Ален Лекс - Левый глаз дракона

– Мне… нужно в тень… Да помоги же!

Керри скрипнула зубами и схватила его за остатки куртки. Тень… облетевшие деревья почти не давали тени. С немалым трудом она дотащила раненого до одной из немногих елей. В палой листве остался широкий след, забрызганный кровью.

– Спасибо, девочка. – Раненый попытался сесть, цепляясь за колючие ветки.

Керри автоматически кивнула – и замерла. Что он сказал?! Она считала, что ее маскарад был куда как хорош. Не по размеру большая одежда скрывала очертания ее фигуры, а грязь на лице и волосах мешала определить, кто она на самом деле.

– Я не девочка!

Раненый склонил набок голову и пристально уставился ей в лицо. Она впервые обратила внимание, что глаза у него на редкость странные. Светло-светло-голубые, покрытые, будто изморозью, тонкой белой сеточкой. Такого цвета бывает весенний лед – подтаявший и ненадежный, того и гляди грозящий проломиться под весом неосторожного путника. Полно, а бывают ли у людей настолько странные глаза? Керри поежилась. По спине пробежали мурашки. Странные глаза. И страшные. Они завораживали, как бездонные колодцы. Она не хотела в них смотреть. Не хотела – но не могла заставить себя отвернуться.

– Эй, ты меня слышал? – Почему-то Керри пришлось сделать над собой усилие, чтобы ее голос звучал как обычно. Чего она боится? Он ранен и даже ходить самостоятельно не в состоянии! Так откуда же это чувство опасности?

– Ну и? – На секунду ей послышались в его голосе насмешливые нотки.

– Ты что, тупой? Я говорю: почему ты назвал меня девочкой? – Керри разозлилась.

Раненый криво улыбнулся, не разжимая губ. На израненном лице эта улыбка выглядела жутковато.

– Я тебя облапал, когда пытался не упасть. Для мальчика у тебя там не хватает кой-чего.

– Как ты смеешь! – Керри густо покраснела. Она занесла руку для удара, но заставила себя остановиться. Он же почти мертв! Еще не хватало убить его.

– Ну ты же сама спросила. – Он закашлялся и сплюнул кровью.

– Я не девочка! Перестань ко мне так обращаться!

– Хорошо-хорошо. – Он снова закашлялся. – Ты маленький бешеный хомячок. Ну в конце концов – разденься и докажи мне, что я старый маразматик. – На сей раз насмешливые нотки прозвучали куда более явно.

Керри покраснела еще сильнее, хотя минуту назад казалось, что сильнее уже некуда.

– Я не обязан раздеваться перед каждым придурком!

– Не кричи на меня. Пожалуйста. А то как-то негуманно – сначала спасать, а потом мучить. Не хочешь быть хомячком – будешь мышонком.

– У тебя бред. Наверное, это из-за удара по голове.

– Наверное. Говорят, в детстве меня уронила на пол кормилица, и с тех пор я такой странный.

– Нахал! – Она стиснула кулачки, с трудом сдерживаясь, чтобы не поколотить его.

– Да, у меня много достоинств. – Его странно-светлые глаза, казалось, пронзали ее насквозь. – Скажи, до ближайшей деревни далеко?

– Зачем тебе? – насторожилась Керри.

Он коснулся раны на щеке кончиками пальцев и поморщился:

– Хочу попасть к людям, чтобы меня выходили и все такое. Я так полагаю, ты ж у нас не великий врачеватель?

Керри задумчиво прошлась пару раз взад-вперед, пиная опавшие листья. Конечно, удобнее всего было оставить раненого в лесу и поспешить за помощью. Вот только кто гарантирует, что он не отправится на тот свет за время ее поисков? На его теле живого места нет. Чудо еще, что его кишки внутри, а не снаружи – учитывая количество сквозных дыр.

– Если я доведу тебя до ближайшей деревни, ты мне окажешь ответную услугу?

– Угу. Я клятвенно обещаю никому не говорить, что ты девочка. Честное слово. Могу даже пообещать рассказывать вместо этого, что ты – цыпленок табака. Свежепожаренный и недощипанный.

Керри зашипела:

– Ты прекратишь это или нет? Хорошо, пусть я девчонка, но это еще не повод надо мной издеваться!

– Правда, что ли? Ну и чего же ты хочешь?

– На твоей одежде был герб мага Л'эрта Ра'ота. Я хочу знать, в качестве кого ты на него работаешь, кто и почему тебя ранил и где твой хозяин.

Он хмыкнул и снова поморщился. По щеке скатилось несколько капель крови.

– Надо же. То есть если бы не эта эмблемка, ты бросила бы меня тут гнить в гордом одиночестве? Как трогательно. Какая ты добрая, оказывается.

– Я не собираюсь обсуждать мой характер! – Она скрипнула зубами. – Отвечай на вопрос! Я хочу знать, где можно найти Ра'ота!

– Я бы присвистнул, но у меня некоторые проблемы с лицом. То есть я вот так, за здорово живешь, должен предать своего господина первой встречной? Да-а. Сильно.

– Если ты мне не скажешь этого, ты умрешь. И, возможно, я помогу тебе в этом. – Керри окончательно разозлилась, рука ее дернулась к кинжалу на поясе. Разумеется, она не стала бы его убивать, но припугнуть вполне можно. Какой мерзкий тип!

– Угу. Понятно. – В светлых глазах не отразилось даже тени испуга. – Ты великий мастер дипломатии. Не надо вытаскивать свой ножик, а то я умру от нервного потрясения его размерами. Мой… мм… хозяин сейчас временно оставил эти места, чтобы разобраться с некоторыми из особенно настырных… ммм… друзей. Я знаю точное место, куда он отправился. Но я скажу его тебе только тогда, когда ты выведешь меня к людям.

– Ты боишься, что я тебя обману и оставлю здесь?

– Ага, – безмятежно согласился он. – Ну что, договорились?

Керри помедлила. Ей чувствовалось во всем происходящем что-то неправильное, какая-то маленькая лживая нотка, но что именно, она не могла понять.

– Хорошо, договорились. Идем?

– Сейчас. Тебе придется помочь мне. – Он медленно поднялся, цепляясь одновременно за колючие еловые ветки и за одежду Керри. – Еще одно маленькое условие. У меня то ли жар, то ли озноб… В общем, у меня на солнце очень сильно кружится голова. Нам придется идти по ночам, пока это не пройдет. Хорошо?

Она удивленно покачала головой:

– Ночью так ночью. А с головой у тебя и вправду непорядок.

Керри сделала из подходящего деревца что-то вроде посоха своему спутнику, но помогло это мало – посох то и дело выпадал у него из рук, и ей приходилось постоянно подхватывать раненого, чтобы тот не упал. С учетом того, что он был как минимум на две головы ее выше и, несмотря на страшнейшую худобу, весил раза в два больше, передвигались они крайне медленно. На привал они остановились часа за два до рассвета – Керри не могла его тащить дальше. Растревоженная сильными нагрузками раненая рука ныла, она боялась, что могут порваться швы.

– Сколько нам еще идти? – Его голос был ничуть не теплее глаз.

– Недолго. – Она лгала. По ее прикидкам, нормальным темпом она бы вернулась за неделю. Но с таким грузом! – Дней пять, наверное. Точнее сказать сложно, я недавно в этих местах, да еще и шли мы ночью. – Она скривила губы. Керри не думала, что они будут двигаться так медленно. Надо бы что-то придумать, но в голову ничего ценного не приходило.