Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

– Хрингист мы тебе подарим, – кивнула жрица. – А теперь проходите. Вас ждет омовение и трапеза. Меня зовут Сихэ, и я, недостойная, слушаю волю Озерной Королевы. Прошу за мной.

Рыжий как-то весь передернулся, поднял морду и пропал, словно растворился в воздухе. Скальд и жрица не обратили на это внимания или просто не заметили, а Олен давно привык к исчезновениям мохнатого друга.

Знал, что оцилан вернется вовремя.

Вслед за Сихэ они вступили в храм. Там оказалось прохладно, в падающем через окошки свете была видна статуя укутанной покрывалом женщины с круглыми чашами в руках.

Вода в них чуть заметно светилась лазурью.

– Благодарности вознесете, когда отдохнете и поедите, – сказала жрица с понимающей усмешкой. – Наша хозяйка ценит искренность…

Гостей повели к двери в задней стене. За ней обнаружилась обычная жилая комната – печь, лавки у стен, на окнах занавески с вышитыми листьями и цветами, посреди – большой стол. Дружно поклонились две девушки в таких же, как у Сихэ, накидках, только с черной полосой по подолу.

– Омовение и обед, – скомандовала жрица.

Мужчин усадили за стол, на котором объявилась новенькая скатерть. Принесли две деревянные лохани с чистой водой, узорчатые полотенца и по куску сладко пахнущего мыльного корня.

– Ох, какая женщина, – прошептал Юрьян на ухо Олену. – Я просто влюблен без памяти. Ой-ёй!

Гости умылись.

Лохани с помутневшей водой исчезли, их сменили многочисленные блюда, миски и горшочки. Аппетитные запахи ударили с такой мощью, что Рендалл ощутил, как голова начинает кружиться, а в животе кишки вступают в драку. Сихэ уселась напротив мужчин и сделала приглашающий жест.

– Ешьте, – сказала она с проказливой улыбкой.

Чего тут только не было – грибы соленые и маринованные, рыба жареная и тушеная, какие-то коренья в сладкой подливе, мясо самых разных видов, и отличное крепкое пиво. Олен ел, не теряя осторожности и не забывая поглядывать по сторонам, зато скальд лопал так, что за ушами трещало, и влюбленными глазами таращился на жрицу.

Та продолжала улыбаться, и заговорила, только когда челюсти гостей стали двигаться медленнее.

– Куда лежит ваш путь? – поинтересовалась Сихэ.

– На юг, о прекрасная хозяйка, – пылко ответил Юрьян, – но я готов закончить его тут, около твоих ног!

– Хотите уйти подальше от земель Владыки Севера? – Жрица бросила на гостей взгляд, и Олену вновь почудился в нем какой-то странный, тщательно скрываемый интерес. – Или вас ведет нечто иное?

– Мы хотим добраться до Руани, – проговорил Рендалл, – там у нас есть кое-какие дела.

– Но мы можем задержаться тут, дабы воздать должное несказанному очарованию слушающей волю Озерной Королевы, – влез скальд. – Ведь, как написал Дартакин Семиногий: «Кто нашел прекрасную женщину, тот нашел целый мир, и нет смысла разыскивать иное…»

– О нет, задерживаться не стоит, – улыбка жрицы стала ледяной. – Сегодня из нашего поселка отплывает барка с княжескими податями. Она пойдет до самого озера Лейз. Я могу договориться, чтобы вас взяли на борт.

– Нас прогоняют? – Юрьян обиженно заморгал, на глазах его появились слезы. – Как же так? А как же те стихи, что кипят в моей душе? Те слова, которые я хотел посвятить той, что взяла мое сердце в плен?

– Если будет на то воля богини, то мы еще увидимся. – Сихэ стрельнула в скальда глазами, и тот едва не брякнулся с лавки. – Заканчивайте трапезу, а я пойду договорюсь с княжьим мытарем.

Она встала и вышла, Шустрый проводил ее взглядом.

– Ох какая женщина! – воскликнул он, едва захлопнулась дверь. – Я готов ради нее на все, на любые безумства! Она достойна шального поклонения. Стихи сами рождаются у меня в голове. Вот послушай…

– Погоди, – Олен дернул себя за мочку уха. – Не нравится мне это. Очень подозрительно выглядит. Подумай сам, с чего бы вдруг богине и ее служительницам помогать нам? Ты ведь…

С таким же успехом он мог останавливать лавину с помощью забора из прутьев.

