Олена Шалена - Кровь с молоком

С большинством содержанных у нее установились теплые приятельские отношения. Зорна права, что несмотря на то, что эти люди были способны на страшные преступления, вкусно покушать любили все, да и поболтать многие не против. Самые неконтактные оставались "аристократы", хотя эльфа тоже нужно причислить к их списку. Никто не знал, каково его происхождение, зато вел он себя, словно король в изгнании (а кашу ел только при потушенных факелах). Но Милка не обижалась. Ее вполне устраивала роль — поварешки: пришла-положила-ушла. И все.

Только вот однажды, один из ее милых собеседников очень погрустнел. Бас, так звали дружелюбного великана, даже поздоровался как-то не так. Милка поджала губы, но потом таки спросила:

— Бас, что случилось?

— У меня матушка заболела, — ответил он невесело. — Боюсь, как бы не померла…

— Как же так? — прониклась девушка. — И что? Ничего сделать нельзя?

— Не знаю… я тут, а она там, на воле! И брату никто не сможет ничего передать, — он даже всхлипнул.

— Ну как это никто! Я смогу! Ты только скажи, что передать и я мигом! Все равно вечером свободна.

— Правда? — просиял Бас.

— Конечно!

— Тогда до ужина напишу записку, — сказал он.

— Вот и договорились! — улыбнулась Милка и пошла дальше.

Одно странно, что обычно говорливый дроу из соседней камеры, посмотрел как-то странно и покачал головой, принимая плошку.

Неужели у всех сегодня плохое нестроение?

Милка никогда раньше не ходила по ночной Каменной и оказалось, что очень многое в жизни невольно упустила. Девушка не думала, что ночью может быть так же светло как днем, а тем более, что на свете существует столько странных личностей. Казалось, днем она была в одном городе, а вечером оказалась в совершенно другом!

Повезло, что указанная таверна "Рыба-Меч" находилась в районе, который она хорошо знала, иначе бы остался Бас без вестей о матушке. Зайдя в таверну, девушка осмотрелась и не найдя больших отличий от пивной на постоялом дворе возле родных Боржичей, села за свободный стол, подальше от веселящейся кампании.

Когда она раздавала ужин, Бас сказал, что его брат похожего телосложения и у него на лице есть шрам, а еще он завсегдай именно этого заведения. Ну что ж, осталось только найти похожего человека и спросить не он ли Беланд. Если так, то отдать ему записку и бежать обратно. Никого похожего пока в округе не появилось, зато подошел хозяин и спросил, что она будет заказывать. Девушка робко попросила пива и дала медяк. Хозяин усмехнулся, но ушел выполнять заказ. Уже через пару минут перед ней стояла высокая кружка с густой пивной шапочкой. Она не удержалась и тихонько подула на белые пузырьки, отчего в них образовалась брешь, забава понравилась. Но тут она заметила человека, который заставил ее сердце уйти в пятки — вот он, настоящее живое воплощение Тьмабога — огромный мужчина с изуродованным лицом. Именно тот работорговец, напарник Рукима и Гама! То чудовище, из-за которого умер их с Биртом ребенок.

Милке стало по-настоящему страшно. Только бы он ее не заметил, только бы… но тут взгляд страшных глаз устремился прямо на нее. На миг показалось, что она стала такой же твердой, как и стена, окружавшая Холодный Колодец, и будь он военным тараном, она бы все равно не сдвинулась бы не на пальчик, хотя внутренний голос вовсю приказывал ей бежать.

Наконец, мужчина приблизился и опустил грозные кулаки на ее стол.

— Ты мне кажешься знакомой, — без приветствия начал он.

— Я от Баса, — только и смогла выдавить девушка, но в горле уже пересохло — только бы он ее не убил! Только бы не убил! Тем временем шрам здоровяка странно поморщился, а в глазах появилось новое непонятное выражение, как тут прозвучал громкий приказ:

— Все на пол! Армия Его Величества!

Отовсюду послышались испуганные возгласы и звон посуды, а лицо напротив перекроила ярость:

— Ах ты маленькая сучка! — заорал монстр и потянул руки к Милке.

От страха девушка отклонилась и… потеряла сознание.

Резкий холод и… Милка отрыла глаза и не увидела ничего, кроме темноты и пузырьков воздуха, а лицо невыносимо жгла ледяная вода. Она попыталась сделать вдох, но легкие тут же наполнила холодная жидкость. Крик заполнил ею и глотку. Она тонула, а вынырнуть не удавалось! Причем руки и ноги находились в относительном тепле, но были связаны.

Тут ее подняли и чуть откинули назад. По лицу и волосам текли холодные струйки, а она отплевывалась и в ужасе моргала, пытаясь хоть что-то разглядеть. Темная незнакомая комната, она крепко связана по рукам и ногам, а перед ней большая бадья с ледяной водой. И ее только что туда макали головой, поняла Милка. Она завертелась, пытаясь осмотреться, но тут уставилась на незнакомого мужчину, что сидел рядом с ней на корточках. Короткие черные волосы, серьезное мужественное лицо, и не смотря на позу, в нем скрывалась огромная сила и мощь, а от взгляда кожу неприятно зудило.

— Ну что, красотка, проснулась? — спросил он холодно.

— Вввы-ы ккктто? Ггггде я-аа?

— Неправильный вопрос, — сказал он и снова крепко обхватил ее затылок и с силой сунул голову в воду. Второй раз отхекивалась она еще яростнее.

— Зачем вы это делаете?! — крикнула она, через миг услышала собственное эхо.

— Хочу знать правду, — ответил он бесстрастно. — Ладно. У меня времени мало. Зачем ты встречалась с Беландом Крюком?

— Я не… — и ее голова опять оказалась в воде. Сейчас даже на дольше, чем в предыдущие. Ей казалось, вот-вот захлебнется, но стоило расслабиться, как ее тут же вытаскивали.

— Хорошо плаваешь? — вдруг спросил он. — Хотя ладно, не об этом сейчас. Итак, я слушаю.

— Я-а рработаю в Холодном Колодце, — начала Милка, дрожащим голосом. — Тттам есть заключенный, Бба-ас. Он просил передать записку своему брату Бебеббеланду, потому я пппошла в "Рыббба-Меч".

— Что было в записке?

— У них ббольная матушка, — Мила почти совладала с крупной дрожью, вызванной неласковым пробуждением. — А записку я не читала.

— Больная, говоришь? — ярость исказила итак не слишком дружелюбное лицо и ее голова снова оказалась в бадье, только вот на этот раз она и правду поверила, что умрет, но тут ее снова вытащили назад: — Правду говори! На кого работаешь?

— Дяденька, я правду говорю! Клянусь Лунной Богиней, покровительницей рода женского! Нет! Не надбрбль… — она опять оказалась подводой, а когда вынырнула, злое лицо оказалось совсем рядом.

— ПРАВДУ! Ты же понимаешь, что я тебя тут сгною, паршивка! Хотел помягче, да теперь на куски пойдешь!

Тут она поняла, что знает его. Слышала голос, когда первый раз попала в Холодный Колодец. А значит это… О Великая Богиня! Вот влипла так влипла! Глава службы безопасности Его Величества Сэтвок Шанар!