Брошенный (СИ) - Обава Дана

О! Это прямо-таки очень вовремя!

Спешу на поезд уже с накрытым крышкой стаканом чуть теплой немного вязкой жидкости светло-желтого цвета. Наливала себе, уже когда Джем отошел от меня, так что пренебрегла его советом и взяла третьей степени, что б уж наверняка. Прибываю ко входу в офис, медленными глотками ополовинив стакан и тщательно прислушиваясь к своим ощущениям. А ощущений НИКАКИХ. В полном спокойствии захожу через шлюз и коридор в большой светлый зал, быстро сориентировавшись, узнаю, где мне забрать причитающееся Кейт задание, забираю его, предъявив свою идентификационную карту, данные которой уже пришли секретарю. Со стопочкой бумаг, уложенных в бумажный конверт, всего через несколько минут уже выхожу из офиса.

Потрясающе! Ну, потрясающе же! Никакого страха, тошноты и разбегающихся как тараканы мыслей. Эх, раньше бы так, ну да ладно, теперь только так и будет.

Продолжая медленно попивать спасительный волшебный напиток, иду, даже гуляю, по направлению к остановке поезда и вдруг вижу еще одно знакомое лицо. Пожалуй, конкретно это лицо было бы неприятно увидеть, но сейчас я чувствую только легкий укол любопытства. Мин впиявливается в меня взглядом и, тут же поменяв направление, заступает мне дорогу.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я Мина, одновременно он спрашивает то же самое меня. — Ты разве не должен сейчас патрулировать красный сектор?

— Тебе какое дело?! — рявкает на меня новоявленный страж. — Что ТЫ тут забыла?! А это что? — он пытается вырвать у меня конверт.

Резко отдергиваю руку, в которой у меня не только конверт, но и учебник, игриво шмякаю его этой книгой по голове и обхожу его по флангу. Мин злится и продолжает стараться отобрать у меня конверт, при этом не прикасаясь ко мне. В итоге мы кружимся словно в танце, но на небольшом расстоянии друг от друга. Я смеюсь, подпрыгивая и разворачиваясь то туда, то сюда, Мин с рычанием дергается, порываясь ухватиться за меня, но каждый раз одергивает себя. Странно, ведь он может скрутить меня в два счета, но почему-то не позволяет себе этого. Прохожие смотрят на нас и, может быть, даже осуждают, но мне все равно. Мне весело, смеюсь и не могу остановиться. С хохотом заскакиваю на подъемник, достаточно сильно толкнув Мина в сторону. Посылаю ему воздушный поцелуй, пока он с ненавистью во взгляде, смотрит, как я исчезаю за краем платформы.

Да, на самом деле, мне наверх не надо, но, не важно, я не спешу. Конверт я в итоге чуть не выронила прямо в пропасть, но вместо того, чтобы ужаснуться, снова захожусь хохотом как полоумная. Пожалуй, допивать транкилятор не стоит.

В апартаменты Редженса возвращаюсь уже довольно поздно. На случай, если Мин нажаловался, что видел меня где-то с конвертом, так с этим конвертом и прихожу. Бумаги, которые в нем лежали, я отдала Кейт, а вместо них положила распечатки с рецептами всяких блюд, которые не поленилась сходить сделать в библиотеку на семьдесят седьмом. С транкилятором мне теперь все нипочем, так и расхаживаю себе спокойно по Муравейнику туда-сюда без малейшей тревоги. Правда к концу дня в голове поселяется странная пустота. Вместе с нею вхожу в гостиную Редженса, где обнаруживаю оба наших когарта в полном составе.

Кейн с Редженсом как раз занимаются установкой большого телевизора на кронштейне, Ристика расставляет вещи из коробок, а Лекс собирает огромное массажное кресло.

— А, явилась! — шипит Кейн в мою сторону, отвлекшись на секунду от работы.

— Чуть запылилась, — отвечаю, оглядываясь вокруг. В руке все еще держу стакан со второй порцией транкилятора.

— Чего?!

Проигнорировав его, кладу конверт и учебник на желтый диван, который все еще царствует посреди просторной комнаты, собираясь пойти помочь Ристике.

— А уже закончила, — та трясет последней пустой коробкой.

— А тебе помочь? — интересуюсь у Лекса.

— Ага, сядь сюда и откинься, — друг поднимается с колена и указывает отверткой на кресло.