– Ой, раздери тебя крабы! – замахал руками Юрьян. – Нельзя быть таким подозрительным. Не все в этом мире желают тебе зла. Лучше послушай: «Сияньем осиян податель высот, на трон возведя…»

Дальше скальд понес какую-то околесицу, которую считал стихами. Рендалл подумал, что взывать к рассудку спутника сейчас бесполезно, и принялся кивать и поддакивать.

Жрица вернулась быстро, словно отлучалась не далее чем в соседнюю комнату.

– Поели? – спросила она. – Тогда прошу за мной. Барка отходит довольно скоро. Вас там ждут.

– Да, конечно… – Юрьян вскочил, едва не опрокинув лавку. – Но я должен обязательно прочесть тебе стихи. Надеюсь, они не оскорбят твой слух, а заодно возвеличат истинное сокровище, дарованное миру богиней, – истинную красоту…

Сихэ подняла руку, сделала небрежный жест:

– Погоди немножко. Сначала обещанный подарок.

Принесенный хрингист оказался меньше, чем тот, каким Шустрый пользовался ранее. Он походил на статую в храме, разве что в чашах не было светящейся воды, а голову Сияварош венчала корона.

– О, спасибо… – Юрьян упал на колени, принялся целовать переносной алтарь, а затем побежал вслед за Сихэ, точно собака за хозяином.

Олен покачал головой и прихватил забытый скальдом заплечный мешок. Поймал взгляд одной из младших жриц, полный удивления и скрытой печали. Заметив внимание к себе, девушка поспешно отвернулась. Рендалл оглянулся у самых дверей, но увидел лишь склоненную голову и аккуратный пробор.

Все время, что они шли от святилища до реки, скальд беспрерывно трещал, будто сорока. Превозносил разнообразные достоинства Сихэ, отвешивал комплименты, и все это делал в рифму.

Выдохся, только когда показались мостки и стоящая около них длинная и очень широкая лодка с поднятым носом и короткой мачтой.

– Ну как? – спросил Юрьян, тяжело дыша.

– Великолепно, – ответила жрица. – Я сохраню твои слова в сердце, в самых его глубинах.

– Я счастлив! Я счастлив! – Шустрый запрыгал, точно мальчишка.

Олена толкнули в лодыжку. Он опустил взгляд, обнаружил Рыжего, встрепанного и мрачного, с прилипшим к морде куриным перышком.

– Ах ты грабитель, – вздохнул Рендалл. – Прямо-таки мародер.

Кот сделал вид, что плохо слышит и вообще не понимает, о чем речь.

У мостков их встретил дородный лысый мужик в фиолетовой, вышитой золотом рубахе и мечом на поясе. Коротко поклонился Сихэ, бросил на чужаков пристальный взгляд.

– Этих везти, что ль? – спросил он.

– Их, – медовым голоском отозвалась жрица. – Ты все понял, Тарк? Князь твой господин, но Королева стоит выше его престола…

– Да, а как же, – лысый побагровел, – понял я. Эй, забирайтесь. А кот с вами, что ль?

– Со мной, – ответил Олен.

Внутри лодки имелось с дюжину скамей, на носу и корме виднелись здоровенные лари с прочными крышками. Суетились, просовывая весла в уключины, крепкие, голые по пояс парни.

– Тогда это, добро пожаловать. Ваше место вон там, перед мачтой.

– Счастливого пути, – кивнула Сихэ.

Юрьян сделал движение обнять ее, но заграбастал только воздух – женщина ловко отстранилась. Сокрушенно вздохнул и полез через борт. Олен последовал за ним, оцилан, величественно задрав хвост, скакнул с мостков в лодку. На него уставились во все глаза, кто-то потянулся погладить.

– Поехали, – махнул ручищей лысый Тарк.

Олен опустился на лавку, рядом плюхнулся скальд. Один из полуголых парней отвязал веревки, толкнул, и под килем забурлила вода. Барка начала отходить от мостков, течение подхватило ее и понесло прочь.

– Прощай, моя любовь! – завопил Шустрый, едва не вывалившись за борт.

Сихэ помахала ему, но лицо ее осталось непроницаемым.

Заплескали весла, Тарк уселся за руль. Скрылись за поворотом мостки с замершей на них женщиной, остался позади крайний дом, исчезла из виду торчавшая из ив крыша храма.

– Вот и все, – сказал Юрьян сокрушенно. – Успел только стих прочитать. Но и то хорошо.