Skylin - Шелест тайн

Потрепав гриву Снежка, я отправилась в дом. Одевшись по-дорожному и проверив, как выходит меч из наспинных ножен, позвала эльфенка и снова вышла на крыльцо.

— Удачи, девочка. Она тебе понадобится, — сказал незаметно подошедший со спины Дарий.

— Обойдусь без неё: я привыкла полагаться только на свои силы. Пусть удача сопутствует неуверенным в себе людям. Я всё могу сделать сама, — несколько самоуверенно проговорила я, нагло улыбнувшись.

— Не зарекайся, — усмехнулся Дарий.

— АЛАИН! Ты там что, застрял? — громко крикнула я. Стоящий рядом травник, даже чуть отшатнулся от моего вопля.

— Я уже готов! — звонко ответил мне выбежавший эльфенок.

— Ладно. Дарий, прощаться не буду: скажу до свидания, — повернувшись в сторону травника, проговорила я.

— Ну, до встречи Руфина. И ты прощай Алаин, — важно пожал тот ладошку малолетнего эльфа.

Клятвенно заверив травника, что будем очень внимательны и не вляпаемся в неприятности (в последнее верилось с трудом даже мне), мы направились в сторону нетерпеливо пританцовывающего коня. Не то чтобы я научилась конной езде, но вывалиться из седла в самый неподходящий момент опасность миновала.

«Что ж, у меня будет достаточно времени для практики» — удрученно подумала я, представив несколько дней пути верхом.

Заскочив на Снежка, протянула руку Алаину, помогая забраться в седло. Посадив мальчишку впереди себя, в последний раз оглянулась на ставший за все это время почти родным домик. Распрощавшись с Дарием, я постаралась выкинуть из головы, невесть как забравшиеся пессимистические мысли и направила коня в сторону виднеющейся тропинки.

Я планировала преодолеть предстоящий путь где-то за неделю или чуть больше. Дарий успел подробно описать известную ему часть, на протяжении которой нам предстояло двигаться лесом и лишь ближе к концу встретить пару деревенек. Понимая возможную опасность, я очень не хотела их посещать, но Аль не был способен выдержать без остановок столь долгое путешествие, да и я признаться, ещё не так уверенно чувствовала себя в седле. Решив останавливаться на ночевки в лесу, я была вынуждена признать, что заехать в деревню нам все-таки придется, хотя бы для того, чтобы пополнить запасы.

Серый собрался сопровождать нас и теперь быстро трусил рядом с конём. При крайней необходимости он мог поймать нам парочку зайцев, так что смерть от голода откладывалась на неопределенный срок.

«В лесу тоже не потеряемся» — весело подумала я.

Деревья, если их попросить всегда укажут нужное направление, да и эльфенок поможет.

«С такой компанией хоть в разведку идти!» — мысленно хихикнула.

К ночи мы уже успели проехать довольно много и решили остановиться в небольшой прогалинке недалеко от речки. С непривычки от долгой езды ныла спина, и болели ноги. С трудом спешившись мы начали раскладывать вещи. Когда Алаин помог мне расседлать и почистить коня, я отправилась собирать ветки для костра. Перед тем как уйти мысленно попросила Серого присмотреть за мальчишкой.

Тяжело передвигая ногами и собирая подходящие веточки, я вышла к речке. Зачарованно замерла: наконец я смогла понять, почему её прозвали Серебряной. Спокойное неширокое русло тускло поблескивало, в свете вышедшей из-за облаков луны. Подойдя поближе, я заметила в водной глади множество мерцающих точек, плавно покачивающихся от слабого течения.

— Сайгон, магический светлячок, — тихо шепнули губы.

Именно эти существа создавали подобный эффект. Сайгон появились несколько сотен лет назад в результате эксперимента одного мага. Днем их было невозможно заметить, так как показывались они только ночью, да и то в лунном свете. Ещё немного полюбовавшись этим чудом природы, а точнее магии, я поспешила вернуться к месту нашей стоянки.

Меня встретил возмущенный долгим отсутствие эльфенок. Запалив с помощью магии костер и наскоро поужинав, мы улеглись, но сон не шел. Я лежала и смотрела на ночное небо. Почему-то так и не смогла привыкнуть к чужим звездам. Другой, наверное, и не обратил бы внимания, но я каждый раз не переставала восхищаться, усыпанным мириадами звезд небосклоном. Их, кстати, было гораздо больше, чем в моем мире.

Заметив, что Алаину тоже не спится, я тихо спросила, повернув голову в его сторону:

— Аль, ты скучаешь по дому?

— Скучаю, — так же тихо ответил мальчик. — По папе скучаю. Он, наверное, сейчас беспокоится обо мне, переживает.

— Конечно, переживает! — фыркнула я. — А по маме не скучаешь?

— Она… умерла два года назад, — почти беззвучно ответил эльфенок.

— Прости, — сказала я, проклиная собственную глупость. — тебе, наверное, тяжело вспоминать о ней.

— Я редко видел её. Помню, она была очень красивой. Она была воительницей: отслеживала забежавшую к нам нежить. Они с папой часто ругались. А потом… в одной из вылазок её убили, — грустно рассказал Аль.

— Твой отец тяжело пережил кончину матери?

— Внешне он никак не изменился. Все говорили, что он бесчувственный и, даже, что это он подстроил её смерть. Неужели они думали, что я ничего не замечаю?! — почти кричал мальчик. — Я видел, как ему было плохо! Видел, как он страдал! Папа стал ещё больше пропадать на работе и редко видеться со мной.

Я присела рядом с Алаином. Прижала к себе и начала перебирать волосы. Дернувшийся было мальчишка, вцепился в мою рубашку тихо и жутко плача. Он не понимал, почему горячо любимый им отец, стал меньше обращать на него внимание.

«Бедный ты мой, — думала я, нежно прижимая к себе ребенка. — Поплачь, легче станет».

Его отцу, тяжело пережившему смерть жены, было, скорее всего, трудно видеть сына, так напоминавшего о погибшей возлюбленной. Он с головой ушёл в работу, желая забыть о произошедшем и совсем не замечал страданий ребенка.

«Или не хотел замечать» — мелькнула мысль.

Остро переживавший невнимание отца, Алаин был предоставлен большую часть времени самому себе, становясь угрюмым и замкнутым.

Серый тоже почувствовал горе ребенка и, подойдя к нам, уткнулся мордой тому в плечо. Алаин, слегка оторвавшись от меня, улыбнулся сквозь слезы, когда волк лизнул его в щеку, по-собачьи вильнув хвостом. Чмокнув эльфенка в макушку, сказала:

— Подожди. Вот увидишь, все наладится. Твоему папе нелегко сейчас, постарайся понять его.

— Я понимаю, — грустно ответил Аль.

— Спи, давай, чудо ты моё, — и перебралась к себе на лежанку.

Я послала мальчишке успокаивающую эмпатическую волну, что бы он скорее уснул. Ещё раз проверив, поставленный ранее обережный круг, мысленно попросила волка следить за лесом. Аль, обессиленный от пережитого волнения, быстро заснул, а я ещё долго наблюдала за подпирающими небо деревьями.