Дмитрий Петров - Силь

Армия орков остановились в некотором отдалении от деревянной стены, окружающей Городом Людей. Стоящие впереди трое орков — главнокомандующий и оба Шамана, некоторое время осматривали стены, имеющие необычную форму — они плавно изгибались назад, внутрь Города, будто лежали на поверхности гигантской полусферы. Ворота, ведущие внутрь, были закрыты, а наверху стены стояли вооруженные люди, готовые к осаде.

— Странное оборонительное решение, — нахмурился Старший Шаман.

— Иди! — скомандовал главнокомандующий Младшему Шаману, а когда тот немного замешкался, отправил его вперёд мощным пинком. Младший Шаман потихоньку побрёл к воротам, настороженно посматривая на луки в руках защитников Города. Пока он шёл, явно собираясь произнести речь и подыскивая для этого наиболее удачное место, главнокомандующий внимательнейшим образом осматривал суетящихся и размахивавших оружием защитников, большинство из которых не имело доспехов. Вооружение людей также оставляло желать лучшего — в основном оно состояло из сельхозинвентаря, от топоров до вил и кос. Главнокомандующий презрительно процедил:

— Крестьяне…

Спокойствие среди защитников Города сохраняли лишь несколько человек. В первую очередь внимание орка привлек седобородый старец с величественной осанкой, и двое разодетых молодцов, стоящих по сторонам от него. Обеспокоенный орк пригляделся к ним внимательнее — и на его лице отразилась смесь облегчения с презрением. Надменный юноша по левую руку от старосты хоть и сверкал позолоченным доспехом и инкрустированным самоцветами оружием — но эти дорогие побрякушки никак не годились для боя. Человек, хоть сколь-нибудь знакомый с военным делом, их бы никогда не нацепил. А старец и стоящий справа от него человечишка с таким вожделением поглядывали на доспех главнокомандующего оркской армии, что тот безошибочно понял, в чём их слабое место.

Затем внимание орка привлёк рослый парень, вооружённый копьём и рассматривающий армию орков с лёгкой усмешкой — на левом фланге; заметив его, главнокомандующий орков заметно помрачнел:

— Воин… Откуда здесь — Воин?…

На правом фланге защитников выделялась группа из трёх низкорослых бородачей. Двое из них, одетые в полный металлический доспех, тускло блестящий железом, поигрывали внушительного размера металлическими дубинами, нехорошо поглядывая на орков. А третий, стоящий в центре, одетый в явно более дорогой и очень прочный доспех — прочный даже на вид — был занят тем, что беззаботно грыз сочное яблоко, подбрасывая и ловя свободной рукой молот. Заметив эту троицу, главнокомандующий помрачнел ещё сильнее.

— Гномы… — с неприкрытой ненавистью протянул он. — Только их здесь не хватало…

— Гномы, — уверенно констатировал Старший Шаман. — Из клана рудокопов. Двое простых рудокопов, а один — сын главы клана… третий сын, судя по молоту. Интересно, что они здесь делают?

— Ты уверен? Откуда ты знаешь? — недоверчиво спросил главнокомандующий.

— Я — шаман, — ответил тот. — А шаман должен много знать, иначе его племя долго не протянет. А с чего ты переполошился? Их же всего трое — пустяк…

— Если это рудокопы, то это пустяк. Хвала Морготу, что они не из клана Воинов… Ты не видел гнома-Воина в деле, и не представляешь, на что эти бестии способны — сильные, как элефанты, быстрые, как пантеры, в их проклятых непробиваемых доспехах… С рудокопами — управимся…

Тем временем Младший Шаман остановился, приосанился, принял, по его мнению, гордую позу оратора и начал речь, обращённую к обитателям Города:

— Приветствую вас, Люди! Час настал, и свобода пришла на вашу многострадальную землю! Мы принесли вам свободу, независимость и магократию!

Защитники никак не отреагировали на эту речь, разве что гном, грызший яблоко, небрежным, но сильным движением отбросил недоеденный остаток яблока.

— Магократии — ДА!… - провозглашал тем временем оратор, не заметивший броска гнома. За это ему тут же пришлось расплатиться, ибо на последнем слове сочный огрызок врезался ему точно в лоб, разбрызгивая сок во все стороны. Младший Шаман, увлечённый своей речью, совершенно не ждал ничего подобного — поэтому он неловко отшатнулся, запоздало вскидывая ладони. Споткнувшись, он потерял равновесие, взмахнул руками и неловко сел наземь. Защитники стены, увидав такое зрелище, дружно грянули хохотом. Хуже всего для орка было то, что воины армии орков тоже не удержались от смеха — нечасто им выпадает увидеть подобное происшествие в исполнении важных и неприступных шаманов!

— Что это за балаган? — недовольно процедил главнокомандующий, с презрением глядя на Младшего Шамана.

Младший Шаман в совершеннейшей ярости вскочил на ноги, размазывая яблочный сок по лицу, и закричал, срываясь на фальцет:

— Вы… Вы… По какому праву?!

— А по какому праву вы собираетесь установить у нас магократию, без нашего на то согласия? — в диалог вступил тот самый рослый парень с копьём.

— А вы против? — не ожидавший такого вопроса Младший Шаман попытался найти выход из положения, стараясь потянуть время, постепенно остывая и приходя в себя.

— Против, — уверенно сказал парень с копьём, а гном добавил:

— Против-против, не сомневайся!

— Это из-за диктатуры тирана вы против! — орк наконец-то овладел собой и включился в словесную дуэль. — Мы освободим вас от диктатора, который вас злобно гнетёт…

— Какого ещё диктатора? — ехидно поинтересовался гном, разводя руками и нарочно играя на публику, изображая удивление, и даже немного переигрывая. — Нет здесь никакого диктатора!

— А как же… Вами же кто-то управляет… Кто вами управляет? — спросил несколько сбитый с толку орк.

— А ты не знаешь? — нахально подмигнув, ответил вопросом на вопрос гном. — Сначала бы выяснил, потом бы приходил! Сходи узнай!

Орк лихорадочно принялся искать достойный ответ и, наконец, когда его взгляд упал на седобородого старца, выглядящего весьма начальственно, нашёл в себе силы ответить:

— Вот он — тиран! — произнёс орк, указывая пальцем на старца.

— Этот? — картинно изумился гном. — Да это дядюшка Джо, работающий в харчевне; он протирает столы и подносит пиво, а также выносит мусор… иногда.

Старец недовольно нахмурился и грозно зыркнул на гнома, но среди остальных защитников воцарилось непринуждённое веселье и смех. Орк, не в силах найти слов для достойного ответа, да так и остался с открытым ртом, а гном его добил:

— Единственное, по отношению к чему он тиран — так это к объедкам; их он уничтожает со всем пылом нерастраченной юности… Так что не угадал! Попробуй ещё!