Оля Виноградова - Легкой поступью безумия

- В твоем представлении я такой дурак, чтобы лгать сотрудникам отдела особых поручений? Хорошего же ты обо мне мнения! - воспитанник Клеймора крепче схватил меня за локоть, придвинулся ближе и зашипел в ухо: - Ты идиотка? Мы на самом деле не виделись все лето, кроме нескольких раз, но… Сознаюсь, я немного переврал обстоятельства. Софии приглянулся будущий маркиз Виттельбергский, и она попросила меня свести его с ней, что я и сделал. Готов побиться об заклад, у баронессы были на паренька гораздо большие планы, чем простая интрижка! Это все, что мне известно, - друг разозлился в ответ на мое предположение. Он ненавидел, когда его слова ставили под сомнение. Да еще так демонстративно. Маленький болезненный пунктик среди множества других в непростом характере племянника графа. Иногда Франц меня раздражает своей завышенной самооценкой. Вот, как сейчас, например.

- Раз ты ничего не знаешь, то тогда нам тем более необходимо наведаться в Клуб. Возможно мы найдем там зацепки или, чем Бог не шутит, отыщем убийцу девушек, - второй пункт своих намерений я оставила при себе.

Отпрыск маркиза Виттельбергского… Надо будет поговорить с ним. Для начала неплохо быть представленной ему. Ближайший случай - королевский ежегодный бал, открывающий светский сезон в столице. Он состоится в конце следующей недели. Я уже получила и приняла приглашение. Не собираюсь портить праздник трагической случайностью… Черной траурной ленточки на рукаве вполне достаточно для выражения уважения к погибшим. Люди постоянно рождаются и умирают… обычный процесс.

- Алесса, мне не нравится твоя затея с Клубом, - ворвался в размышления голос друга. - Вернее, мы можем туда сходить, но расспрашивать… Нас выдворят оттуда и лишат членства. Ты этого хочешь? Даже если владельцы Клуба или кто-то из персонала причастны к убийству, во что я не верю, то никто об этом нам не расскажет. Пинка под зад дадут, да еще какого, если железом в спину не ткнут! Окончить свои дни в подворотне - это все, о чем я мечтаю на двадцать первом году жизни! Как романтично! - прорычал парень и всплеснул руками. Несколько прохожих на улице обернулись на его выразительную и громкую реплику.

- Не кричи! - осадила я друга. В чем-то он прав, но служащие Клуба не посмеют связаться с лереей и лером. Не посвященные не знают, что накладывать печати и рассчитывать вектора воздействия рэ трудоемкое и затратное по времени дело. Вдобавок, хозяева Клуба не подозревают о моей неуравновешенности. Пусть попробуют продемонстрировать свою силу - мне есть чем ответить! - Не хочешь - не ходи. Я отправлюсь одна. Сегодня же.

- Где твоя голова, Алесса?! - Франц сделал шаг вперед, встал впереди и сдавил мои плечи стальными пальцами. - Ты не о том думаешь! Забудь про подруг. Чтобы мы не сделали, их не вернешь. София и Элария мертвы. Похорони их и успокойся. Ты должна заботить о себе и чуточку обо мне, - парень улыбнулся.

- Ты совсем ничего понимаешь или только делаешь вид? - прошипела я. - Меня не волнуют эти тупые мертвые стервы! Они виноваты сами! Вспомни, что сказал ректор… Следующие… Я не хочу быть следующей! Откуда нам знать причины убийства? Вдруг это последовательная охота за всеми членами Клуба! Опомнись, Франц! Мы должны нанести предупреждающий удар!

- Так вот почему ты так одержима этим случаем… А я-то думал в тебе совесть проснулась и сострадание… Прости меня великодушно, ошибся! - друг явно развлекался за мой счет: состороил покаянную мину. Я не сильно ударила Франца по руке, призывая прекратить неуместный балаган. Какая совесть? Какое сострадание? Мы не первый год знакомы! Друг посмотрел вдаль за мое плечо и вздохнул. - За нами следят, Алесса, - воспитанник Клеймора напрягся. Его фигура стала похожа на хищника готового к прыжку.

