Альвина Волкова - Сердце черного дракона

   Ласснир коснулся браслета под митенкой.

  -- Не беспокойся, его никто не увидит, пока ты не захочешь.

  -- Да, неужели! - возмущенно фыркнула, - Эту махину только слепой не увидит.

  -- Ты просто закрой глаза и подумай, что хочешь, чтобы он был виден только тебе.

   Последовав его совету, закрыла глаза и усердно начала думать, у меня даже виски заболели от натуги. Зато руке сразу стало легче, тем не менее, глаза я открыла только когда услышала удивленное хмыканье Ласснира. Приподняв митенку, с удивление обнаружила... точнее не обнаружила браслета. Зато на внутренней стороне запястья появилась татуировка в виде свернувшегося черного дракона.

  -- Неплохо, совсем неплохо, - похвалил Ласснир, изучая мое запястье.

  -- Что неплохо? - вглядываясь в рисунок поразительной точности и красоты.

  -- Моим бывшим хозяевам, - на последнем слове он едва заметно поморщился, - это удавалось не с первой попытки и не так кардинально.

  -- В каком смысле?

  -- Все что им удавалось, это сделать браслет невидимым.

  -- Наверное, не о том думали.

  -- Возможно.

   Все же не удержалась и передразнила его.

  -- Или я опять не о том подумала.

  -- Да, уж, - улыбнулся Ласснир, но взгляд, брошенный на меня, был скорее заинтригованным, чем насмехающимся.

   Выскочив во двор, мы еще минут десять гуляли, пока Матик не справил нужду. Затем забежала в хозяйственный, где купила три тюбика клея "Момент", метр плотной полиэтиленовой пленки и широкий скотч. До "Зеленого острова", пришлось идти пешком, очередная авария заблокировала дорогу часа на два, а я не люблю опаздывать.

   "Зеленый остров", наверное, единственный известный мне ресторан (читай кафе) в городе, где можно провести собаку, и ни никто тебе пинком под зад не выгонит. Я неплохо знала хозяина этого дивного заведения - добрейший души человек. Иногда он подменяет бармена, и, тогда я подсаживаюсь к стойке, заказываю коктейль, что в других местах даже не подумаю сделать, и мы трындычим обо всем на свете, пока "Зеленому острову" не придет время закрываться. Не подумайте ничего такого, - он мне в отцы годится, просто Вениамин Аркадиевич очень эрудированный и умный человек, с ним не скучно. Возможно, вы скажите, что возраст чувству не помеха, да только Вениамин закоренелый холостяк, и ничего менять в своей жизни не собирается.

   Меня ждали. В помещении, где одурманивающее пахло свежесваренным кофе, уже сидело человек пять. Станислава я приметила сразу. Этакое бельмо на глазу в своей голубенькой рубашке и белых брючках.

   Я поспешила занять свое место. Неужели опоздала? Вроде вовремя вышла. Подойдя ближе, машинально отметила, что у бабушкиного знакомого очень запоминающаяся внешность. Красив. Даже, очень красив, но какой-то отталкивающей красотой. Вроде все на месте: в меру высок, в меру мускулист, правильные черты лица, нос с легкой горбинкой, натуральный блондин. Влюбиться да и такого... А меня коробит.

   Властно вздернутый подбородок, поджатые в усмешке губы-ниточки, взгляд из-под полуопущенных век, и сразу ощущение, что напротив меня гад, в смысле змея, холоднокровная и смертельно ядовитая. Как не вспомнить тут многострадальную мамбу, любимицу Квентина Тарантино.

  -- Станислав?

   Мужчина вздрогнул, словно я здесь и не стояла целую минуту, в надежде, что меня заметят.

  -- Нина Валентиновна?

   Станислав поднял взгляд, но наткнулся на изображение черного дракона, и поспешно отшатнулся. Могу поклясться, он даже зашипел.

  -- Да, это я.

   Мужчина довольно быстро взял себя в руки, и, откашлявшись жестом, предложил присесть. Когда я расположилась, и подняла взгляд, он словно натянул на себя маску добряка: широко распахнул глаза, расплылся в улыбке, словно решил показать всему миру: "Посмотрите, я хороший"! Но эффект уже был не тот.

  -- О чем вы хотели со мной поговорить? - налюбовавшись на сияющий чайник по имени Станислав, поинтересовалась я.

   Он рассматривал меня так откровенно, что я занервничала.

  -- Конечно-конечно, Нина Валентиновна, просто я не ожидал...

  -- Что вы не ожидали?

  -- Что вы окажитесь столь обворожительной юной особой?

  -- Благодарю, - я никогда не была падка на лесть, так что со мной этот номер не пройдет.

  -- Вы не верите мне? - по-детски надул губы Станислав, - А это правда. По нашему телефонному разговору я представлял вас несколько иначе.

  -- И как же? - хмыкнула я.

  -- Ну, - блондин смутился, - Наверное, старше и...

  -- Страшнее, - закончила за него.

  -- Что вы, как можно, - театрально всплеснув руками, воскликнул Станислав.

   Я едва не зааплодировала, вовремя спохватилась.

  -- Давайте о деле.

  -- А вы серьезная особа, Нина Валентиновна, мне это в вас нравится, - сощурился блондин и совершенно будничным тоном произнес, - Вы ведь уже знаете, что вашу бабушку убили?

  -- Что? - сердце пропустило удар, и жаркая волна окатила с макушки до пяток, - Убили? Ее убили?

  -- Разве вы не знаете?

  -- Мне сказали, что это был пожар.

  -- Так и есть - пожар, - серые глаза хищно сверкнули, - Но только после того, как ее убили.

   Мне стало нечем дышать, голова закружилась. Убили! Не может быть! Почему мне никто не сказал? Почему от меня скрыли эту информацию? Мне дурно.

  -- Официантка, воды! Моей спутнице плохо.

   Меня откачивали какой-то пахучей гадостью из лично аптечки Вениамина Аркадиевича. Девочки знали, что я хорошая знакомая шефа, вот и расстарались.

  -- Спасибо, мне уже лучше.

  -- Нина Валентиновна, вы уверены, - кудахтал Станислав, бегая вокруг меня, каждый раз спотыкаясь об развалившегося в ногах Лохматика, - Вы так бледны.

  -- Мне лучше, - отдышавшись, кивнула я, - Лучше объясните, как это произошло?

  -- Я могу сказать только одно, когда начался пожар, ваша бабушка была уже мертва, - наконец уселся на свое место блондин.

  -- Тогда откуда вы знаете, что ее убили?

  -- Деревенский участковый заходил к ней за несколько минут до пожара. Она была мертва.

  -- Но как?

  -- Ее зарезали.

   Я с трудом проглотила возникший в горле ком. Отвернулась посмотреть в окно, но что-то меня насторожило, почудилось, что тень на стене, которую отбрасывал Станислав, шевельнула рукой, хотя хозяин сидел неподвижно. Бесовщина какая-то.

  -- Я об этом ничего не знала.

  -- Мне очень жаль. Жаль Марию Олеговну и вас, - Станислав делал вид, что искренне переживает, - Вас просто решили не шокировать. Но вот беда, не объяснили, что вам в руки попало именно то, из-за чего ее и убили.

   Опять, то же самое, - тень подняла руку, и убрала волосы за ухо. У меня, что уже галлюцинации начались?!! С чего бы это?