Андрей Пинаев - Страна нигде (СИ)

Автомат для продажи мороженого помигал светодиодами, но так и не заработал, зато вдоль дорожки загорелись фонари. По замыслу производителей они должны были включаться автоматически с наступлением сумерек, но фотодатчики оказались загрязнены различным лесным мусором и птичьим пометом, так что большая их часть включилась несмотря на яркое солнце в небе. Кроме того, загорелись лампочки на пультах управления нескольких аттракционов, в частности, возле маленькой карусели с классическими деревянными лошадками.

Быстро проверив нехитрый механизм, я щелкнул тумблером и с улыбкой понаблюдал за ее вращением. Затем я сбегал в гостиницу, взял простыню со своей постели, разорвал ее на тряпки и прошелся по дорожке, очищая фонари от грязи. Закончив с фонарями, я всерьез взялся за автомат с мороженым и за полтора часа привел его в рабочее состояние, вычистив из него муравьиное гнездо и заменив вздувшиеся конденсаторы, аналоги которых, по счастью, оказались у меня в сумке.

Стабилизированная молочная смесь смешалась с водой, обработалась излучателем, подогрелась, охладилась, взбилась стальными лопастями до невесомого состояния и выдавилась через трубочку. Вафельные рожки, в отличие от молочной смеси, не были стабилизированными и пошли на корм муравьям и мышам, так что порцию мороженого принял свернутый конусом лист лопуха.

Мороженое пробудило аппетит, я пошел в столовую и пообедал, а после обеда разобрал и почистил от грязи стоящий на кухне холодильник, запустил кофейный автомат и, неожиданно для себя самого, взял в одном из подсобных помещений первого этажа пылесос, которым прошелся по всем поверхностям своего номера и по ковровым дорожкам первого и второго этажей. Убрав большую часть пыли, я застелил постель чистым постельным бельем и аккуратно, как по линеечке, заправил. Затем я снова отправился в парк и к заходу солнца привел в рабочее состояние еще два механизма - аттракцион 'мини-родео' и автомат с газировкой.

Чувство, гонявшее меня с отверткой и паяльником наперевес от одного агрегата к другому, нельзя было назвать ничем иным, как вдохновением. Это было вдохновение той же чистоты и силы, что я испытал в восемь лет, впервые соединив двумя проводками батарейку с лампочкой, то восхитительное ощущение занявшего свое место кусочка пазла - чувство, что ты наконец-то делаешь то, под что заточен.

Вечером, весь запыленный и с по локоть испачканными смазкой руками, я залез в душевую кабинку и как следует помылся водой из чайника, после чего лег спать голым - вздумалось вдруг попробовать, ведь прежде у меня такой возможности не было.

Лежать в постели голым оказалось удивительно приятно. Я потянулся до хруста, повернулся на бок, стал засыпать и за секунду до перехода из яви в сон осознал, что только что прожил самый счастливый день в своей жизни.

*****

Пища из продуктовых автоматов стоила все-таки подороже, чем та же пища в столовой. Будь я на платформе, к этому дню я уже получил бы свою первую зарплату, да и в кошельке бы еще что-то звенело, но здесь к четвертому дню все мои деньги переместились в утробу автомата. После некоторых колебаний (не очень долгих, но все же имевших место быть) я снял его заднюю крышку, сломал печать на ящике для денег и извлек оттуда сумму, примерно соответствующую зарплате за один день студента-практиканта, обслуживающего торговые автоматы. Разве я этого не заработал вчера? Разумеется, никто не помешал бы мне взять все и сразу и вообще не платить ни за что, но я всегда считал, что отсутствие искусственных ограничений развращает.

Утро было серым и неярким, за ночь небо затянули тучи, грозящие вот-вот пролиться дождем. Я заторопился, позавтракал почти что на ходу, подхватил сумку с инструментами и направился к административному центру. С тайной радостью убедившись, что связи по прежнему нет, я повытащил из центра связи весь электронный хлам, сложив его в один из ненужных более никому кабинетов, чисто вымел пол обнаруженной в подсобке шваброй, собрал волочащиеся по полу провода в аккуратные жгуты, скрепив их пластмассовыми хомутами. Кабинет словно увеличился вдвое в объеме, а после того, как я протер окна, стал похож на вполне приличное место работы, не отпугивающее своим видом входящих.

Ветер слегка усилился, в воздухе запахло пылью и предгрозовой свежестью, но дождь еще не начинался. Я еще вчера присмотрел стоящий в кабинке наподобие телефонной игровой автомат 'предсказание судьбы' и, решив что успею почистить и запустить его прежде, чем начнется дождь, поспешил к нему.

Автомат был с виду цел, но так же обесточен. Я осмотрелся вокруг и, как и ожидал, неподалеку обнаружил распределительный шкаф. В отличие от предыдущего, этот не стоял на столбах, а был привинчен к задней стенке кирпичного павильончика - 'Безалкогольного бара'. Он выглядел относительно целым, но на том месте, где должен был находиться внутренний замок, чернела выжженная дыра.

-Да что за ерунда здесь происходит? - удивился я, подошел и потянул дверцы шкафа на себя. Я успел услышать характерный звук катящейся металлической банки, затем сильный удар прямо по макушке меня отключил.

Я пришел в себя, лежа на асфальте. Глаза жгло, ничего вокруг себя я не видел. Поднявшись на колени, еще ничего не соображая, я стал оттирать лицо подолом футболки и вдруг услышал голос. Это был тонкий девчачий голос, перепуганный и срывающийся:

-Ой! Ой! Простите пожалуйста, простите, я не нарочно! Я не думала, что вы сюда полезете, я не для вас это сделала, честное слово!

Голос доносился то справа, то слева, то вообще из-за спины, словно перепуганная девчонка бегала вокруг меня, но звука шагов я не слышал.

-Эй, слышишь, ты... - я проковырял кое-как глаза от чего-то вязкого и пахнущего химией, но видел пока лишь плавающие пятна. - дай воды, мне надо промыть глаза.

-Ой... воды... идите сюда, здесь фонтан!

Я пошел вслед за неумолкающей ни на секунду, непрерывно извиняющейся и оправдывающейся девчонкой. По прежнему ничего не различая перед собой, я вытянул правую руку, надеясь, что она поведет меня, но руку никто не взял. Наконец, стукнувшись коленом о каменный бортик, я нашел фонтан и стал промывать глаза теплой, несвежей водой.

Кое-как проморгавшись, я снял футболку, ее единственной оставшейся чистой стороной - спиной - окончательно протер глаза и обернулся.

Передо мною в воздухе зависла девочка лет шестнадцати с виду в коротких шортиках и футболке. У нее были неаккуратно подстриженные светлые волосы до плеч, курносая и веснушчатая мордашка из тех, что называют 'славными' - имея в виду не столько красоту, сколько добрую улыбку, тощие и загорелые руки и ноги и пара нежно-голубых, трепещущих полупрозрачных крылышек за спиной. На мгновение мне показалось, что она находится метрах в десяти от меня - но это было не так, она висела почти перед моим носом, просто росту в ней было не более пятнадцати сантиметров.