Елена Ковалевская - Клирик

Ознакомительный фрагмент

Он развернулся, собираясь уходить, но следующий вопрос приморозил его к полу.

– Мастер, а что такое Торсин?

Норри с недоверчивым видом повернулся обратно.

– Ты что, не поняла, где оказалась?! – Я помотала головой, на что гном протянул: – Так…

– Я не знаю, где нахожусь, – поспешила заверить его. – Понятия не имею, что происходит и почему ко мне так относятся. – И вскинула скованные руки, демонстрируя кандалы.

Гном с озадаченным видом постоял, глядя на меня в упор, а потом, прищурившись, выдал:

– Человечка, ты или вправду не знаешь, или весьма неудачно лжешь. И я думаю – второе. Зря надеешься таким глупым способом вызвать жалость. Не выйдет. Сделаешь, что прошу, – выпущу, а нет, тогда сама на своих потрохах повесься! Все лучше и легче выйдет.

С этими словами мастер ушел, оставив меня в полной растерянности. Вот попала-то! Гномы смотрят на меня, как на врага, будто бы собственноручно половину их населения вырезала. А я здесь вовсе ни при чем.

Ладно, чего понапрасну воздух сотрясать! Надо думать, как сделать, чтобы ребенок выздоровел… Я им что – детский врач?!

Подошла к лежащей сумке и, подняв ее, взвесила на руке. Тяжелая, зараза! При этом я подспудно знала, что в ней многого не хватает. Вернувшись на место, вывалила содержимое на одеяло и принялась изучать. В сумке была пара пустых фляжек. Вытащив пробки, понюхала: похоже, в одной из них хранилось ароматное вино, а в другой, скорее всего, вода. Еще там были мешочки с травами, полотняный сверток, в котором оказались свернутые в рулончики чистые тряпицы – видимо, бинты; коробочка с кривыми иглами и моток вощеных льняных ниток. Н-да… Вот они, прелести местной медицины! Из свертка я извлекла еще одну баклажку с тщательно притертой пробкой, открыла ее, но даже нюхать не стала, так все понятно: едкий запах уксуса сильно шибанул в нос. Э-хе… Привет тебе, местный антисептик! Жуть!

Завернув все обратно, отложила аптечку в сторону и продолжила рассматривать лежащее барахло. Связка металлических амулетов со знакомым изображением меча-креста в круге; я вытянула из воротника шнурок и убедилась, что они одинаковые. Отложив их в сторону, взяла красивую коробочку с резным орнаментом из стилизованных букв на крышке. Немного повозившись с хитрой защелкой, открыла и обнаружила одинаковые бурые палочки, от которых шел тончайший приятный, но незнакомый аромат. Благовония? Зачем? Словно в ответ в голове мелькнула картина: тлеющая палочка перед смутно различимым изображением женщины, обнаженный клинок, лежащий рядом, чистая полотняная ткань на алтаре, рассеянный свет, льющийся откуда-то сверху, ощущение, что я сижу на коленях… И видение исчезло.

Занятно. Так, ладно, пойдем дальше. Взяла тяжелый глухо звякнувший мешочек. Деньги? Не похоже… Развязав его, осторожно высыпала содержимое на ладонь: внутри оказались несоединенные кольчужные кольца. Все понятно – мастерская, которая всегда с тобой. Потом проверила еще один мешочек, вот в нем как раз оказались монеты: десяток золотых, большое количество серебряных – края некоторых были обрублены, встречались половинки монет – и пригоршня меди. Ну что ж, судя по наличию большого количества серебра и меди, стоимость золота в этих местах должна быть довольно высока. А может, я на мели?..

Так я перекопала все содержимое сумки и обнаружила небольшие примитивные кусачки, несколько оселков, еще кое-что по мелочи, чтобы содержать доспех и оружие в порядке, банку с резко пахнущим содержимым – смазкой, чтобы металл не ржавел, и пару тряпок в смазке. Иголки, нитки для штопки одежды…

Напоследок оставила книгу, весьма потрепанную, с загнутыми уголками листов и многочисленными закладками. В ней оказались тексты, выполненные витиеватыми письменами, очень смахивающими на готический шрифт. В писанине с ходу разобраться не удалось, просто полистала с умным видом, а потом принялась укладывать все обратно.

Пока возилась с вещами, кандалы успели сильно натереть запястья. Кожу саднило, кое-где образовались кровоподтеки. Ругнувшись, расстегнула наручи, потом постаралась натянуть браслеты повыше на рукав поддоспешника, ища защиту от шершавого металла. Упрятав латы в сумку, вяло пожевала уже остывшую еду, а после, плюнув на все, с неожиданным для себя фатализмом улеглась спать.

Проснулась, как всегда, резко, словно рывком: раз – и уже бодрствую. Привычно прислушалась и только потом открыла глаза. Было темно, похоже, пока спала, факел потух, а новым его никто не заменил. Наплевав на кромешную тьму, встала, потянулась вверх, привычно крутанула плечами, обозначила сцепленными руками пару атакующих выпадов, потом как бы отступила, защищаясь. Удивление, что я сделала необычное, на этот раз было не столь сильным, едва мелькнуло и растворилось на краю сознания.

Разогнав по сонному телу кровь, я опустилась на колени и, сложив руки перед грудью, напевно произнесла:

– Пусть свет непрестанный светит, а солнце восходит всегда.

Мгновенно на меня снизошел покой, внутренняя уверенность и радость, что все хорошо. Перед глазами встала картина утра на храмовой площади: сотни молящихся опускаются на колени, затем садятся и, хором пропев те же слова, вскидывают руки вверх, как бы приветствуя дневное светило. Я в точно таком же жесте, как и люди в моем видении, подняла руки, а потом скороговоркой зашептала. Слова лились бурным потоком, толкались между собой, спеша вырваться на волю.

Когда все неожиданно закончилось, я опустила руки, чувствуя, что внутренняя энергия переполняет меня до краев. Когда поднесла ладони к лицу, то даже не сразу поняла, что в полной темноте вижу их светящийся контур. И тут же мне захотелось в благодарность богине запалить пару ароматных палочек. Но, поскольку этого нельзя было сделать, вновь сложила руки перед грудью и зашептала извинительную молитву.

Лишь когда весь ритуал закончился, наваждение схлынуло, оставив лишь легкий звон в голове.

О-хо-хо! Ничего себе! Сегодня проявление способностей было гораздо больше и сильнее, чем вчера. Что же дальше?! Стало страшно: а вдруг под новыми способностями я потеряю себя? Но ведь и без возможностей нового тела здесь долго не прожить. Что там сказал мастер? Лучше повеситься на собственных кишках? Что-то такая перспектива меня не вдохновляет… Ладно, долой страхи! Пусть новые знания приходят, и будь что будет! Это все лучше, чем новое место жительства «метр – на два».

Вдалеке послышались шаги, а на стене коридора заиграли слабые отблески факела, и вот у камеры появился Норри на пару с каким-то угрюмым гномом. Тот подкатил тачку с большим свертком, от которого шибануло вонью городской свалки. Мастер произвел некие манипуляции, и решетка поползла вверх.