Макс Армай - Звезда и жернов

— Скажи, с тобой вчера ничего странного не происходило?..

Рин опешил: вчера он на обеде у герцога столько натворил, мягко говоря, странного, что ещё раз спрашивать его об этом было явно излишним.

— Я… вчера… на обеде у герцога… — заплетающимся от страха языком начал было Рин, но, к величайшему его удивлению, отец лишь отмахнулся.

— Ах, да!.. Обед у герцога… Это мы с тобой обсудим потом… А сейчас — ты подумай… Может быть, вспомнишь что-нибудь необычное… Что-нибудь такое, что случилось ещё до твоего прихода в замок?

У Рина от изумления даже рот открылся, но отец, судя по его виду, отнюдь не склонен был шутить и оставался предельно серьёзен:

— Рин, это, действительно, очень важно!

Несколько мгновений в голове у мальчика царил полный сумбур, но едва только он с ним справился, то сразу понял, о чём, наверное, говорил его отец: о то же самом, что и Адэк, когда указал ему на странное совпадение.

— Кажется, вспомнил, — Рин опасливо покосился на гостя, но, отец никак не отреагировал на этот его взгляд, и потому он продолжил. — В тот день за мной зашёл Адэк: я был нужен в замке, и его прислал господин Ндади, чтобы сообщить об этом. Но когда мы пошли туда, мне вдруг сделалось плохо… Как раз напротив проулка от Замковой улицы к «Пятой кружке», мне стало совсем уж дурно, и я свернул туда… Хотя… — тут Рин невольно сверился со своими тогдашними воспоминаниями и, убедившись, что так, и вправду, будет более правильно, стал рассказывать дальше, — Мне вдруг почему-то нестерпимо захотелось пойти туда… А что было потом, я не помню… Я как будто лишился чувств… Адэк же стал меня искать, но когда нашёл, то со мной всё уже было в порядке. — Рин замолчал и испуганно посмотрел на отца, словно бы то, что он ему сейчас рассказал, было признанием в каком-то ужасном проступке.

— Это всё?.. Или, быть может, что-нибудь случилось, когда ты был ещё здесь, в своей комнате? — отец явно чего-то ещё ждал от него. Но чего? Этого Рин не понимал.

— Рин, постарайсявспомнить! — отец продолжал настаивать, и мальчик снова сосредоточился на вчерашнем дне. Он смотрел в угол, где стоял шкаф, и вдруг что-то, — что-то такое, отчего внутри у него всё, враз, похолодело, — шевельнулось, где-то в самом тёмном закоулке его сознания.

— Может быть… Может, не в тот день, а накануне… В ночь перед этим!.. — Рин словно бы двигался на ощупь и даже и сам не знал, что же скажет в следующий миг. — Мне тогда приснилось, что в шкафу кто-то есть… Вернее даже не приснилось… Я… мне… Это было совсем не так, как, когда я был маленьким… Я это, словно бы видел!.. — на самом деле, так Рину показалось уже только сейчас. Но теперь он почти не сомневался в этом, и от подобного предположенияему стало совсем уж не по себе.

Незнакомый старик и отец быстро переглянулись.

— Продолжай, мальчик! — требовательно попросил старик, и Рин с удивлением обнаружил, что его голос ему знаком. Кто же это? Ну точно! — в то же мгновение с испугом подумал мальчишка. — Это придворный волшебник!

— Но я ничего больше не помню! Совсем ничего! — Рин был совершенно искренен: ему, и вправду, больше нечего было добавить к уже сказанному.

— Ну что? — спросил отец, глядя на Дэдэна.

— Я должен проверить! — твёрдо произнёс тот и, кряхтя, встал с постели. Когда он подошёл к Рину, тот, наконец увидел его лицо и, окончательно убедившись, кто это, испуганно отшатнулся.

— Не бойся, Рин! Он ничего тебе плохого не сделает. — успокоил его отец.

Хоть отец и просил его не бояться, но душа у Рина тут же ушла в пятки: он весь невольно напрягся, а во рту опять пересохло.

— Лучше расслабься! — предупредил волшебник. — Не то, возможно, будет немного больно.

Рин попытался, но у него ничего не получилось. А Дэдэн, тем временем, сложил у него на голове ладони и что-то, едва слышно, но очень быстро забормотал. Неожиданно, ноги у Рина подкосились, перед глазами всё поплыло, и он упал на пол.

— Ну что? — словно сквозь сон услышал он голос отца.

— Ничего! — уверенно ответил Дэдэн. — Совсем ничего!

Рин чуть было не застонал и открыл глаза. Как оказалось, он лежал на своей кровати, головой — на коленях отца.

— Скорее всего, мальчиком воспользовались только для восполнения сил и для перемещения из комнаты к тому дому.

— Кто воспользовался? — испуганно прошептал Рин.

Но Дэдэн лишь недовольно буркнул. — Не знаю…

— И ведь этот Кто-то и сидел в шкафу? Правда? — Рин, рванулся, пытаясь встать, но отец не позволил. И тут его осенила внезапная догадка. — Да ведь и шкаф, наверняка, не просто так развалился?

— Шкаф… — Дэдэну явно не хотелось объяснять что-либо Рину, да только скрывать это от него и дальше, видимо, не было больше никакого смысла — то, что шкаф имеет самое непосредственное отношение ко всей этой истории, было очевидным. — Шкаф, как я уже и сказал твоему отцу, был сделан из дерева, обладавшего, в своё время, очень большой магической силой… Кстати, — тут он вновь обратился к отцу. — Вэйс, позволь мне, всё-таки, с тобой не согласиться, что попал он к тебе совершенно случайно: такие вещи могут, отчасти, и сами выбирать, где им следует оказаться… Н-да… Ну, да ладно…Именно это обстоятельство и позволило кому-то воспользоваться этим шкафом, как некоей дверью сюда… Откуда — я, разумеется, при всём своём желании, определить не могу, — тут Дэдэн на мгновение задумался, а затем продолжил. — Однако теперь я совершенно уверен, что шкаф этот, когда-то давно, и, конечно, не здесь, именно для этого и использовали.

— В качестве… э-э… далеко… дальнопереноса? — не удержался отец.

— Чего? — не понял волшебник. — В качестве магической двери, связывающей два каких-то места в этом мире!

— Так зачем же вы его тогда сломали?! — возмущённо вскричал Рин и вновь попытался покинуть колени родителя.

Отец чуть улыбнулся и без особых усилий пресёк эту попытку. — Всё дело в том, Рин, — сказал он, ласково потрепав его по голове, — что в наших краях им мог бы воспользоваться лишь чародей великой мощи, что, видимо, и произошло, а для всех остальных — он совершенно бесполезен, если не сказать, опасен. Мало ли кто ещё может оттуда появиться… и с какими намерениями… Вот потому-то, мы его не только сломали, но и сожгли в камине… Я думаю, что тебе бы очень понравилось наблюдать за тем, как это происходило. — усмехнулся он.

— А как? — полюбопытствовал Рин.

— Кх! Кх! — громко и явно нарочито закашлял волшебник.

— Об этом я тебе как-нибудь потом расскажу… А сейчас, слушай меня очень внимательно! — отец сразу вновь стал серьёзным, а в его глазах опять появился беспокойный блеск. — Ты парень уже взрослый и должен понимать, что иногда надо держать язык за зубами. Обо всём, что ты здесь услышал и ещё услышишь, ты должен дать мне слово молчать! Всегда и со всеми! Без исключения! Даже с мамой и Ликом, не говоря уже об Аше. Ты понял?