Пол Макоули - Паутина

— Я бы предпочел знать, что умру не напрасно.

— Никто не говорит о смерти, — проронил стриженый.

— Тебе легко рассуждать.

— Ты получишь то, что хотел, — сказала Дэвис. — Встретишься с Барри Дином. И он тоже получит то, чего хочет. — Я поймал ее взгляд в зеркале заднего вида. — На этот раз ты не сможешь сбежать. Это не Спиталфилдс.

— Я тогда отправился звать подмогу, — возмутился я. — Между тем как твой друг Тоби Паттерсон и остальные насиловали гражданское лицо.

И тут ее раковина треснула. Она откинулась на сиденье и попыталась врезать мне кулаком. Стриженый поймал ее молотящий кулак, машина остановилась…

— Никто никуда не пойдет, пока все не успокоятся, — произнес стриженый. — Анн-Мари, что происходит?

— Ничего, — ответила Дэвис. Сделала вдох, потом другой. — Это старая история. Расскажу тебе, когда все закончится.

— Когда закончится… Прекрасно. Договорились. Дэвис достала карманный компьютер и подключила его

к мобильному телефону. Наладонник запищал.

— Есть связь, мы в системе, — объявила она.

— Отлично. Тогда за дело.

— Может, стоит повесить на него микрофон? — Дэвис кивнула головой в мою сторону. — Я бы с удовольствием послушала его мольбы о пощаде. Он считает себя хорошим актером.

— Не надо самодеятельности, — ответил стриженый, похлопал меня по плечу и указал на трехэтажное строящееся здание, окутанное саваном из тяжелого прозрачного пластика.

— Сейчас ты войдешь вон туда, мой друг. Дин даст тебе диск с данными, принесешь его сюда. На диске должна содержаться рабочая копия программы. Мы проверим ее, и если все чисто, ты вернешься внутрь с деньгами и получишь жесткие диски и пульт управления. Ты все понял?

— Я иду внутрь. Встречаюсь с Дином.

— Ты вынесешь диск, который он тебе даст. Дин сдрейфил. Он нервничает, и у него почти наверняка есть оружие, так что не говори ничего, что может его спровоцировать. А лучше вовсе ничего не говори. — Стриженый ткнул меня своим пистолетом. — Ты вообще слушаешь или нет?

— Что-то мне нехорошо, — пробормотал я и согнулся, держа одну руку на животе, а другую на кармане рубашки.

— Господи, — вздохнула Дэвис. — Только не в машине. Ампула. Я уронил ее и раздавил каблуком.

По салону поплыл слабый запах жареного чеснока. Стриженый набрал полные легкие и засмеялся. Он хохотал, согнувшись на сиденье, почти не дыша, слезы текли из глаз, лицо наливалось кровью, в то время как он буквально стонал от смеха. Он даже не пытался остановить меня, когда я вынул из его ладони тяжелый пистолет — лишь указал на меня пальцем и разразился диким хохотом. Дэвис тоже принялась хихикать. Ее смех быстро перешел в истерический.

Я выбрался из машины, достал мобильник и набрал номер. Голос на другом конце спросил: «Какого хрена?» Я сообщил, где нахожусь, оборвал связь и набрал новый номер.

Я объяснил Маркосу, что собираюсь делать.

— Ты рехнулся.

Стриженый захрапел. Дэвис обеими руками беспомощно хлопала по рулевому колесу. Лицо ее намокло от слез, она неудержимо икала. Смеющаяся полицейская. Я спросил Маркоса:

— И как долго действует этот веселящий газ?

— Это не…

— Ты знаешь, о чем я.

— По обстоятельствам.

— Они получили хорошую дозу.

Раздражающая пауза. Я представил серьезное выражение лица Маркоса, пока он размышлял. Наконец:

— Может быть, полчаса.

— Вызови полицию через двадцать минут. Скажи им, что здесь убийство, — велел я, отключил телефон и позвал Барри Дина. Ответа не было.

Ворота из стальной сетки перегораживали вход, но цепь висячего замка оказалась срезана. Я толкнул ворота и вошел внутрь.

Фары автомобиля, оставшегося снаружи, выхватывали из тьмы кучи строительного песка и мешки с цементом на месте будущего-вестибюля. Рядом с мешками — небольшая бетономешалка, за которой, в луже крови, вниз лицом лежал мужчина в полицейской форме. Голова размозжена. На краю площадки — подъемный механизм. Я снова позвал Барри Дина. Через секунду раздался звук моторов, платформа стала опускаться. Это был всего лишь стальной поддон, обнесенный проволочной сеткой. К воротцам обрывком проволоки был прикручен лист бумаги с небрежно выведенной фломастером цифрой 3. Я забрался внутрь и нажал на панели соответствующую кнопку. Я боялся, но в нынешнем моем состоянии мне было все равно. Левая нога болела, и я думал о Софи. О том, как она умерла и как ее нашли голой, привязанной к серебряному креслу.

Подъемник с глухим стуком остановился. Я сунул пистолет за спину, под брючный ремень, и шагнул в огромное помещение с рядами бетонных колонн, полное мечущихся теней — на полу возле подъемника была заботливо оставлена шипящая лампа-вспышка. Теплый ветер шевелил длинные полосы пластиковой завесы над пустыми проемами окон. Полосы синхронно поднимались и опадали, будто сердце бетонного монстра. За этим беспокойным занавесом я видел участок черной воды (впоследствии я узнал, что это Эсенада де Атарес) и пестрые огни старой части Гаваны.

Голос Барри Дина раздался откуда-то из тьмы в дальнем конце зала.

— Господи, и впрямь ты, — протянул он. — Я чуть не убил тебя.

— Я пришел продолжить разговор, — произнес я и начал двигаться к нему. Моя тень, падавшая на пыльный пол, плыла передо мной.

Барри Дин стоял за верстаком, на столешнице — ноутбук с треснутым корпусом. Дин направил на меня пистолет и приказал:

— Стой там, или, богом клянусь, убью на месте.

— Нет, не убьешь, — сказал я и сделал еще два шага. — Ты бы уже пристрелил меня, если бы хотел.

Он выстрелил в потолок. Звук вышел невероятно громкий. Когда облачко бетонной пыли осело, Дин заботливо поинтересовался:

— Как рука?

— Прекрасно. — Мой голос звучал глухо. В ушах звенело.

— Забавно, мне казалось, что я неплохо тебя порезал. Думаю, с пулей справиться будет сложнее.

— Хорошо, Барри, я останусь здесь, если тебе так спокойнее. — Я чувствовал спиной тяжесть пистолета, спрятанного за поясом, но знал, что Дин выстрелит в меня, если я попытаюсь вытащить оружие. Он спокойно убил охранника внизу, а меня пристрелит даже с удовольствием. — И что дальше, Барри?

— Будешь делать, что я скажу.

— Смотри, не описайся от удовольствия.

— Да я могу прикончить тебя прямо сейчас! Чтоб получить деньги, ты мне не особо-то и нужен.

— Куда собираешься податься, Барри?

— Так я тебе и сказал, — хмыкнул он.

— Мир большой, да?

— Конечно, — согласился он. — И я гражданин этого мира. Может, нанесу визит одной из моих любимых девушек. У меня их навалом. Мы общаемся по сети, но иногда этого недостаточно.