Питтакус Лор - Падение Пятого

— Я попробую, — произносит она, её голос едва слышен на ветру. — Марина сказала, что, возможно, ты сможешь мне помочь.

Спасибо, Марина, мысленно благодарю я. После нашего знакомства в Нью-Мексико мы с Эллой едва ли хоть раз общались наедине. Так что сейчас у меня появилась хорошая возможность узнать девочку поближе, хотя лучше бы это произошло при других обстоятельствах. Я безумно хочу ей помочь, просто не знаю, как это сделать — вряд ли меня назовёшь экспертом по видениям или детским психологом, если это то, в чём она нуждается. Такие разговоры обычно ведут с Чепаном, но, как Девятый напомнил мне ранее, мы все лишены такой роскоши.

Говорю как можно уверенней:

— Марина права. У меня уже были похожие сны.

— И он там был? — спрашивает Элла, и её упавший голосок не оставляет сомнений, о ком идёт речь.

— О да, — отвечаю я. — Этот больной урод так часто навещает мою башку, что мне уже пора выставлять ему счет за аренду.

Элла слабо улыбается. Встаёт и пинает камушки насыпного гравия на крыше. Я нерешительно кладу руку ей на плечо. Она вздыхает с почти ощутимым облегчением.

— Сон всегда начинается одинаково, — начинает Элла. — Мы вновь на той базе, сражаемся с Сетракусом и его подручными и… сам помнишь, проигрываем.

Киваю.

— Да, я помню этот момент.

— Я подбираю с пола какой-то кусок металла — без понятия, что это конкретно такое, может, обломок меча. Он начинает светиться у меня в руке.

— Погоди, — говорю я, пытаясь собрать все детали воедино. — Ты сейчас рассказываешь о том, что на самом деле было или во сне?

— На самом деле, — отвечает она. — Я испугалась и просто хватала все подряд. Это и был мой гениальный план — бросать в него чем попало, чтобы он прекратил бить Девятого.

— С того места, где я стоял, твой обломок походил на дротик, — говорю я, вспоминая бой, весь тот дым и хаос. — Светящийся дротик. Я решил, что ты вынула его из своего Ларца.

— Не было у меня никогда Ларца, — угрюмо отвечает Элла. — Видимо, забыли выдать.

— Элла, а знаешь, о чём я думаю? — говорю я с едва сдерживаемым возбуждением в голосе. — Мне кажется, в тот момент у тебя проявилось новое Наследие, а мы от страха всё прощёлкали.

Она бросает взгляд на свои руки:

— Что-то незаметно.

Набираю горсть гравия и плавно направляю его к ней телекинезом.

— Мне кажется, ты что-то сделала с тем обломком меча. И когда ударила им Сетракуса, то ранила его.

— О… — тянет она совершенно без восторга.

— Как думаешь, сможешь повторить? — Я удерживаю камешки возле неё.

— Не хочу, — сердито отвечает она. — Это ощущалось… как-то неправильно.

— Ты просто испугалась… — начинаю я, желая её приободрить, но когда она отступает на шаг, понимаю, что совершил ошибку. Элла всё ещё взбудоражена сражением, этими снами и своими Наследиями. Даю камешкам упасть обратно на крышу. — Мы все испугались. Это нормально. Можем поговорить об этом позже. А пока закончи рассказывать про свои сны.

Некоторое время Элла молчит, и я начинаю опасаться, как бы она не замкнулась в себе окончательно. Но потом девочка продолжает:

— Я кидаю в Ра обломком, — говорит она, — и он вонзается в него. Всё, как на базе. Только во сне… Сетракус не отступает, а поворачивается ко мне лицом. А вы все… исчезаете, и мы остаёмся в том задымлённом помещении один на один.

Дрожа, Элла обхватывает себя руками.

— Он вытаскивает из тела дротик и улыбается мне… этими своими жутковатыми зубами. А я стою столбом, как дура, и даю ему подойти… и дотронуться до моего лица… он гладит меня по щеке тыльной стороной ладони. А она холодная, как лёд. А потом он говорит мне…

Честно говоря, меня и самого пробирает дрожь. Одна лишь мысль о том, что Сетракус Ра подходит к Элле и дотрагивается до неё своими уродливыми лапами, вызывает желание блевануть.

— Что он говорит? — спрашиваю я.

— М… — она медлит, продолжая тихим голосом: — Он говорит: «вот ты где», а потом: «я тебя искал».

— А дальше?

— Он… встаёт на колени, — её голос падает до леденящего шепота, — берёт меня за руку обеими ладонями и спрашивает, прочитала ли я письмо…

— Какое письмо? Ты знаешь, о чём он?

Элла ещё сильнее укутывается в одеяло, избегая моего взгляда.

— Нет.

Она явно чего-то не договаривает. Что-то об этом письме… что бы там ни было… это пугает её не меньше, чем сами видения с Сетракусом Ра. Из Эллиного описания не ясно, похожи ли её сны на мои, где Сетракус показывал пытки Сэма, словно наживку для схватки, или её кошмары, как и предположила Шестая, лишь следствие тех по-настоящему ужасных событий, которые Элле пришлось пережить в последнее время. Не хочу давить на неё ещё больше, она и так, кажется, вот-вот расплачется.

— Я бы с удовольствием сказал, что могу избавить тебя от этих снов, — начинаю я, понимая, что стараюсь подражать интонациям Генри, — но, увы. Мне неизвестно что их вызывает. Но я знаю, насколько это мучительно.

Элла выглядит разочарованной, но кивает.

— Ясно.

— Просто помни, во сне он не может тебе навредить. И если этот гад снова потянет к тебе свои лапы, вмажь ему прямо по мерзкой роже.

Элла криво улыбается.

— Я попробую.

Не уверен, что мои слова хоть чем-нибудь действительно помогли Элле, но одна деталь из нашего разговора не дает мне покоя: каким бы образом Элла ни нанесла удар Сетракусу Ра, это было результатом появления у неё нового Наследия. Каким-то образом она «зарядила» тот брошенный осколок, и он ранил Ра или, по крайней мере, отвлек настолько, чтобы к нам вернулись наши Наследия. И сейчас просто нужно убедить Эллу повторить то, что она сделала тогда, и заодно выяснить все возможности этого Наследия. Раз сработало однажды, быть может, сработает вновь. Если я планирую окончательно уничтожить Сетракуса Ра, мне понадобится всё оружие, которое только имеется в нашем распоряжении.

Решаю спуститься в Лекторий и поискать в своем Ларце или арсенале Девятого что-нибудь, что поможет выявить Наследие Эллы. Генри как-то использовал нагревающийся камень, дабы помочь мне в самом начале обрести контроль над Люменом. Интересно, может, что-то похожее пригодится и Элле.

Я целиком поглощен своими мыслями, когда до меня доносятся приглушенные звуки выстрелов.

Невольно вздрагиваю, пригибаясь; в руках вспыхивает Люмен. Ничего не могу поделать — это инстинкт. Вообще-то, я в состоянии отличить звук моговского бластера от оружия из коллекции Девятого, с которым некоторые из наших тренируются, к тому же мне известно, что здесь безопасно (по крайней мере, пока), да и если бы моги прознали, где мы находимся, то не ограничились бы стрельбой из одной-единственной пушки. Но, даже зная всё это, моё сердце всё равно колотится, а тело готово к схватке. Похоже, Элла не единственная, кто дергается от каждого шороха после боя в Нью-Мексико.