- Они не имеют права без разрешения Малого Суда. Это нарушение закона. Вторжение в частную жизнь без всяких на то оснований! - я удерживала в себе желание обернуться. Найти глазами человека в штатском и высказать ему претензии, а лучше разбить ему тростью колени.

- Предполагаю, для отдела особых поручений бумаги за подписью судьи - формальность, - отрезал Франц. Он отпустил меня и продолжил движение в сторону университета.

Что же делать? Как незаметно сбежать из-под присмотра ищеек? Менять свои планы я не собиралась. Не в моих правилах сдаваться при наличии небольшого препятствия… Будет чем занять голову на лекциях. Их сегодня три и дополнительная общая физическая подготовка. К концу дня я буду не в лучшей форме для гонки по подворотням. Скажется долгое отсутствие тренировок и приобретенная за лето ленность. Решение должно быть другое. Тонкое. Изящное. В духе аристократки…

Многие учащиеся запомнили мое вчерашнее состояние, поэтому сегодня они с удивлением, и не пониманием разглядывали одетый на мне черный брючный костюм и шляпку с вуалеткой. Знак траура. Изредка во взоре студентов мелькало более осознание происходящего: ребята тоже прочитали утренний выпуск "Вестника Синая". О показной дружбе нашей четверки знали многие, кто-то каждый год пытался присоединиться, но мы неизменно отвечали отказом. Слишком много требуется времени, чтобы понять замыслы постороннего человека. Проверить его.

На лицах большинства кандидатов в друзья читалось откровенное желание использовать нас для достижения собственных целей. И не факт, что они совпадали бы с нашими. Кому-то требовались влиятельные знакомые, чтобы упрочить положение в обществе. Девушки часто пытались завлечь прелестями Франца, а юноши… Я выгодная партия для мужской половины высшего общества, ведь по закону мой муж также будет носить титул герцога.

Франц по-обыкновению сел за первый ряд столов в учебной зале, не спрашивая меня. Немного поколебавшись, я отвергла малодушную мысль об укромном уголке в середине зала или, хуже того, на последнем ряде парт. Не позволительная для меня роскошь показывать свою озабоченность.

Теория управления рэ бесконечно скучная вещь. Непонятно, сама по себе или благодаря профессору - обладателю множества ученых степеней Эндрю Галесски. Он не принадлежал к аристократии и не стремился. Никогда не был женат и не имел детей. Всю свою жизнь этот человек посвятил изучению энергии, дающей развитие нашему миру. Осведомленность о быте преподавателя происходила от его тесного знакомства с моим отцом. Галесски часто посещал наше домовладение, где запершись в кабинете с родителем, что-то обсуждал с ним. Порой на повышенных тонах.

- Герцогиня, - профессор остановил свой выцветший взгляд на мне, - прошу вас выйти на кафедру, - я изумилась. Что происходит? Заметив мое замешательство, Галесски счел нужным пояснить неожиданное требование. - На прошлой лекции я предупреждал, что повторять материал вы будете самостоятельно. Каждое занятие любой из вас может занять мое место перед аудиторией. Смею надеяться благодарной и отзывчивой, - мужчина открыто улыбнулся. Он верил во все лучшее в людях. Его наивность не вызывала ничего кроме жалости. - Вашей задачей на сегодня, герцогиня, будет коротко рассказать о способах управления рэ. Уверен, вы, Алесса, знаете материал на отлично, но если что-либо подзабудете, в любой момент обращайтесь за помощью, - преподаватель занял место за столом, сложил на груди руки и приготовился слушать. Как он посмел?! Разве в зале нет других кандидатов на должность клоуна? Та же Арлетта. Ей не привыкать развлекать толпу. В университете нам прививают не только знание, но и привычку жить по правилам. Негодование… Чтож, говорить буду достаточно громко. Все услышат.