Послушно сажусь, ставлю стакан в подстаканник и откидываюсь на мягкую спинку.

— Откидывайся сильнее! — командует Лекс, и я старательно пинаю спинку всем туловищем, пока из-под ног вдруг не выстреливает какая-то фигня, подкидывая их вверх. Если б не транкилятор я бы, наверное, завизжала.

— Что это? — интересуюсь я, внезапно лежа.

— Недоработка, — Лекс легко возвращает кресло вместе со мной в исходное положение. — А я смотрю, у тебя занятия прошли интереснее, чем мои, — он с усмешкой указывает, куда-то в район моей левой щеки. На ощупь вспоминаю, о чем он.

— Да, вот вышла неприятность, — нащупываю кровавую корочку, покрывающую след от удара кольцом.

Покончив с телевизором, Редженс подходит ко мне, осмотреть эту неприятность.

— Мне стоит вмешаться? — спокойно осведомляется он.

— Нет! — с излишней резкостью отвечаю я.

— Так тебя там научили готовить жратву? — теперь и Кейн подбирается ближе.

— Нет! Но я пыталась убить свою однокурсницу, так что теперь и не научат, — произношу я, глядя ему прямо в глаза. Никогда так раньше не делала, это интересный опыт. Вижу, как в них вспыхивают искорки эмоций, грозящие в любой момент разжечь всепоглощающее пламя ярости. Однако, пока Редженс рядом, ничего не произойдет.

— В смысле, на занятия нужно со своим мясом приходить? — интересуется Лекс.

А я вот отмечаю про себя — мужики прям обступили меня со всех сторон. Пытаюсь чисто из вредности снова выстрелить подставкой для ног, но не выходит.

— И при этом мне не стоит вмешиваться? — уточняет Редженс требовательным тоном.

— Нет! — повторяю я, приподнимаясь из кресла и с вызовом глядя ему в лицо. — Вообще вся ситуация так сложилась из-за того, что вы нам не позволили участвовать в отборе. Надеюсь, у того, что я попала именно в эту группу, есть какой-то тайный смысл?

— Да, — поддерживает вопрос Лекс, потому что офицеры решают таинственно промолчать. — Вету вы тоже собираетесь каким-то образом использовать в своих целях?

Вместо ответа, Редженс опускает взгляд на стакан с транкилятором, берет его в руки и снимает крышку.

— Что это за хрень так испортила нашу Мышку? — недовольно спрашивает Кейн.

— Эта хрень, — брезгливо принюхавшись, Редженс нахлобучивает крышку обратно на стакан, — запрещена для употребления в гильдии стражей, так что делай выводы, — и впихивает мне его в руки, — из чего его делают. Вылей.

Глава 5

Следующие дни проходят словно во сне, хотя я и не притрагиваюсь больше к транкилятору. Видимо, с ним действительно нужно быть осторожнее. За это время я навестила свою подругу Мэй в больнице и сходила на первые обучающие занятия в гильдии, но подробностей не помню. Только то, что после одного из этих мероприятий пришлось выковыривать жвачку из волос. Но кроме этого я проштудировала кулинарную литературу, закупила ингредиенты и подготовилась к первым кухонным экспериментам.

Первым блюдом, которым я решаю поразить Кейна, уж не знаю в хорошем или плохом смысле, будет манная каша. Эта крупа приглянулась мне, во-первых, потому, что из нее можно изготовить или хотя бы использовать во множестве других блюд к завтраку. Во-вторых, манка изготавливается из зерен пшеницы, которые завозят к нам на поездах из дальних краев, так что то, что сейчас лежит передо мной на столе в большом бумажном пакете, путешествовало больше, чем я. Мне нравится представлять, что эти перемолотые зерна когда-то привольно колыхались в колосьях на ветру на бескрайних полях очень далеко отсюда. Хотя, если вспомнить, я-то прибыла сюда из другого мира, но пшеница тоже вовсе не местная флора.

В итоге каша оказывается готова слишком быстро, да и получается какой-то комковатой. Первым на кухню заваливается Кейн, и видно, что не в самом лучшем расположении духа.

— Готово уже? — рявкает он.

— Готово, — неуверенно говорю я. Ставлю перед ним кашу в красивой вчера купленной миске с машинкой, нарисованной на днище.

Кейн хватается за ложку и тут же пробует мое варево.