Анастасия Левковская - Две стороны медали

— Вик… — тихо позвал Лёша, и его пальцы коснулись моего подбородка.

Я дёрнулась от неожиданности, показалось, что кожу обожгло. Около уха раздался негромкий смех.

— Ну, ты чего, малышка? — ласковый шёпот Сашки защекотал шею, и по спине рассыпались колкие мурашки.

Что-то неуловимо поменялось в близнецах, они словно стали действительно взрослее. Двор окутывал густой сумрак, мы стояли под козырьком, и в общем нас никто не мог увидеть… Меня разрывало от противоречивых желаний, хотелось вырваться из уютных объятий и скрыться в спасительном подъезде.

— Ребят, может, не надо? — пробормотала и окончательно смутилась — отвернуться не давала рука Лёши, крепко державшая моё лицо.

— А ты не хочешь или боишься? — вкрадчиво спросил его брат, и мягкие губы легко прошлись по моей шее, вызвав горячую волну.

— Ч-чего?.. — осипшим голосом спросила я.

Понимала, что веду себя, как дура, но… Это же неправильно! Наверное… Чёрт, я совсем запуталась, и угораздило же влюбиться в близнецов! Да, да, хватит уже врать себе, Вика, втрескалась ты по уши, поздравляю. От себя не убежишь, и ведь мечтала по ночам о том, что сейчас происходит, и смущалась по утрам собственной взбесившейся фантазии!

— Вот этого, — пока я отвлеклась на краткий сеанс психоанализа с сознанием, Алекс-минус обхватил моё лицо ладонями, наклонился и прижался к моему рту.

Оу, как резво. Отпрянуть от неожиданности мне не дал Сашка. Он по-прежнему обнимал, дыхание и губы щекотали шею чуть пониже уха, и я не понимала, что со мной происходит. Точнее, слишком хорошо понимала, и это… пугало и волновало одновременно. Я плавилась от Лёшкиного поцелуя, неумело отвечая, а от действий его брата кожа стала болезненно-чувствительной, и эмоции накрыли с головой, напрочь разметав все мысли. Я задыхалась и от восторга, и от осознания, что это мой первый настоящий поцелуй. Да ещё какой… Сладкий до головокружения. Нежный до подгибающихся коленок. И настойчивый, глубокий. Время остановилось, остались только мы втроём, и меня это уже ни капли не смущало.

— Ммм, вкусная, — немного хриплым, безумно чувственным голосом сказал Лёша, когда наконец оторвался от меня.

Я хватала ртом воздух, пытаясь отдышаться и прийти в себя, но мне не дали этого сделать.

— Правда? Дай, проверю, — Алекс-плюс шустро развернул меня к себе, и я получила свой второй поцелуй, от брата.

К собственному изумлению, он оказался… практически таким же, как и с Лёшей! Ну разве что чуть-чуть нежнее, не такой напористый. Долго удивляться мне не дали, Сашкины пальцы зарылись в волосы на затылке, медленно поглаживая, и я снова растворилась в ощущениях, выпав из реальности. Офигенно… Подумаю обо всём в тишине своей комнаты, а сейчас к чёрту размышления.

— До завтра, Вики, — Алекс-плюс наконец отпустил дрожащую — не от холода — меня, и отступил на шаг. — Всё было здорово.

Я обхватила себя руками и просто кивнула. Боялась, голос изменит, если попробую произнести хоть слово.

— Надо почаще тренироваться, — усмехнулся Алекс-минус и подмигнул. — Приятных снов, малышка.

Намёк куда уж прозрачнее — насчёт тренировки. Я порадовалась темноте, потому что щёки моментально вспыхнули. Мда уж, сны будут такие сладкие, как бы что не слиплось.

— Пока, — пискнула я и поспешно юркнула в подъезд.

Ноги едва держали, до комнаты доползла на автопилоте, пребывая мыслями далеко-далеко. И почему ни разу не стыдно, что я целовалась с двумя братьями, и да, хочу повторения?!

— Извращенка, — пробормотала я и широко зевнула.

Ладно. Время покажет, насколько там правы Аськины карты.

В школу я шла с дрянным настроением. Мало того, что мама все воскресенье выносила мозг, что я не поехала с ними на дачу, ещё и Ася была вне зоны, конкретно загуляв на своих шашлыках. Меня распирало поделиться впечатлениями о первом свидании, а не с кем! Ещё и мама утром категорически так заявила, что на следующих выходных я еду на дачу на два дня. В общем, если бы мне сейчас попалась Светка, я бы с превеликим удовольствием поругалась с ней. По крайней мере, поорала бы от души.

В класс я вошла под оглушающую тишину, но мне было плевать. Пусть только вякнут что-то! Будет повод злость сорвать. Видимо, что-то такое отразилось на моем лице, задирать меня не рискнули. Парта близнецов резала глаза непривычной пустотой, и я украдкой вздохнула. Всё-таки соскучилась…

Уроки тянулись очень медленно, я почти не вникала в то, что вещали учителя, и считала часы до встречи. Когда прозвенел звонок с шестого урока, я облегчённо выдохнула и быстренько собралась, намереваясь подождать Алексов в вестибюле. Из головы вылетело предупреждение братьев ждать их в классе, да и злость и раздражение не совсем улеглись. Одноклассницы не пугали — ударить не ударят, а словами не дам себя унизить. Рядом с классом меня уже ждали. Едва я вышла из помещёния, как девчонки тут же окружили плотным кольцом. О-ля-ля, что сейчас будет! Я мысленно потёрла руки. Поскандалить мне ой как хочется. Так что, милочки, вы сами нарвались.

— Значит, шашни с Васильевыми водим, да, бегемотиха?! — зашипела Марина из параллельного класса, которая соперничала со Светкой за звание первой красавицы школы.

Нет, ну насчёт бегемотихи это она загнула, конечно.

— От швабры слышу, — я оскалилась в улыбке, точно так же, как Алекс-минус. — Мариночка, завидовать нехорошо, чакры обвиснут! И карма морщинами покроется!

— Я тебя урою! Тебе кранты, слышишь, дура?! — заорала Марина, стискивая кулаки, но ударить не решилась, как я и предполагала.

— Пупок развяжется, урывать, — ласково срезала я её и вздёрнула подбородок. Странно, но будучи на голову меньше Марины, я ощущала себя сильнее и выше, и ни капли не боялась ни одной из окруживших меня девчонок. — Чего завелась-то? Никогда отказов не получала раньше, да? Обидно, Мариш? — я с деланным сочувствием покачала головой.

— Осмелела, да? Думаешь, нажалуешься своим красавчикам? — презрительно спросила Ира, подруга Марины. — Да ты пустое место без них!..

— Как и вы, — фыркнула я и снова широко улыбнулась. — Да только я не пытаюсь изображать из себя крутую, в отличие от некоторых. А от парней вам и так влетит, — улыбка превратилась в ехидную усмешку. — Они обычно за слова отвечают.

Страх по-прежнему отсутствовал. Мной владела какая-то веселая злость, хотелось так отбрить эту свору, чтобы они меня десятой дорогой обходили.

— Ты ща тоже ответишь за свои слова, — пригрозила незнакомая мне брюнетка.

— Да не вопрос, девочки, — сорвались слова, и я почувствовала, как во мне поднимается странное тепло, жесткими лучами расходясь от солнечного сплетения. — А правда-то глаза режет, да?