Руслан Тихонов - Убить бога

— Ну что же. Дело сделано. Люси, верно? — оборачиваюсь к девушке.

— Да, верно. Вы так здорово и быстро с ними справились. А вы из какой гильдии? А у вас проблем с Хвостом Феи не будет? Этот урод из них.

— Хвост Феи? Да никакой он не Саламандр из Хвоста Феи. Я знаю эту татуировку. Она принадлежит гильдии Нос Титана. — а кошак наблюдательный, когда нужно. Что еще он скажет? — И я догадываюсь, кто это такой. Несколько лет назад в магическом вестнике писали о волшебнике из этой гильдии, уличенном в запрещенной магии очарования типа «шарм» и воровстве. Тогда он сбежал перед самым приходом стражи. Похоже, это он и есть!

— С ним понятно. А вы кто такие? — и снова улыбочка. А Хэппи аж передернулся, с чего бы это?!

— Мы — волшебники из Хвоста Феи! Я — Хэппи! А это, — кот показал на увлеченного напарника, — Нацу! Он огненный Убийца Драконов. Только его укачивает. — у котейки аж уши опустились от огорчения.

— Вы тоже из Хвоста Феи? — с моего скепсиса можно осадок соскребать. А улыбка так и украшает лицо. И Люси, вон, смотрит на них с недоверием. Даже ключи в руки взяла. Может и выйдет из нее толк.

— Вы не верите? Смотрите, — и говорящее животное показывает нам зеленый знак на спине. Магическая метка. Имеет опознавание «свой-чужой» и еще какой-то якорь. Непонятно только для чего. Видимо для какой-то внешней магической структуры. Ясно. Ну и стандарт — несмываемость и привязка к ауре. Даже если кожа или другой покров будут повреждены, метка останется целой и невредимой, так как является больше заклинанием, чем физическим украшением. — И у Нацу есть — вот! — он снял с розовласого плащ и указал на правое плечо мага, где была такая же метка, только красная.

— Похоже на правду. Что скажешь, Люси?

— Ага. А что нам теперь с ними делать?

— Да все просто. Сейчас вернем корабль к пристани и отконвоируем этих засранцев к магистрату. А ты пока присмотри, пожалуйста, за девушками.

— Хорошо, Феб.

Ну и отлично. Я сосредоточился и направил потоки воздуха на обволакивание корпуса судна. Двигатель уже давно заглох, еще во время разборок с этими разбойниками, так что не мешался. Далее оставалось только сформировать плотный поток, тянущий нас к причалу. Все это время Нацу с дружком провели у борта, а блондинка — с жертвами вырубленного «обаяшки».

По прибытии к причалу я так же с помощью воздушных техник выгрузил тела и распределил на две неравные группы — девушек для освобождения и пиратов — для стражи. Впрочем от первой ноши удалось избавиться сразу — запах одного зверька из лесов Беллама способен творить чудеса. Я всего лишь воспроизвел его по памяти и преобразовал воздух вокруг носов спящих. Те почти сразу подскочили и скривились. Ну-ну. Может мне им еще кроватки предоставить и сиделок нанять? Ничего с ними не случилось, так что пусть топают по домам. О чем я им и заявил в более вежливой форме. Нда. И никакой благодарности! Для Люси это похоже в новинку. Пусть привыкает — люди — практически все сплошь неблагодарные и эгоистичные животные, которые от зверей отличаются только большей хитростью и подлостью, которые скрывают за масками морали и законов. Но вслух я этого не скажу — каждый должен учиться на своих ошибках — так выходит нагляднее.

А вот Нацу чуть ли не землю стал целовать при сходе на берег. Хэппи все крутился возле него со своими комментариями. Не всегда в тему. Когда он пришел в себя удалось его убедить помочь нам проводить будущих заключенных до стражей. Эта парочка, похоже, даже и не поняла, что от них требуется. Нацу просто был счастлив, что его не укачивает и готов был идти куда угодно, а его напарник затеял разговор с Люси. До магистрата добрались без происшествий, хотя немногочисленные ночные прохожие долго сопровождали нашу необычную компанию из трех шагающих подростков, синего говорящего кота и полутора десятков плывущих по воздуху тел. Там служащий быстро отыскал изображение нашего недомага. Это оказался Бора по прозвищу Великолепный. За его поимку давали немного — сорок тысяч драгоценных. Была мысль еще попробовать продать корабль, но терять время не хотелось. Да и не так уж мне и нужны эти деньги — накоплений хватает. Сдав будущих каторжников страже мы вышли из здания.

— Феб, ты так и не сказал из какой гильдии! — а у Люси хорошая память.

— Да? Забыл видимо, пока разбирался со всем. Я вообще-то свободный маг и не состою ни в какой гильдии.

— Как? Такой сильный маг и еще не присоединился ни к кому? — Нацу был удивлен, как и Хэппи. Они, похоже, пришли в себя. Да и девушка от них не отставала.

— Ну, понимаете. Как-то нужды не было. Да и не звал никто. Кстати, так как мы вместе обезвредили этих работорговцев, предлагаю и награду разделить поровну. — да-да, главное — первое впечатление. А о моей цели и его напарнике у меня уже сложился образ. Как и этой призывательницы. Дети с комплексом подросткового максимализма в сторону несения добра и причинения справедливости. Честны и наивны. Если в их гильдии все такие, то мне будет крайне трудно себя сдерживать в рамках, хотя в этом случае меня не раскроют и через еще четыре века.

— Нет. Что ты. Ведь это ты все сделал. Так что деньги заработаны тобой по праву. — а сама-то косится на облигации. Жадная или просто проблемы на финансовом фронте?

— Да ладно тебе, Люси. Мы ведь вместе там были. И вместе вернулись обратно. К тому же, Нацу и Хэппи помогли тебе и отвлекли бандитов, а ты помогала тем неблагодарным, что валялись беспомощные на корабле. Так что мы все в равной степени заслужили эти деньги.

Люси взяла деньги. Лицо ее при этом было весьма виноватое. Значит все-таки финансовые проблемы. А вот Хэппи таким стеснением не страдал и взял свою долю и долю огненного мага.

— А давайте к нам в гильдию?! У нас классно и весело. Ты, Феб, отличный маг. А ты Люси…ну-у тоже вроде ничего. Хэппи ты понравилась, а значит и мне.

— Что скажешь, Люси? Пойдем к ним? — в ответе я не сомневаюсь, но для порядка следует изобразить.

— Д-да! Конечно! — ну тут без сюрпризов. Пожалуй, первый этап можно зачесть на десятку. Феб чуть приотстал от затеявших разговор подростков и летящую синюю животину. Они не могли видеть изменившееся лицо их нового товарища. А посмотреть было на что — улыбка сползла, как грим с лица актера балагана, а широко открытые глаза отражали лишь холодное равнодушие, не свойственное тому доброму весельчаку, что провел с ними последние полтора часа и помогал с пиратами. Но это длилось недолго. Лицо Феба скрыло тенью облако, прошедшего под светом луны. Когда ночное светило вновь показалось, на лице пепельноволосого подростка была прежняя чуть издевательская улыбка с легким прищуром глаз.