Тирания бабочки - Франк Шетцинг
– Миры-двойники, – пробормотал Лютер, сразу поняв.
– Причем бесконечно много. Некоторые из этих Земель там, снаружи, полностью идентичны нашей Земле. Другие сдвинуты в своем развитии на одну минуту, на один день, на один год или век. А другие опять же различаются на крохотные детали, может, как раз на один атом, а третьи различаются сильно: например, такие, где метеорит не истребил динозавров, поэтому они там все еще разгуливают, что сорвало появление хомо сапиенса. Каждый вариант исполнится. Где, кстати, стоит ваша машина?
– Что? Вон там, впереди, на большой парковке.
– Задачей A.R.E.S.а было подыскать идентичную Землю, которая отличалась бы от нашей тем, что социальное и технологическое развитие было бы там более продвинутым. Настолько, чтобы они там решили свои глобальные проблемы. Ворота должны были обеспечить нам возможность отправиться в эти вселенные и импортировать их достижения.
Он уставился на нее, пораженный этой идеей.
– И это работает?
– Где именно?
– В этой вселенной.
Она засмеялась:
– Нет, где именно стоит ваша машина?
– Там, сзади, где начинается пальмовая аллея.
– Да, это работает. Технически. На данный момент мы объехали триста параллельных вселенных. К сожалению, нам пришлось прийти к выводу, что, кажется, не так просто решить проблемы человечества. Мало какие ПВ добились ощутимого прогресса в преодолении мегапроблем, и если общество где-то основательно изменилось, то не под действием чудесной пилюли, а из-за гуманитарных катастроф, которые принудили их к трансформации. Прогресс возникает в голове. Будет ли он принят, зависит от внутренней готовности. Есть один мир, ПВ-88, где изменение климата приняло катастрофические формы – вечная мерзлота растаяла, метановый шок, – так что пришлось им всерьез думать. Могли бы мы здесь продать кому-то их технологии? Даже думать забудьте! Слишком абстрактно, нас назвали бы истериками и паникерами. A.R.E.S. оценил в шестьдесят семь процентов вероятность того, что наш мир постигнет такая же участь, но тогда нам придется туго.
– Это звучит так, будто Ворота оказались пустым номером.
Бендер подняла брови:
– Вовсе нет. Благодаря ряду импортов мы сильно продвинулись в области развития ИИ, робототехники, виртуальной реальности и лечебном деле. ПВ-453 вырвалась далеко вперед. Настоящий золотой прииск, они там на уровне 2050 года. Этим квази-Землям мы обязаны целой отраслью нашего предприятия: Nordvisk Telescope, прогностика. Вот только до сих пор не нашли выключатель, чтобы устранить неравенство, обнищание, расизм, террор и разрушение природы. – Она остановила машину почти вровень с машиной Лютера. – Теперь езжайте. Не прозевайте Пилар.
– А Эльмар знает, что вы со мной выезжали?
– Я ему не говорила.
– Мы хотели встретиться в восемь часов. – Внезапно у него возникло такое чувство, будто над ним сомкнулся океан. – Доктор Бендер, я не могу сейчас уехать. Мне нужна ясность, что со мной будет дальше!
Она вздохнула:
– Я поговорю с Эльмаром.
– Вы доверяете ему?
– Это почти невозможно – не доверять Эльмару. – Элинор помедлила. – Я не хочу и не могу себе представить, чтобы он как-то обошел свой собственный этический стандарт.
– Я тоже не хотел бы себе такое представлять.
– Лютер, – она посмотрела на него почти с мольбой, – помогите Пилар! Пожалуйста.
– Где именно я сейчас? Только это еще мне скажите, Элинор! Как далеко я сейчас от моего родного мира?
– Невообразимо далеко, – тихо сказала она.
Он сглотнул. Гнетущая мысль прокралась к нему.
– Эльмар ведь и не может меня вернуть, так?
– Может. Он может. Пилар это может. Целый ряд людей могут это сделать.
– Они говорят, Эльмар никогда не узнает, как функционирует его собственное изобретение.
– Потому что оно не его.
– Но вы же построили Ворота.
– По теории вероятности стая шимпанзе может, если вокруг будет лежать достаточное количество составных частей, построить компьютер, не имея ни малейшего представления о том, что они делают. A.R.E.S. придумал Ворота. Мы только следовали его руководству по конструкции. Почему это работает? Почему мы можем без перехода путешествовать в миры, отдаленные от нас настолько, что даже их свет до сих пор не дошел до нас? Честно говоря, Лютер, я не имею ни малейшего понятия. Никто не знает.
Он открыл пассажирскую дверцу.
– Почему бы вам просто не спросить у A.R.E.S.а?
– Мы спрашивали.
– И что?
– Машина говорит, что нет проблем это объяснить. А проблема только в том, что нам не понять это объяснение.
* * *
«Мерседес», на котором Пилар ночью бежала с фермы, ждал, как было условлено, на краю Сэнд-Хилл-роуд непосредственно перед въездом на автостраду 290. Лютер припарковался сзади. Он прогнал картину идентичного вплоть до атомарных структур транспортного средства, которое несколькими вселенными дальше стоит на подъемной платформе, увидел, как Пилар выходит и направляется к нему. Солнце висело низко над прибрежными горами в поднимающейся стене тихоокеанского тумана. Он опустил стекло.
– Не знаю, как ты представляешь себе мою помощь, – сказал он, пока она не успела взять слово, – но я помогу тебе. Правда, только при условии, что и ты мне поможешь. Ясно?
Ветер растрепал ее челку.
– Если ты мне скажешь в чем.
– Я не могу побежать ни к какому посольству, не могу предъявить визу для вашей планеты, я попросту не должен здесь быть. Эльмар видит это так же. Представление, что я могу привлечь к «Нордвиску» неприятное внимание, доставляет ему лишнее беспокойство, но отпустить меня просто так он тоже не хочет. По крайней мере, пока я ему не выдам, что ты делала на ферме.
– Только сейчас у нас как раз нет времени…
Он движением руки остановил ее:
– Я взвешиваю возможность остаться здесь.
– Это может быть сопряжено с проблемами.
– Вот и хорошо.
– Послушай, Лютер. – Пилар уткнула руки в бока. Под ее загорелой кожей обозначились бицепсы, словно сонные животные. – Мы все тут сидим в дерьме. Джейрон крутит свое колесо, и он напряг одну часть охранников и целую горсть программистов. Это больше, чем эксцентрическое самоуправство. Это уже заговор. Почему я ночью просто не позвонила Эльмару? Я восхищаюсь им, я его люблю! Но я знаю также, что A.R.E.S. и работа Ворот проглатывают громадные суммы, а большого прорыва он до сих пор так и не добился. Недавно мы раздобыли суперлекарство против малярии. Ты думаешь, здесь его кто-нибудь пожелал производить? Мы даже не получили допуска, а крутые испытания из ПВ, откуда мы его принесли, здесь мы предъявить не можем.
– Нечто похожее мне говорила и Элинор.
– A.R.E.S. уникален. Та штука в подвале твоего хорошенького маленького округа опережает все сопоставимые вычислители, но,
