Галина Курдюмова - Неневеста и договор кровью или Конец света отменяется - 3

Передо мной появились знакомые гномы, и рухнули на колени.

- О, величайшая и могущественнейшая! О, светлейшая и разумнейшая! - они уткнулись лбами в каменную кладку пола.

- Ну.

- Оставьте наш город, найсильнейшая и наймудрейшая!

О, как же быстро изменилось у них мнение обо мне, "экземпляре низшей расы", как они отзывались прежде.

Я лениво шевельнула цепью. Гульберт подскочил ко мне, тряся связкой больших ключей:

- Позвольте снять с вас, величайшая и могущественнейшая, эту мерзость...

Я позволила. Колонна ещё раз подозрительно хрустнула и гномы громко сглотнули слюну.

- Не хотели бы вы, светлейшая и разумнейшая, покинуть нашу территорию, - опасливо покосился на меня Стрейбер.

- Не-а, - покачала я головой, и оперлась на потрескивающую колонну.

- Но ведь вы уже всё, что могли, здесь уже раз... раз... рассмотрели, о, величайшая и могущественнейшая, - взвыл Гульберт.

- Не всё, - пожала плечами я.

В зал постепенно набивалось всё больше и больше оставшихся невредимыми гномов. Они опасливо жались к стенам, дети хныкали, все напряженно ждали развязки.

- Да, экскурсия была очень насыщенной и познавательной, - продолжила я, - спасибо за приглашение, вы очень приветливый и приятный народец. Но я ещё не всё осмотрела.

Гномы хором взвыли.

- Что же ещё не разру... раз... осмотрела светлейшая и разумнейшая? - скромно поинтересовался Гульберт.

- А я ещё не видела вашу сокровищницу.

Вой усилился.

- Ах, да, да, мудрейшая. Только наша сокровищница столь малого размера, что вы, прекраснейшая, со своими незабываемыми формами не... не... не вместитесь там.

- Ну да? - я двинула плечом и колонна за мной затрещала громче.

- Но мы можем всё-всё-всё вынести сюда, най... най... наймудрейшая... - поспешно выдохнул Стрейбер.

- Да-да, конечно, - кивнула я, щурясь в неярком светлячковом свете, и выжидательно сложила руки на груди.

Что тут началось! Гномы совершенно добровольно несли к моим ногам золотые и серебряные слитки, монеты разных времён и народов, сверкающие и переливающиеся драгоценные камни...

Я собирала подношения в мешки, которые легко умещались в моей ладони, и привязывала их к поясу, пока не почувствовала, что становится тяжеловато. Ладно, достаточно.

- Хватит, - махнула я рукой, и гномы облегченно вздохнули, похоже, их припасы, действительно, подходят к концу. - Так я пошла? Где тут у нас выход?

Гномы услужливо расступились, кланяясь мне до земли и указывая руками на один из боковых туннелей.

- Ага. Ну, пока-пока, может, ещё когда зайду, - я оттолкнулась от колонны, она зашаталась за моей спиной, гномы завопили, а я ринулась к выходу. Грохот сзади свидетельствовал о том, что для малого народца не всё ещё закончилось, но этого я уже не видела. Пробежав по подземному туннелю пару километров, я, наконец, выскочила на земную поверхность, на солнышко, которое светило так ярко и радостно, что пришлось зажмуриться. Внизу что-то ещё гулко ухало, и земля содрогалась отголосками землетрясения. Точнее, подземлетрясения. Но я здесь не при чём. И вообще, они первые начали. Или я? - попыталась вспомнить.

Ну и пусть я. Зато теперь у меня достаточно средств, чтобы спасать этот прекрасный мир. Душа радостно запела, а в груди что-то зашевелилось. Я выудила из пазухи голубокрылого дракончика. Бедненький, как он пережил эту сумасшедшую гонку? Я посадила Кощеика на ладонь, он тут же плюхнулся на зад и уставился на меня ошарашенным взглядом. Похоже, у него до сих пор звёздочки в голове кружатся. Бедолага.

- Чего ты, Бессмертный? А знаешь, я тоже не по бульвару гуляла, средства нам добывала на проживание, - я выразительно похлопала по приятно звякающим мешочкам на поясе.

Кащей тяжело вздохнул и отвернулся. А я громко зевнула и улеглась на траву. Вот подремлю немножко...

И кто ж это так противно храпит? Я открыла глаза. Храп прекратился. Это что, я была?

Так, и где это наш Кощей? Дракончик порхал на своих стрекозиных крыльях рядышком и укоризненно смотрел на меня.

- Ты меня осуждаешь? - удивилась я.

Дракон кивнул.

- Но ты ведь понимаешь, какое у нас ответственное задание? Без еды и без денег мы не сможем...

Стоп! До меня вдруг дошло, что Кощея, возможно, и не посвятили во все тонкости дела. Он и понятия не имеет, что происходит, куда мы идём и какова наша цель. Так надо ж его просветить!

- Кощей, ты хоть знаешь, куда мы идём?

Дракончик отрицательно помахал головой, печально буравя меня бусинками-глазками.

- Так давай я расскажу!

Я уселась прямо на траву, Бессмертный умостился передо мной на моё же колено, и я приготовилась рассказывать. Даже рот уже открыла... Только в голове почему-то замелькали мысли о покинутых ревущих детях, голодном младенце, побитом муже... Но ведь это не мои мысли!

Что, скажите на милость, происходит? Только я так ничего сказать и не успела. Чужие мысли всё настойчивее заполняли мою голову, лезли из ушей, ковырялись в глазах. Мне стало неуютно и холодно, тело содрогнулось в коротком припадке, сгустились краски, и всё вокруг померкло, словно растворилось в болотной вязкой жиже. Исчезли одним махом звуки и запахи, осаждающие меня до сих пор с остервенением диких псов. Исчезли чувства и ощущения. Исчезло всё, что сопровождало меня в этом странном мире.

Короткий черный туннель - и я понимаю, что покидаю тело болотной огрицы навсегда.

Глава 5. Питонша

Солнечный луч нагло ударил мне прямо в глаз, и я недовольно переместилась снова в тень, в её нежную заботливую прохладу.

Хорошо! Я потянулась и почувствовала, какая я длинная... Открыла всё-таки глаз, обвела себя взглядом вдоль всего тела до самого кончика хвоста... Да, я, и правда, длинная, метров... двенадцать. А может быть, даже все пятнадцать. И очень красивая. Блестящая, черная с жёлтым чешуя, со спинки поярче, а с пузика совсем нежная. Как я себе нравлюсь... А ещё я сытая. Несколько дней назад я проглотила неосторожную косулю и до сих её переваривала. Поэтому уже несколько дней вишу здесь, на этом удобном дереве, в полной истоме, нежась в тепле и уюте. Хорошо!

Мне захотелось почесать своё сытое пузико, и тут я обнаружила, что нечем. Рук нет, ног нет. Ах, да, у меня их и не должно быть, я ж питонша. Вот именно, питонша. Это имя меня возвеличивает, по аналогии со словами "атаманша", "генеральша". Да, я такая. Но как же почухать животик?

Я свесилась через ветку пополам и растерянно поглядела на себя. Хвостом, что ли? Подтянула его, ощутив приятное перекатывание мощных мышц под кожей. А что это у меня такое на хвосте?

На самом кончике блестели два серебряных кольца. Ах, да, я же Не...не...не...неневе...