села рядом, прислушиваясь к разговору. - Ожидают купеческий обоз. Он должен был приехать несколько дней назад, и люди обеспокоены.

    - Обеспокоены? - переспросил Бранше. - Чем?

    - Вчера в соседней деревне нашли еще одно тело, - взгляд Рэми метнулся в сторону Бранше, потом вернулся к супу. - Поговаривают, что в лесах водится нечисть. Людям незачем так изувечивать... им достаточно обухом по голове и в болото. Да и силенок на такое у простого человека не хватит, - взгляд Рэми стал настороженным, и Бранше почувствовал его страх. - Боятся, что людей с обоза тоже нечисть погубила, только я не верю. Думаю, обоз задержал дождь.

    - Проклятый дождь! - прошипел Бранше.

    - Вижу, тебе не терпится в столицу? - Бранше заметил внимательный взгляд Рэми, но отвечать не спешил, задумчиво прожевывая пирожок. Не дождавшись ответа, хозяин продолжил:

    - А дорога сейчас нелегкая. Коня у нас, как ты знаешь, нет, у тебя - тоже. Идти пешком в такую погоду никому в радость. Да и с твоей ногой до столицы долго хромать будешь.

    "А это ты зря, - подумал Бранше. - Хромали и в худшую... Но послушаем, что дальше скажешь..."

    - А вот с обозом, в повозке, это дело другое.

    - И стоит немало, - мрачно заметил Бранше, обдумывая услышанное.

    Оборотнем оно, конечно, не хуже... но ведь и поймать могут. А дозор шутить не станет - мечом в бок, и путь закончится...

    Лия поднялась со скамьи, собрала грязную посуду и скрылась на кухне.

    - Если то, что ты говоришь, правда, - парировал Рэми, - и ты хорошо готовишь, то мы можем не беспокоиться, - Бранше уловил слово "если", но промолчал. Готовил он, конечно, похуже Лии, но вполне сносно - в школе магии не жаловались. - Я разговаривал с хозяином таверны. В обозах кухарей вечно не хватает. Хороший кухарь в пути - редкость, любят они больше по городам в тепле сидеть, да в тавернах. А шастать через страну в обозах - не самое любимое дело для вашего брата. Да и платят там не слишком. Вот и приходится в пути есть то, что приготовит охрана, либо ждать ближайшей таверны, что не всегда выгодно и вкусно. Поэтому тебя возьмут в обоз. Платы не потребуют, сами заплатят. Но есть еще татуировка...

    - Что за татуировка? - мигом насторожился Бранше.

    Рэми бросил ложку в чашу, снял с руки кожаный браслет и положил его на стол. Бранше взял браслет, вгляделся в замысловатые завитушки - украшение, как украшение, только значки какие-то странные, непонятные, ну и легкий привкус магии, как и большинства вещей в этой стране. Но Рэми, видимо, хотел показать не совсем браслеты: закатав рукава, он протянул другу обнаженные запястья:

    - Видишь?

    Бранше сглотнул. Душа оборотня, порожденная древней магией, впервые встретила что-то столь же древнее и столь же достойное уважения.

    Там, где глаза человека замечали лишь замысловатую татуировку, Бранше видел яркие линии огня. Подобно вышивке уходили под кожу и снова из нее показывались, создавая непонятный Бранше рисунок. Но вышивка неподвижна... - это находилось в хаотичном, незаметном глазу движении.

    Перед глазами поплыло. Мир вдруг исчез, остался только танец золотистых нитей, обвивающих запястье Рэми. Нити играли с оборотнем. Издевались. Они видели его суть и грозились выдать, но в следующее мгновение переплетались в новом узоре, меняя грозное сияние на мягкое, ласкающее. Они жили своей жизнью, обладали своим разумом и даже дарили видения...

    Молодой мужчина с золотистыми волосами. Оборотень. Своего Бранше узнает из тысячи. Рядом с ним - темноволосая женщина. Похожа на кого-то... но на кого? На руках у нее - маленький мальчик. Черноглазый, темноволосый. А рядом - еще один. Светловолосый, как и отец. Вцепился ручонками в юбку женщины и что-то шепчет, но что - совсем не разобрать.