Смерть во имя истины - Анна Велес

— Да! — живо подтвердил Беньямин и опять улыбнулся странной неровной улыбкой. Будто заново переживая свои ощущения от того преступления. — Это был мой первый дар Магу. Я убил бы и других, но они не дали мне. Они изгнали меня и долго еще следили за мной, связывая мне руки. … Но я знал, что смогу их обмануть.

— Ты принял посвящение, — опять заметил Саймей., будто уже знал всю его историю наперед.

— Конечно, — Беньямин был доволен его догадливостью. — Я рос в лоне этой нечистой Церкви, пока не стал старейшиной здесь у могилы Мага. Оберегая бережно его историю. Знаешь, как многое я сделал за эти годы? Как высоко я поднялся? Я ведь мог бы стать правой рукой Высочайшего, благо что он доверяет мне. Я мог бы быть настоятелем любого Храма обеих городов. Но все их служители, жалкие и наивные, просто теперь приходят ко мне за советами. Они мои! И Лукреций со своими наемниками не может больше дотянуться до меня!

— Но при всем твоем могуществе, ты не заметил отца Иокима, который так легко и быстро нашел твои сокровища, — напомнил Посланник.

— Ошибаешься, — казначей радостно расхохотался. — Это ведь я надоумил его начать поиск. Я руководил им, пока он не догадался, где искать Храм. Я вел его сюда!

— Но зачем? — искренне удивился Саймей.

— Ради тебя, — улыбнулся победно Беньямин. — Неужели ты думаешь, что я мог бы оставить завещание Мага невыполненным? Нет! Я ждал Последнего и заботился, чтобы он исполнил написанное. И тогда только я мог бы владеть моим наследством! Только я хранил бы тайну Мага!. … Мои связи позволили мне следить за каждым твоим шагом и Визасе. Я знал, как ты взрослел, следил, как вы с Феликсом рветесь к власти, мне были известны все твои поездки и ваши поиски. Мне не составило труда понять, что хотели вы увидеть в Рэме, что привозил ты Феликсу из своих странствий. Потому что я знал правду!

— Значит, — принялся рассуждать Посланник. — Ты доложил Высочайшему об истинной цели поиска отца Иокима, зная, что эта весть тут же дойдет до Феликса. Потом ты показал настоятелю ключ, дождался, когда он войдет сюда, и взвел ловушку, прежде смазав ее ядом. Наверняка ты намекнул Высочайшему, что смерть Отца Иокима связана с маитанами. Потому Феликс направил меня сюда.

— Видишь, как это было легко! — Беньямин просто упивался собственными деяниями.

— А при чем здесь Дарий? — спросил Саймей, совершенно не реагируя на его хвастовство.

— Мне просто надо было заставить его замолчать, — казначей пожал плечами. — Это я велел ему говорить о свитке с настоятелем. И позже он мог тебе об этом рассказать. Он был трусом.

— Ты просто добивался того, чтобы я эту рукопись нашел? — осведомился Посланник, даже не скрывая своего презрения к родственнику.

— Здесь я ошибся, — чуть помолчав, признался Беньямин. — Я думал, она давно уничтожена. Этот мальчишка, Эммануил, никогда не говорил о ней.

— И все же я ее нашел, — издевательски усмехнулся Саймей. — И спрятал так, что ты не сможешь ее получить.

— Да, — злобно отозвался казначей. — Я так и не обнаружил тайник кузины. Но у меня еще будет шанс…

Он опять расплылся в странной улыбке, будто представлял, как будет доставать свитки у матушки Евдокии. Саймей не сомневался, что если бы Беньямин смог бы до нее добраться, то не оставил бы кузину в живых. И ее смерть наверняка была бы страшной.

— Маркуса ты пытался убить, потому что он мог привести меня к Лукрецию, — сменил Посланник тему, так как ему было противно наблюдать за кровожадными мечтами старика. — Видимо, ты все еще боишься его.

— Глава слишком силен и опасен, — сухо сказал Беньямин. — Он попытался бы спасти тебя и остановить меня.

— Но я и сам его нашел, — напомнил Посланник.

— И теперь один из его прихвостней валяется мертвым у входа в Храм! — выкрикнул казначей. Власть Лукреция злила его.

— Ладно, — поспешно сказал Саймей. — Но как тебе удалось устроить этот пожар?

— Зелье было приготовлено заранее, — принялся самодовольно рассказывать старейшина. — А я… Я просто вышел из своих покоев, обошел здание и бросил факел и запер дверь.

— Но ты же был с братом Анатолием? — напомнил Посланник.

— Брат Анатолий? — Беньямин рассмеялся. — Он законченный наркоман! Мне надо было просто дать ему очередную порцию опиума, и пока он был в забытьи, я успел сделать свое дело. Анатолий даже не знает, что меня не было в покоях в тот вечер!

Саймей с трудом сдерживал себя. Этот безумец явно испытывал удовольствие, совершая убийства. Троих он лишил жизни, Маркус чудом выжил, но еще не известно, каким он очнется. Брат Анатолий тоже медленно приближался к смерти, так как опиумную зависимость ему не преодолеть, и скоро он просто сойдет с ума или растеряет свою личность полностью. И все это ради собственного удовольствия, ради того, чтобы польстить своим болезненным амбициям доказать свою иллюзорную власть.

— Здесь душно, не находишь? — прервал Беньямин его размышления светским тоном. — Хочешь сока? Прости, что я принес лишь одну пиалу…

— Нет, — резко оборвал его Посланник.

Казначей, издевательски рассмеялся, наполнил чашу соком и поднес к губам, сделав один маленький глоток.

— Наверное, ты хочешь знать, Последний, зачем я хотел убить твоих мальчиков?

— Нет, — опять так же резко повторил Посланник. — Я уже понял твою болезненную логику. Я просто должен был остаться один на своем пути, так? И вдруг после мальчики могли что-то рассказать? Арам довольно сообразителен, он сам мог бы найти тебя.

— Верно, — немного суховато заметил Беньямин. — Но я вижу, тебя все это не восхищает. Ты просто не можешь признать мое превосходство, брат. Наверное, так же не мог смириться с превосходством Аврелия и Айра.

— Не думаю, — Саймей чуть заметно подвинулся в сторону, чтобы рука легко могла достать до клинка. — Аврелий не был безумцем. И он был верен Маитану. А ты просто жалок.

— Что? — Беньямин взвился на ноги, с удивительной для его возраста быстротой и ловкостью.

— Я вижу, Лукреций дал тебе много, — продолжал издеваться Посланник. — Он сделал из тебя достойного воина, но, конечно, не такого умелого, как он сам. Я понимаю, почему ты боишься его. Пусть астролог и выбрал Аврелия в ученики, но своим детям оставил он имя и место в общине. Потому Лукреций Глава, а ты даже не поднялся выше Ворона.

— Не искушай судьбу, Саймей, — угрожающе произнес Беньямин. — Ты думаешь, что ты молод и силен? Но ничто не заменит мой опыт!

И он вдруг метнулся мимо Посланника, мгновенно оказавшись рядом, схватил рукоять клинка.