Виктория Иванова - Радуга на земле

Ознакомительный фрагмент

Из записок Мастера Нармета.

Радужные змеелюды, если судить о них наблюдая за моим невольным гостем, довольно странные существа. Взять хотя бы их окрас. Изначально повелось, что общий цвет шкуры змеелюда строго определён. И те же темнокожие представители клана Воинов имеют всего пару светлых пятен, не более. Радужные серпентеры, наперекор канонам сочетают на своей коже оба граничных цвета: чёрный и белый. Причём даже преобладание светлого тона никак не влияет на густоту цвета полос. Они настолько тёмные, что кажутся матовыми.

То же самое можно сказать и о цвете волос. Если составлять цветовой «портрет» юноши, исходя из канонических представлений, то парень должен обладать серебристой шевелюрой. Хм, судя по глянцево-чёрному цвету его волос, я могу хоть до скончания циклов искать там серебристый оттенок.

И, при этом — красные глаза. Хотя, исходя из опять-таки канонического цветового сочетания, они должны быть тёмно-зелеными или вообще чёрными. К тому же Элхар не является альбиносом, это его естественная окраска. Интересно… надо поднять труды и рукописи древних учёных и посмотреть, кто ещё из этого хвостатого племени может похвастаться чем-то подобным. А так же найти всё, что хоть как-то касается радужных. Не хватало мне ещё непредвиденных проблем.

…

С-сеш-ш су

Я уютно устроился в библиотеке. Оказалось, растянуться на самом верху шкафа, свесив хвост вниз куда как удобней, чем сидеть за столом. Да и освещения мне вполне хватало, чтобы чётко видеть написанный кем-то из великих Мастеров текст. Кем конкретно — я, честно говоря, не запомнил. Вернее, не старался запоминать. Все они — великие и могучие. Хотя память у меня теперь… М-м-м-м! На зависть всем остальным! Мне достаточно раз услышать или прочесть, чтобы запомнить накрепко. Дедушка Нармет только головой качает.

И с Эйшей я подружился, хотя мы ждали, что она испугается. Однако первое, что эта дама сказала при виде меня: «Ой, какой же он худой!». И снова накормила до отвала. Не знаю, но после этого превращения меня с неделю, ой, извиняюсь, целое семидневье преследовал жуткий голод. Дедушка сказал, что это из-за резкой смены тела. Всей моей массы не хватило, чтобы стать нормальным змеелюдом, так что пришлось позаимствовать энергию из внутренних резервов, которые я и восстанавливал едой.

Эйша была только рада поставить мне лишнюю порцию. Она всегда ворчала, что и Мастеру следует взять с меня пример, а то ест совсем мало. Можно подумать, что он не может себе позволить большего. А после того, как из дома неизвестно куда ушли все локки… Нармет объяснил, что они панически боятся змей. Так что теперь кухарка во мне души не чаяла, и была готова поварёшкой отстаивать «своего бедного мальчика» от всяких там нехороших элементов.

Единственное, что меня разочаровывало — моей давней мечтой было научится сражаться на мечах. Как герои из любимых книг. Но дедушка был магом, поэтому и учил меня магии: боевой (пока что только теорию), бытовой, лечебной… всякой. А совсем не тому, как сподручнее своего оппонента настругать на мелкие лоскутки. Только обычные, как тут говорили — канонические заклинания у меня выворачивались так, что приобретали совсем другие свойства и формы. Кроме того, дедушка обследовал моё тело раз в семидневье, замерял, проводил ещё какие-то опыты, необходимые ему для написания научного труда.

Кроме того, он повадился использовать меня вместо подопытного кролика, пичкая всевозможными декоктами. Их состав мне не оглашался, как и предполагаемое действие на организм. Но я был обязан в мельчайших подробностях описывать свои ощущения. Чаще всего это был ответ: «Ничего». Хотя один раз почему-то сильно зачесался кончик хвоста, и мне пришлось провести пару минут в довольно неудобной позе, пока дед исследовал «пострадавший» орган. Ничего особенного не нашли. Просто одна чешуйка немного сместилась и мешала расти остальным. Неудобство устранили и продолжили опыта.

Я тоже иногда развлекался. Например, выкрасил чешую в синий цвет и наложил маскирующее заклятие. А когда выпил содержимое очередного флакона — убрал магию. Дед сперва был в панике, видимо, подобного действия на мой организм не предусматривалось, а когда понял его причину… Извиняться мне пришлось долго. А так же пообещать, что больше не буду подвергать подобным испытаниям хрупкую нервную систему старого человека. Ладно, придумаю что-то другое…

Наверное, впервые за всю свою жизнь я почувствовал себя ребёнком. Самым обычным, строящим пакости, подшучивающим, проказничающим и огребающим за всё это. М-да, стоило дожить до этого времени, чтобы снова вернуться в детство. Моя жизнь действительно словно началась с начала. С чистого листа.

По большей же части, я был предоставлен самому себе. Хочешь — читай, благо библиотека в здании была — о-го-го! Хочешь — обшаривай лабораторию. Хоть на вкус реактивы пробуй — на меня теперь никакие яды не действуют! А вот я теперь считаюсь самой опасной и ядовитой тварью на весь мир. Опасней даже своего «предка» — радужной айсы, так как возможности змеи вроде как изучены, а вот змеелюда… Мастер Нармет будет первым, кто хоть как-то осветит этот вопрос.

Честно говоря, мне тоже была очень интересна эта тема. Всё-таки на вид я потомственный серпентер, так что не знать элементарных вещей… подозрительно это. Так что я запоем читал всё, что могло хоть как-то помочь понять этот народ, при этом, не забывая исследовать собственное тело. А вот тут меня поджидал ряд загадок.

Во-первых, мне было непонятно, как росли волосы. Голова же, включая и лицо, была покрыта чешуёй. Хоть и не такой крупной, как на теле, но всё же! Тем не менее, моя шевелюра не только имелась в наличии, но и росла с поражающей быстротой. Сперва я их подрезал, а потом бросил. Лень. Кроме того, здесь предпочитали носить длинные волосы, так что появилось и официальное оправдание — соответствие местным канонам.

Вторым пунктом стояли ногти. Вернее — когти, если уж быть точным. Длинные, треугольные и острые они с равной лёгкостью оставляли отметины как на дереве, так и на железе. Камень я тоже попробовал на прочность. После чего дед провёл со мной воспитательную беседу на тему порчи стен. Мол, если мне так уж хочется поточить свои когти, то он принесёт мне в комнату специальную плиту. Гранитную. Хорошо хоть не надгробную, с него станется. Вот об неё я могу хоть зубы чесать, а стены портить не надо. Или на крайний случай заняться художественной резьбой по камню.

Я проникся и пообещал больше так не делать. Тем более что ответ на свой вопрос уже получил. Правда, возник другой. Если сталь мои ногти не берёт, то как их стричь? Оказывается, у змеелюдов они почти не растут, разве что сломаешь какой. Это мне объяснил опять-таки Нармет, когда застал за порчей ножниц. Оглядел четверо сломанных, задумчиво повертел в руках пятые… Небрежно согнул их руками и бросил сверху. А пока я недоумённо пялился на всё это — рассказал про странные особенности моего организма и вышел из комнаты.