Роберт Джордан - Башни полуночи

Галад кивнул. Резонное замечание.

– Но план хороший, – продолжил Тром и понизил голос. – Должен сказать, Дамодред, я боялся, что ты откажешься от руководства.

– Я не мог. Бросить Детей в такой момент, убив их предводителя, было бы неправильно.

Тром улыбнулся.

– Для тебя все очевидно, не так ли?

– Это должно быть очевидно всем, – Галаду пришлось занять предложенный пост. Выбора у него не было. – Грядет Последняя Битва, и Дети Света пойдут в бой. Мы будем сражаться, даже если придется вступить в союз с самим Возрождённым Драконом.

Некоторое время назад Галад не был уверен насчет ал’Тора. Безусловно, Дракону Возрождённому придется сражаться в Последней Битве. Но был ли ал’Тор этим человеком, или он был лишь марионеткой Белой Башни, а вовсе не истинным Возрождённым Драконом? Небо стало слишком тёмным, а земля действительно умирала. Ал’Тор должен быть Возрождённым Драконом, но это не значило, что он не марионетка Айз Седай.

Вскоре они вышли из рощи сухих серых деревьев и добрались до более нормальных. На них все равно были пожухлые листья и чересчур много омертвелых ветвей, но это было лучше пуха.

Спустя примерно час Галад заметил вернувшегося Чадо Барлетта. Разведчик был худым, со шрамом на щеке. Галад поднял руку в приветствии:

– Ну, что скажешь?

Барлетт отдал честь, прижав руку к груди.

– Болото заканчивается, и через милю лес редеет, милорд Капитан-Командор. Поле за лесом открытое и пустое. Путь на север чист.

«Благодарение Свету!» – подумал Галад. Он кивнул Барлетту, и тот поспешил обратно через лес.

Галад оглянулся на колонну солдат. Они были перемазаны, взмылены и устали, но внушали почтение своим видом – доспехи в порядке, лица решительны. Они последовали с ним в это проклятое болото. Они были отличными ребятами.

– Передайте весть другим Лордам-Капитанам, Тром, – приказал Галад. – Пусть они расскажут своим легионам. Через час мы все выберемся отсюда.

Старший товарищ улыбнулся, чувствуя не меньшее, чем Галад, облегчение. Сжав зубы и превозмогая боль в ноге, Галад пошел дальше. Рана была хорошо перебинтована, так что опасность ухудшения была невелика. Болело сильно, но с болью можно жить.

Они наконец-то выбрались из этой лужи! Следующий маршрут нужно будет выбирать тщательнее, чтобы держаться подальше от любых городов, крупных трактов и поместий влиятельных лордов. Он вновь припомнил карты, которые вызубрил ещё в девять лет.

Он был поглощен этим, когда желтый навес листвы над головой стал редеть, и между веток полился свет скрытого за облаками солнца. Вскоре он заметил поджидавшего на краю леса Барлетта. Лес кончился внезапно, почти так же точно, как линия, проведенная на карте.

Галад вздохнул с облегчением, радуясь мысли, что скоро вновь окажется в открытом поле. Он вышел из-под деревьев. И только тогда справа на холме стала появляться огромная армия.

Под лязг доспехов и ржание лошадей на вершине холма выстроились тысячи солдат. Некоторые были Детьми Света в кольчугах с нагрудниками и начищенных до блеска островерхих шлемах. Сияли незапятнанные табарды и плащи, на груди каждого сверкал знак солнечной вспышки. Вздымались в небо ряды копий. Но большинство солдат были пешими и в простых кожаных доспехах вместо белых одежд Детей Света. Вероятно, это были предоставленные Шончан амадицийцы. Многие были вооружены луками.

Галад отшатнулся, схватившись за меч. Но он уже понял, что попал в ловушку. Немалое число Детей носили униформу, украшенную знаком Вопрошающих – посохом Десницы Света. По сравнению с простыми Детьми Света, которые были пламенем, призванным выжигать зло, Вопрошающие были бушующим костром.

Галад сделал быстрые подсчеты. От трёх до четырёх тысяч Детей и еще от шести до восьми тысяч пехотинцев, из которых почти половина вооружена луками. Итого, десять тысяч свежих солдат. Его сердце замерло.

Тром, Борнхальд и Байар выскочили из леса следом во главе группы Детей. Тром тихо выругался.

– Значит, – Галад обернулся к разведчику Барлетту, – ты предатель?

– Нет, это ты предатель, Чадо Дамодред, – не моргнув глазом, ответил разведчик.

– Да, – согласился Галад, – думаю, можно считать и так.

Весь этот путь по болотам был предложен его разведчиками. Теперь Галаду стало ясно: это была просто такая тактика, чтобы их задержать, пока их обойдет Асунава. Кроме того, после такого марша его люди вымотались, а войска Асунавы были отдохнувшими и в полной боеготовности.

Скрипнул меч в ножнах.

Галад, не оборачиваясь, вскинул руку.

– Мир, Чадо Байар.

Именно Байар был бы тем, кто схватился бы за оружие – скорее всего, чтобы зарубить Барлетта.

Возможно, что-то еще можно спасти. Галад немедленно принял решение.

– Чадо Байар и Чадо Борнхальд, останьтесь со мной. Тром, ты с остальными Лордами-Капитанами выводи людей строиться в поле.

Большая группа людей из первых шеренг войска Асунавы поскакала вниз по склону холма. Большинство из них было отмечено посохом Вопрошающих. Они могли бы захлопнуть ловушку и быстро покончить с Галадом. Вместо этого они направились на переговоры. Хороший знак.

Превозмогая боль в раненной ноге, Галад сел в седло. Байар с Борнхальдом тоже сели на лошадей и последовали за ним на поле. Из-за плотного ковра пожелтевшей травы стук лошадиных копыт звучал приглушенно. Среди выехавших им навстречу оказался Асунава собственной персоной. У него были густые седые брови, и он был настолько худым, что казался больше похожим на куклу из палочек, на которые была натянута ткань для имитации кожи.

Асунава не улыбался. Он редко когда улыбался.

Галад пришпорил лошадь и выехал навстречу Верховному Инквизитору. Асунаву окружало несколько телохранителей из числа Вопрошающих, но его также сопровождали пять Лордов-Капитанов. За свою короткую службу у Детей Света Галад с каждым из них познакомился лично: либо встречался с ними, либо служил под их началом.

Асунава наклонился вперед, прищурив запавшие глаза:

– Твои мятежники строятся. Передай им отставить это дело, или мои лучники начнут стрелять.

– Ты же не будешь пренебрегать кодексом ведения боя? – уточнил Галад. – Прикажешь стрелять в людей, пока они готовятся к бою? Где твоя честь?

– Приспешники Тени не заслуживают чести, – рявкнул Асунава. – И не заслуживают никакой жалости.

– Значит, ты обвиняешь нас, что мы Приспешники Тени? – спросил Галад, слегка повернув лошадь. – Все семь тысяч? Обвиняешь всех тех, кто служил под командованием Валды? Тех, кто служил вместе с твоими собственными людьми, вместе ел, был знаком и дрался бок о бок? И, наконец, тех, за кем ты присматривал лично всего два месяца назад?